целостность которой не была нарушена при ударе; - гонщик не должен использовать каску с удаленными или добавленными элементами, изменяющими ее конструкцию. 1.3.033. Запрещено использовать элементы одежды, способствующие снижению сопротивления воздуха. В соревнованиях на шоссе допускается использовать одежду, соответствующую погодным условиям. В этом случае используемая форма должна обеспечивать только защиту гонщика от непогоды. Решение об использовании такой спортивной одежды принимается комиссарами гонки. Экипировка (шлем, туфли, майки, трусы и т.д.), надеваемая гонщиком, не может служить ничем иным, как просто формой одежды, и не должна быть оборудована дополнительными или встроенными электронными системами, которые не утверждены как технические новшества согласно статье 1.3.004. 1.3.034. Во время соревнований персонал, обслуживающий гонщиков, не должен иметь на своей униформе рекламные надписи, кроме тех, которые утверждены для спортивной формы их команды. § 5. Спортивная форма национальной команды 1.3.056. Национальные федерации в соответствии с положениями статьи 1.3.059 должны представить в UCI образец спортивной формы своей национальной команды после внесения
19 августа 1991 года N 59 ------------------------------------------------------------------ УКАЗ ПРЕЗИДЕНТА РОССИЙСКОЙ СОВЕТСКОЙ ФЕДЕРАТИВНОЙ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ РЕСПУБЛИКИ В связи с действиями группы лиц, объявивших себя Государственным комитетом по чрезвычайному положению, постановляю: 1. Считать объявление комитета антиконституционным и квалифицировать действия его организаторов как государственный переворот, являющийся ничем иным как государственным преступлением. 2. Все решения, принимаемые от имени так называемого Комитета по чрезвычайному положению, считать незаконными и не имеющими силы на территории РСФСР. На территории Российской Федерации действуют законно избранная власть в лице Президента, Верховного Совета и Председателя Совета Министров РСФСР, всех государственных и местных органов власти и управления РСФСР. 3. Действия должностных лиц, исполняющих решения указанного комитета, подпадают под действия Уголовного кодекса РСФСР и подлежат преследованию по закону. Настоящий Указ вводится в
как и сторона защиты, в прениях давали исследованным в судебном заседании доказательствам оценку в соответствии с их процессуальным положением, что не противоречит требованиям закона и не может быть отнесено к незаконному воздействию на присяжных заседателей. Данных об искажении государственными обвинителями содержания исследованных доказательств, а равно - об обосновании им своей позиции по делу доказательствами, которые не были исследованы, не допущено. Изложенная ими в прениях точка зрения относительно рассматриваемых событий и их доказанности является ничем иным, как собственной оценкой исследуемых обстоятельств, которую они вправе давать в прениях, в том числе, подвергая критике, выдвинутую стороной защиты версию этих событий, а также высказывая недоверие доказательствам, представленным ею в подтверждение этой версии, что не свидетельствует о нарушении ими положений ст. 336 УПК РФ. При этом сторона защиты использовала свое право не согласиться с мнением стороны обвинения и изложить собственное видение тех же доказательств. При напоминании в напутственном слове исследованных доказательств председательствующий судья акценты
он в присутствии присяжных заседателей в некорректной форме он сделал необоснованное замечание свидетелю обвинения Б В прениях сторон председательствующим допущены нарушения требований ч. 3 ст.336 УПК РФ. Так, защитник подсудимого Сусналиев М.С. в обоснование своей позиции достал из своей одежды пистолет и путем имитации действий, которые потерпевшие М и О не совершали и которые не подтверждались установленными обстоятельствами дела, использовал это для объяснения версии подсудимого Цицкишвили Н.Г., что явилось, по мнению государственного обвинителя, ничем иным, как проведением следственного эксперимента в прениях сторон. Председательствующий не прервал выступление адвоката Сусналиева М.С. с демонстрацией пистолета и не разъяснил присяжным заседателям, чтобы они не учитывали данные обстоятельства при вынесении вердикта, так как судом они не исследовались. Далее в представлении указывается, что при произнесении напутственного слова перед присяжными заседателями, председательствующий допустил нарушения требований п. 5 ч. 3 ст. 340 УПК РФ, не разъяснив присяжным, что они не должны принимать во внимание выступление адвоката в
отношении общества «Дан-строй» введено наблюдение; решением Арбитражного суда Пермского края от 03.11.2010 названное хозяйственное общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 25.03.2014 по делу № А32-8406/2014 принято к производству исковое заявление обществ с ограниченной ответственностью «Вилон» и «Дан-моторс-трак» к обществам с ограниченной ответственностью «Дан-строй», «Пантеон-Ф», «Ренова», «Финпромснабкомплект» и банку о признании недействительными взаимосвязанных сделок. Ссылаясь, что действия общества «Дан-строй» по смене юридического адреса являются ничем иным, как злоупотреблением правом, банк обратился в арбитражный суд с указанными требованиями. Согласно пункту 2 статьи 54 Гражданского кодекса Российской Федерации место нахождения юридического лица определяется местом его государственной регистрации. Государственная регистрация юридического лица осуществляется по месту нахождения его постоянно действующего исполнительного органа, а в случае отсутствия постоянно действующего исполнительного органа - иного органа или лица, имеющих право действовать от имени юридического лица без доверенности. В соответствии с пунктом 2 статьи 4 Федерального закона от
городского суда Иркутской области от 16.12.2010 по гражданскому делу № 2-39/2010, а именно нахождение в общедолевой собственности супругов – истца и третьего лица нежилого помещения – здания одноэтажного, в кирпичном исполнении, полностью благоустроенного, отдельно стоящего кафе «Блюз», расположенного на земельном участке площадью 1400 кв. м по адресу <...>, доли которых признаны равными, пришли к выводу, что обращение истца с настоящим иском о признании только за ней права собственности на этот же объект является ничем иным, как попыткой пересмотреть в обход предусмотренного законом порядка вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции. При этом суды исходили из того, что какой-либо спор между истцом и ответчиком отсутствует; спорный объект признаками самовольной постройки по смыслу статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации не обладает, поскольку возведен и реконструирован на предоставленном предпринимателю в аренду земельном участке с разрешенным видом использования - под строительство и эксплуатацию кафе-магазина, с соблюдением предусмотренной законом административной процедуры, реконструкция произведена
делового оборота; не исследован вопрос о правовых и фактических действиях ФИО11; по мнению заявителя жалобы, прослеживается явная недобросовестная цель ФИО11 обратить взыскание на денежные средства, принадлежащие обществу «Союз Ювелир», через необоснованные доводы об аффилированности; материалами дела установлено, что денежные средства, оплаченные за ФИО11 на сумму 110 814 400 руб. и 53 456 083 руб. 10 коп. в пользу общества «РосИнКапитал» и общества «Союз Ювелир» не являются активом и денежными средствами ФИО1, а являются ничем иным как исполнением обязательств ФИО11 перед кредиторами, что не соответствует выводам судов о сокрытии либо выводе активов ФИО1 с помощью общества «Союз Ювелир». Общество «Проба Плюс» и ФИО2 в кассационной жалобе с учетом дополнения к ней, поступившего в суд 29.10.2021, просят определение от 16.04.2021 и постановление от 11.08.2021 отменить, принять новый судебный акт, ссылаясь на нарушение судами норм материального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела. Заявители жалобы указывают, что ФИО2 вернул недвижимое имущество должнику
удовлетворены. Доводы общества о недействительности результатов экспертизы получили надлежащую правовую оценку суда первой инстанции и правомерно отклонены. Вопреки позиции общества, суд первой инстанции верно отметил, что исследование непосредственно самого содержимого в канистрах (упаковках) в рассматриваемом случае не требовалось, поскольку согласно представленным самим обществом документам: контракту от 12.01.2016 № 001-ВЭК/2016, счету-фактуре от 28.05.2020 № ВЭК52802-1, упаковочному листу от 28.05.2020 № 352/1, а также согласно сведениям, заявленным обществом в ДТ № 10006060/280520/0048840, спорный товар является ничем иным, как моторным маслом всесезонным. В судебном заседании, состоявшемся 03.03.2021, суд первой инстанции непосредственно исследовав и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также пришел к выводу, что обозначение товарного знака, размещенного на товаре «моторные масла», состоящее из словесного элемента и изобразительного элемента является сходным до степени смешения с зарегистрированными товарными знаками, правами на использование которых ответчик не обладал. Доказательств обратного в материалы дела не представлено. Доводы заявителя кассационной жалобы
в ходе рассмотрения апелляционной жалобы представитель истца пояснил, что иных договоров, кроме договора аренды от 01.01.2016 № 01/09, по которому и взыскивается задолженность в рамках настоящего спора, между сторонами в спорный период заключено не было, в свою очередь указание истцом и судом первой инстанции на наличие задолженности по договору от 01.01.2016 № 03/09, равно как и указание в платежных документах на то, что арендная плата вносится по договору от 01.09.2011 № 01/09, является ничем иным как явными опечатками, допущенными в результате технических ошибок. Представитель подателя жалобы также указал, что договор от 01.01.2016 № 01/09, на наличие задолженности по которому ссылается истец, является мнимой сделкой, кроме того, полагает, что с учетом произведенных Обществом платежей, долг на дату вынесения обжалуемого решения был меньше, чем взыскано судом. Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.04.2022 в связи с отпуском судьи Баженовой Ю.С. в соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 18 АПК РФ
противоречащими содержанию этой нормы ввиду отсутствия данных налогового учета передающей стороны, каковой является Российская Федерация в лице уполномоченного органа. Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции, указал, что выводы суда о том, что как общеправовые, так и налоговые последствия приватизации государственного имущества в виде внесения вклада в уставный капитал акционерного общества и в виде преобразования унитарного предприятия в акционерное общество являются идентичными, а также о том, что передача имущества при преобразовании является ничем иным, как внесением имущества в уставный капитал вновь создаваемого общества, не соответствуют действующему законодательству, положениям закона № 178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества». Суд апелляционной инстанции указал, что ОАО «ПОЗиС» создано в результате преобразования, и это не является созданием нового юридического лица, которое именно учредитель наделяет имуществом. С учетом этого апелляционный суд пришел к выводу о невозможности применения в случае приватизации в порядке преобразования унитарного предприятия в акционерное общество положений последнего абзаца пункта 1
лицам. Отзывом на кассационную жалобу ответчик ФИО6 и третьи лица ФИО8, ФИО9 выразили несогласие с доводами кассаторов ФИО3 и ФИО4, принятые по делу и оспариваемые истцами решения считали законными и мотивированными, в удовлетворении жалобы просили отказать. Настаивали на своих доводах о воле истцов, заключивших договоры залога, на возможность выбытия из их собственности предмета залога - спорных акций. Составление и подписание залогодателями залоговых распоряжений и передача их реестродержателю, по мнению лиц, подписавших отзыв, является, ничем иным, как действие, повлекшее за собой изменение гражданских прав и обязанностей, указывающих на наличие у них воли на отчуждение акций. Считали, что в рамках настоящего дела торги, на которых производилась продажа спорных акций и сделка купли-продажи, заключенная по результатам этих торгов, не могут быть предметом исследования по причине истечения срока исковой давности. Считали, что не может приниматься во внимание и отмена решения Центрального районного суда г. Кемерово от 11.07.2003, на основании которого спорные акции выставлены
градостроительства и земельных отношений мэрии муниципального образования г. Черкесска и ФИО2 был заключен договор аренды № 215 земельного участка с кадастровым номером 09:04:0101157:173, расположенного по адресу: «а». Вышеназванный договор аренды был заключен на срок до 01.09.2017 г. ФИО2 после прекращения срока аренды арендодателю не было возвращено муниципальное имущество, в связи с чем арендатор обязан оплатить за фактическое пользование объектом аренды в размере, определенном договором Сам факт размещения на земельном участке объекта недвижимости является ничем иным, как использование земельного участка арендатором. Последний платеж арендатором был внесен 22.09.2017 г. в сумме 71845,55 руб. В период с 16.10.2018 г. по 31.12.2021 г. образовалась задолженность по арендной плате за фактическое пользование земельным участком в размере 189 464,40 рублей, согласно акту сверки взаиморасчетов и пени в сумме -16914, 96 рублей. Согласно пп. 5.1 п. 5 вышеуказанного договора в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения арендатором обязательства по внесению арендной платы, также при невозвращении земельного участка
в том числе и в ходе дополнительного расследования. Именно поэтому и в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, и в обвинительном заключении указано на совершение <ФИО>1 преступлений в неустановленном месте на территории г.Новороссийска, что в полной мере соответствует требованиям ст.ст.73,220 УПК РФ. Кроме того, уголовное дело 18.01.2021года было передано по подсудности из Салехардского городского суда по месту совершений преступлений в Приморский районный суд г.Новороссийска, с связи с чем принятое этим судом решение является ничем иным как спором о подсудности, прямо запрещенным ст.36 УПК РФ. Просит постановление суда отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в другом составе суда. Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. В соответствии с ч.4 ст.7 УПК РФ постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным. Обжалуемое постановление не отвечает вышеуказанным требованиям закона. В обоснование принятого решения суд указал, что, как следует из текста
000 кв.м, земли сельскохозяйственного назначения с разрешенным использованием для сельскохозяйственного производства, расположенного по адресу: <.......>, ДООО с-х предприятие Нефтехимик (бывший ПСК «Колос») с кадастровым номером <.......> Согласно выкопировке из топографического плана <.......> жилой дом истца по <.......> расположен вне границ земельного участка (том <.......> л.д. 30). Согласно межевому плану от <.......> в отношении земельного участка истца при проведении кадастровых работ выявлено пересечение с земельным участком ответчиков с кадастровым номером <.......>. Данное пересечение является ничем иным как кадастровой ошибкой, образованной в результате того, что при формировании границ земельного участка ответчиков с кадастровым номером <.......> не было принято во внимание фактическое землепользование истца, границы которого не установлены в соответствии с требованиями земельного законодательства (том <.......> л.д.36-45). Из ответа Администрации Тобольского муниципального района от <.......> следует, что в границы земельного участка ответчиков площадью 320 000 кв.м были намеренно включены земельные участки, границы которых не были уточнены, в том числе земельный участок истца
не предусматривали возможности возобновления договорных отношений. ООО «Подолье» после окончания срока аренды не уведомляло собственников земельного участка о том, что продолжает использовать земельный участок, лишив арендодателей, не знавших об использовании ООО «Подолье» земельного участка после истечения срока аренды, возможности своевременно представить письменные возражения на данные незаконные действия. Кроме этого, арендатор не исполнил предусмотренную договором аренды обязанность по государственной регистрации договора аренды, тогда как возобновление договора аренды от 16.08.2014 г. на неопределенный срок является ничем иным, как противопоставлением праву третьего лица – главы КФХ ФИО5 на заключение договора аренды земельного участка от 14.03.2017 г. При этом из документов, представленных ответчиком в Арбитражный суд Тамбовской области, следует, что после окончания срока договора аренды земельный участок использовало не ООО «Подолье», а КФХ ФИО6 Решением Уметского районного суда Тамбовской области от 11.06.2021 г.исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ООО «Подолье» удовлетворены. ООО «Подолье» в лице генерального директора ФИО6 поданы апелляционная жалоба, дополнительная апелляционная
