(цессионарий) 30.12.2014 заключен договор уступки права требования (цессии), согласно которому цедент уступает цессионарию свое право требования к ФИО1 по договору купли-продажи акций от 19.12.2014. Обществом (цедент) и Компанией (цессионарий) 21.12.2017 заключено соглашение о расторжении договора цессии (об уступке права требования) от 30.12.2014, согласно которому цедент и цессионарий совершают обратную переуступку права требования к должнику – ФИО1 по оплате акций по договору купли-продажи акций от 19.12.2014. Также сторонами заключено соглашение о возвращении права требования ( обратная цессия ) по договорам от 30.12.2014 и от 21.12.2017, согласно которому Компания (цессионарий) возвращает Обществу (цеденту) полученное им право требования к ФИО1 по оплате акций по договору купли-продажи от 19.12.2014. Документы по соглашению о расторжении договора цессии переданы истцу по акту приема-передачи от 21.12.2017. Истец письмом уведомил должника о перемене лиц в обязательстве. В обоснование заявленных требований Общество указало, что ФИО1, являющаяся одновременно и покупателем акций Компании и директором последнего, злоупотребляя правом, в нарушение условий
соответствии с условиями договора уступки прав требования от 27.12.2012 № 71(далее – договор, договор цессии) АКБ «НРБанк» (АО) (цедент) передало обществу (цессионарию) право требования в отношении различных должников физических лиц. Истец полагает, что в отношении названных физических лиц имеются основания обратной уступки, предусмотренные пунктом 6.1 договора. Поскольку досудебные требования об обратной уступке прав требования к указанные заемщикам оставлены без удовлетворения, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим иском. Оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса, руководствуясь статьями 309, 310, 390 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды отказали в удовлетворении иска исходя из следующего. При заключении договора цессии между АКБ «НРБанк» (АО) и обществом все условия, предусмотренные статьей 390 Гражданского кодекса Российской Федерации, цедентом выполнены. Истец вступил в права нового кредитора по отношению к должникам-заемщикам и реализовывал фактически данные права, предъявляя иски в суд. В период обслуживания кредитных договоров обществом проведена профессиональная юридическая работа с просроченной кредитной задолженностью,
сторонами «обратный» договор уступки права требования не соответствует нормам Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), так как является безвозмездным, поскольку денежные средства ФИО3, которые он уплатил через третье лицо по договору уступки права от 06.05.2019, не возвращены, а документы, подтверждающие долг ФИО5 перед ИП ФИО2, отсутствуют. Указывая на недобросовестное поведение ИП ФИО2 Ю.Г., выражающееся в том, что ИП Суховей Ю.Г., уступив 06.05.2019 ИП ФИО3 несуществующий долг ФИО5, путем заключения ничтожного договора ( обратная цессия ) с ФИО3, лишил ФИО3 права требования к ФИО5, не возвратил ранее полученные от истца 4 000 000 руб., истец обратился в арбитражный суд с требованиями по настоящему делу. Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований истца, исходил из того, что возможное не уведомление должника о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, не влечет недействительность договора уступки права требования; то обстоятельство, что на момент заключения оспариваемой сделки истец обладал соответствующими правами требования сторонами
расчета № 02-01-02, копиями акта и копиями справок формы КС-2 и КС-3, копией исполнительной документации, копией переписки стороной, а также иными документами, переданные цедентом цессионарию по акту (пункт 1.1.). Договор является возмездным. Цедент и цессионарий прекращают (производят зачет) денежные обязательства цедента, в объеме 2 400 000 рублей, возникших из договора оказания юридических услуг от 01.04.2016 №01-4-Ю (пункт 1.2). Далее, 15.05.2019 между ООО «ВСТ-Сахалин» (цедент) и ООО «Гост» заключено соглашение о возвращении права требования ( обратная цессия ) № 1 по договору цессии (об уступке права требования) от 22.04.2019 №22-1, согласно которому ООО «Гост» возвращает ООО «ВСТ-Сахалин» полученное им право требования к должнику - администрации Углегорского городского поселения Углегорского муниципального района Сахалинской области за период с момента возникновения обязательства должника до 22.04.2019 включительно, как меры ответственности за неисполнение и (или) ненадлежащее исполнение обязательств за работы по объекту: «Расчистка участков р. Тухлянка и руч. Блудный в Углегорском районе, в т.ч. разработка проектной
«обратный» договор уступки права требования не соответствует нормам Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), так как является безвозмездным, поскольку денежные средства ФИО1, которые он уплатил через третье лицо по договору уступки права от 06.05.2019, не возвращены, а документы, подтверждающие долг ФИО4 перед ИП Суховей Ю.Г., отсутствуют. Указывая на недобросовестное поведение ИП Суховей Ю.Г., выражающееся в том, что ИП Суховей Ю.Г., уступив 06.05.2019 ИП ФИО1 несуществующий долг ФИО4, путем заключения ничтожного договора ( обратная цессия ) с ФИО1, лишил ФИО1 права требования к ФИО4, не возвратил ранее полученные от истца 4 000 000 руб., истец обратился в суд с настоящим иском. Оценив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения исковых требований. В силу части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном АПК РФ, самостоятельно
свое право требования к ФИО2 на общую сумму 4954912 руб. 36 коп. по договору купли-продажи акций от 19.12.2014. 21.12.2017 между АО "Мособлдорремстрой" (Цедент) и ОАО "Сергиево-Посадское ДРСУ" (цессионарий) заключено соглашение о расторжении договора цессии (об уступке права требования) от 30.12.2014, согласно которому цедент и цессионарий совершают обратную переуступку права требования к должнику-ФИО2 по оплате акций ОАО "Сергиево-Посадское ДРСУ", возникшего из договора купли-продажи акций от 19.12.2014. Также сторонами заключено соглашение о возвращении права требования ( обратная цессия ) по договору цессии (об уступке права требования) от 30.12.2014 от 21.12.2017, согласно которому ОАО "Сергиево-Посадское ДРСУ" (цессионарий) возвращает АО "Мособлдорремстрой" (цеденту) полученное им право требования к должнику - ФИО2 по оплате акций ОАО "Сергиево-Посадское ДРСУ", возникшего из договора купли-продажи акций от 19.12.2014. Документы по соглашению о расторжении договора цессии (договор купли-продажи акций) переданы истцу по акту приема-передачи документации от 21.12.2017. Истец письмом уведомил должника о перемене лиц в обязательстве (заключении соглашения о расторжении
КБ «Агросоюз» в ПАО МОСОБЛБАНК отсутствуют. Адвокат Шабалкин И.В. полагает договоры цессии и обратной цессии мнимыми (или притворными) сделками. Статус ПАО МОСОБЛБАНК как держателя переуступаемых прав требования материалами дела не подтверждается. Также в тексте возражений обращено внимание суда на тот факт, что согласно оферте цедента от 26.12.2012 года (абз.2) требования переходят к цеденту (т.е. ПАО МОСОБЛБАНК) в полном объеме, за исключением процентов и неустоек, начисленных на дату перехода требований. Первоначальная цессия, оферта, акцепт и обратная цессия содержат отсылочные друг на друга нормы, и тем самым образуют по сути единую сделку. Сообразно этому, предметом цессии от 26.12.2012 года являлась только передача прав по основной задолженности по кредиту. Согласно приложению к договору цессии №--- (пункт 48) остаток срочной задолженности ФИО1 на 26.12.2012 года составлял --- рублей. ФИО1 перестал платить по кредиту с 30.11.2013 года. Согласно графику платежей на 30.11.2013 года остаток задолженности ФИО1 по кредиту составлял уже --- руб. Адвокат Шабалкин И.В.
