области охоты и сохранения охотничьих ресурсов. Так, статьей 2 указанного федерального закона определено, что правовое регулирование в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов основывается на принципах обеспечения устойчивого существования и устойчивого использования охотничьих ресурсов, сохранения их биологического разнообразия; установление дифференцированного правового режима охотничьих ресурсов с учетом их биологических особенностей, экономического значения, доступности для использования и других факторов; определения объема добычи охотничьих ресурсов с учетом экологических, социальных и экономических факторов. Как следует из материалов дела, нормы добычи кабана на сезон охоты 2018-2019 годов определены исходя из данных государственного мониторинга объектов животного мира на 1 апреля 2018 года, согласно которым общая численность кабана в Терсюкском охотничьем угодье составляла 42 особи. При таких обстоятельствах Судебная коллегия находит верным суждение суда о том, что установление в оспариваемом приказе конкретных норм добычи кабана направлено на сохранение охотничьих ресурсов и преследует цель их поддержания в состоянии, позволяющем сохранить численность в пределах, необходимых для их расширенного воспроизводства.
Управления охраны фауны Удмуртской Республики от 25.03.2014 № 01-03/23 утверждены нормы допустимой добычи глухаря и тетерева на территории Удмуртской Республики в период охоты с 25.04. по 04.05.2014 в соответствии с приложением по общедоступным охотничьим угодьям, в том числе закрепленным за охотобществом. Охотобщество, не согласившись с указанным пунктом приказа в части, касающейся его охотхозяйств, обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением. Проверив материалы дела, суды нижестоящих инстанций пришли к выводу о том, что установив предельные нормы добычи глухаря и тетерева в охотхозяйствах заявителя, Управление охраны фауны Удмуртской Республики нарушило статью 24 Федерального закона от 24.07.2009 № 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», поскольку лимиты добычи устанавливаются только в отношении объектов охоты, включенных в Перечень охотничьих ресурсов, утвержденный приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 17.05.2010 № 164. Глухарь и тетерев в указанный Перечень не включены, в связи
России от 16.11.2010 № 512). В соответствии с частью 2 статьи 7.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях добыча копытных животных и медведей, относящихся к охотничьим ресурсам, без разрешения, если разрешение обязательно, либо с нарушением условий, предусмотренных разрешением, влечет лишение права осуществлять охоту на срок от одного года до трех лет. Как усматривается из материалов дела, основанием для привлечения ФИО1 к административной ответственности на основании приведенной нормы Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях послужили изложенные в обжалуемых судебных актах выводы о выявленном факте добычи копытного животного (лося возрастом до года) при проведении 20.10.2018 коллективной охоты, ответственным лицом за осуществление которой являлся ФИО1, с нарушением условий, предусмотренных разрешением на добычу копытных животных № 180168. Данным документом предусматривалась возможность добычи взрослого лося. Указанные обстоятельства, послужившие основанием для привлечения названного лица к административной ответственности, подтверждаются собранными по делу доказательствами, в том числе, письменными объяснениями ФИО1 (л.д. 15, 28-29), копиями разрешения на добычу копытных
охоте, Правил охоты, а также данные, зафиксированные в собранных по делу доказательствах (в том числе при обнаружении описанного выше события), судьей кассационного суда оставлены без должного внимания и правовой оценки. Изложенный выше вывод судьи кассационного суда основан на неверном толковании правовых норм, сделан без учета подлежащего применению законодательства и фактических обстоятельств дела, убедительные мотивы в его обоснование не приведены. При этом, признав, что отсутствуют достаточные и достоверные доказательства осуществления ФИО2 охоты с нарушением правил охоты, судья кассационного суда указал, что доводы защитника об отсутствии в действиях указанного лица состава административного правонарушения (правила охоты он не нарушал, по возвращении с охоты находился на кузове автомобиля с выключенным двигателем, добычу не выискивал, не выслеживал и не преследовал, находящееся на кабине автомобиля ружье было разряжено) подтверждаются материалами дела, формально сославшись на фотоматериал и видеозапись. При этом содержание видеозаписи к таким выводам не приводит, что в совокупности с изложенным свидетельствует о том, что
3 ст. 31 Закона). Аналогичная норма закреплена в п. 3.4 Правил охоты, утвержденных Приказом Минприроды России от 16.11.2010 № 512. Из системного анализа вышеприведенных положений нормативных актов следует, что нормы допустимой добычи охотничьих животных, в отношении которых не установлен лимит их добычи, определяются субъектом Российской Федерации исходя из допустимой добычи в день или сезон на одного охотника. Таким образом, правильными, соответствующими фактическим обстоятельствам и действующему законодательству, являются выводы судов о том, что установив предельные нормы добычи глухаря и тетерева в охотхозяйствах заявителя, ФИО2 фактически установило квоты добычи данных видов дичи в отношении каждого из закрепленных за Союзом охотников угодий, тогда как в соответствии со ст. 24 Закона об охоте лимиты и квоты устанавливаются только в отношении объектов охоты, включенных в Перечень охотничьих ресурсов, добыча которых осуществляется в соответствии с лимитом их добычи. Приведенные в кассационной жалобе возражения по данному вопросу являются несостоятельными, основанными на неверном толковании норм материального права. Согласно
от 25.11.2020 N 965. Вместе с тем, судами верно принято во внимание, что в соответствии со статьей 2 Закона об охоте одним из принципов правового регулирования в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов является обеспечение устойчивого существования и устойчивого использования охотничьих ресурсов, сохранение их биологического разнообразия. В связи с чем при наличии неясности в подзаконном нормативном акте суд полагает необходимым толковать этот акт в пользу ограничения добычи охотничьего ресурса. Как следует из материалов дела, нормы добычи лося на сезон охоты 2021 - 2022 годов определены Министерством в Сарапульском охотничьем хозяйстве, в количестве 37 особей. В свою очередь Минприроды России, то есть орган, определяющий в силу закона нормативы допустимого изъятия охотничьих ресурсов, рассмотрев представленный проект лимита и прилагаемые к нему проекты квот добычи лося по охотничьим угодьям, согласовало проект лимита добычи охотничьих ресурсов. При таких обстоятельствах, с учетом важности сохранения окружающей среды суд кассационной инстанции, полагает верным суждение о том, что
(выделенными) для организации любительского рыболовства, запрещено: - вести учет и представлять сведения о добыче (вылове) водных биоресурсов с искажением фактических размеров улова, его видового состава, используемых орудий добычи (вылова), сроков, видов использования и способов добычи (вылова), а также без указания или с указанием неверного наименования района (места) добычи (вылова) (пункт 52.6); - превышать объем и количество добытых (выловленных) водных биоресурсов, установленных в путевке и в разрешении на добычу (вылов) водных биоресурсов, с учетом суточной нормы добычи (вылова) водных биоресурсов, а также при осуществлении рыболовства без путевок и разрешений - превышать разрешенное для добычи (вылова) количество водных биоресурсов, на которые Правилами рыболовства установлена суточная норма добычи (вылова) (пункт 52.7). Пунктом 70 Правил рыболовства установлена суточная норма добычи (вылова) водных биоресурсов (за исключением случая, если для таких видов водных биоресурсов установлен постоянный или временный запрет добычи (вылова) при осуществлении любительского рыболовства) для одного гражданина при осуществлении любительского рыболовства в границах Приморского края,
основании Договора №415/ЛСР2019 от 24 октября 2019 года, которому предоставлено право на добычу (вылов) водных биологических ресурсов на рыбопромысловом участке, в период с 00 часов 00 минут 09.06.2020 по 24 часа 00 минут 05.09.2020, через должностное лицо ответственное за организацию любительского рыболовства – П., допустило осуществление добычи (вылова) горбуши, кеты, путем заключения договоров (выдачи путевок) гражданам РФ (в соответствии с корешками договоров (путевок) на добычу (вылов) водных биоресурсов и промысловыми журналами с превышением суточной нормы добычи (вылова) горбуши, кеты, нарушив положения ст. 43.1 Федерального закона от 20 декабря 2004 г. № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов», пунктов 52.7, 73 Правил рыболовства для Дальневосточного рыбохозяйственного бассейна, утвержденных Приказом Министерства сельского хозяйства России от 23.05.2019 № 267. Указанные обстоятельства послужили основанием для составления 09 июля 2021 года дознавателем отдела дознания и административной практики Пограничного управления ФСБ России по Хабаровскому краю и Еврейской автономной области К. в отношении Федерального государственного
рыболовов имеются благоприятные условия для обитания кабана, что позволяет считать кабана одним из основных перспективных видов охотничьих животных в закрепленных охотугодьях. Благодаря проведенным Удмуртским Республиканским союзом обществ охотников и рыболовов интенсивным биотехническим и охранным мероприятиям имеется устойчивый и регулируемый рост численности кабана в закрепленных охотничьих хозяйствах, при этом осуществляются значительные финансовые вложения в поддержание кормовой базы для кабанов. Кроме того, административный истец полагает, что оптимальным значением, в нынешних экономических и биологических условиях является установление нормы добычи кабана в пределах 40-50 процентов как для закрепленных и не для закрепленных охотничьих хозяйств, что позволило бы добывать охотпользователям экономически обусловленное количество, но и позволило бы контролировать оптимальную численность кабанов, создавая условия для воспроизводства. Оспариваемый нормативный правовой акт оказывает негативное влияние на рост численности кабана и состояние популяции кабана в хозяйствах как и иные факторы приводящие к сокращению численности кабана (беспокойство и преследование кабаньих семей охотниками и браконьерами, гибель поросят во время весенних заморозков
