по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Судами установлено и из материалов дела следует, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Красноярского края от 11.01.2018 по делу № А33-26376/2016 удовлетворены требования управления к предприятию о признании недействительной (ничтожной) сделки, оформленной распоряжением управления от 03.11.2011 № 07-837-р и актом приема-передачи от 03.11.2011, по закреплению за предприятием на праве хозяйственного ведения судов, в том числе и судна "БРОП-1017", составляющих имущество государственной казны Российской Федерации. Основанием признания сделки ничтожной мотивировано тем, что переданное ответчику на праве хозяйственного ведения имущество (речные суда) не предназначено для осуществления предприятием видов деятельности, закрепленных в его уставе, поскольку основной целью деятельности предприятия являлось воссоздание и реставрация памятников архитектуры и культуры, эксплуатация же речных судов к видам деятельности ответчика на момент издания распоряжения от 03.11.2011 № 07-837-р и подписания акта от 03.11.2011 уставом предусмотрена не была и последующее внесение соответствующих изменений в устав предприятия (2016 год) данного обстоятельства
что положения ГК РФ об основаниях и последствиях недействительности сделок в редакции Закона № 100-ФЗ применяются к сделкам, совершенным после дня вступления его в силу, то есть после 01.09.2013 (пункт 6 статьи 3 Закона № 100-ФЗ). Для целей применения этого положения под совершением двусторонней сделки (договора) понимается момент получения одной стороной акцепта от другой стороны (пункт 1 статьи 432, пункт 1 статьи 433 ГК РФ). При этом согласно пункту 9 статьи 3 Закона № 100-ФЗ сроки исковой давности и правила их исчисления, в том числе установленные статьей 181 ГК РФ, применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года. Как разъяснено в пункте 101 названного постановления, для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из
этих отношений и привели, по мнению банка, к прекращению права требования денежных средств ФИО2 С учетом этого указанные действия следовало расценивать как сделку и суду надлежало разрешить по существу требования ФИО2 о признании ее недействительной или об отказе в признании таковой. По мнению суда апелляционной инстанции, одним из оснований отказа в удовлетворении иска о признании недействительными сделок по расторжению договора вклада и получению денежных средств является то, что истицей не заявлялись самостоятельные требования о признании недействительной доверенности, которую использовала ФИО3 Указанный довод не основан на законе и противоречит положениям пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, по смыслу которого ничтожная сделка недействительна независимо от ее признания таковой. Следовательно, с учетом позиции истицы о ничтожности поддельной доверенности суду надлежало определиться относительно данного довода независимо от того, заявлено такое требование самостоятельно или нет. Разрешая вопрос о том, в какой части имеют преюдициальное значение обстоятельства, установленные судом при рассмотрении дела №
второй ответчик не предоставил доказательства оплаты ООО «Виал Фиш 2222» уступаемого права в сумме, оговоренной сторонами в спорном договор, ОАО СК «ТРАСТ» обратилось в арбитражный суд с вышеуказанным иском – о применении последствий недействительности ничтожной сделки. Установив, что истцом не представлено доказательств нарушения его прав и законных интересов сделкой – договором цессии от 01.02.2008, при наличии задолженности перед первым ответчиком, суд первой инстанции в соответствии со статьями 166-168 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающих основания признания сделки ничтожной и применения последствий недействительности такой сделки, пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований. Указанные выводы суда первой инстанции являются правильными, подтвержденными соответствующим доказательствами и основанными на требованиях закона. Согласно пункту 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации, защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет в соответствие с подведомственностью дел, установленной процессуальным законодательством, суд, арбитражный суд или третейский суд. В силу части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо
преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом. Залогодержатель вправе потребовать досрочного исполнения обеспеченного залогом обязательства в случае, если предмет залога выбыл из владения залогодателя, у которого он был оставлен, в нарушение условий договора о залоге (ч. 1 п. 1 ст. 351 Гражданского кодекса Российской Федерации). На основании изложенного суды первой и апелляционной инстанций верно сделали вывод о том, что нормы действующего законодательства не предусматривают в качестве основания признания сделки ничтожной отсутствие согласия залогодержателя на отчуждение имущества, являющегося предметом залога. Поскольку общество «Агротехносервис» не представило доказательств, подтверждающих несоответствие договора от 16.08.2010 № 55-АФ требованиям законодательства, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно отказали в удовлетворении исковых требований в указанной части. Довод заявителя жалобы о неприменении к спорным правоотношениям норм права, подлежащих применению - ст. 167, 168, ч. 2 ст. 346 Гражданского кодекса Российской Федерации, судом кассационной инстанции отклоняется, поскольку условия спорного договора не противоречат указанным
на невыгодных условиях; в результате совершения указанных сделок отчуждено имущество должника без получения должником равноценного встречного исполнения обязательств; указанные сделки заключены после принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), вывод имущества из конкурсной массы привел к ущемлению прав конкурсных кредиторов, что свидетельствует о недобросовестном поведении сторон и недействительности (ничтожности) сделок на основании статей 10 и 168 ГК РФ. Суд первой инстанции признал подтвержденным факт злонамеренного поведения ответчика - ФИО6, директор общества, и наличия основания признания сделки ничтожной в соответствии со ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, как выходящей за пределы специальных оснований для признания сделок недействительными, установленных статьей 61.2 Закона о банкротстве, ввиду того, что последующая оспариваемая сделка - договор замены стороны в обязательстве от 27.08.2013, по которому ФИО7 уступила право аренды земельного участка, общей площадью 301 кв. м.. по адресу: <...>, с кадастровым номером 64:48:030342:23 в пользу ФИО3, заключена в пользу аффилированного лица - ФИО3, в период нахождения
доход Российской Федерации все полученное по сделке сторонами, действовавшими умышленно, в случаях, предусмотренных законом, или применить иные последствия, установленные законом. В данном случае ООО «Технобазис» денежные средства были получены совершенно по другим сделкам, иных оснований для взыскания денежных средств не установлено, в силу чего защита публичного интереса не могла быть произведена за счет взыскания указанных денежных сумм с ООО «Технобазис». Податель апелляционной жалобы сослался на то, что в заявлении Прокуратуры не указаны фактические основания признания сделки ничтожной и не приведены доказательства недействительности указанной сделки. Государство в оспариваемых сделках не участвовало, денежные средства государственного бюджета или государственных предприятий в процессе совершения сделок не использовались. Налоги сборы оплачены организациями – участниками сделок в полном объеме. В случае причинения ущерба публичным интересам заявителем не указан объем причиненного ущерба и методика расчета убытков. Прокуратурой не было указано, почему в качестве последствий признания сделки ничтожной должно быть применено взыскание денежных средств в доход государства, и
1/5 доли жилого дома и 1/50 доли земельного участка по адресу: Краснодарский край, г-к Анапа, ст. Благовещенская, . Цена договора была определена в размере 200.000 рублей. Основания признания сделок недействительными предусмотрены §2 гл.9 ГК РФ. В обоснование требований истица ссылается на отчет Финансовой компании эксперт №024-Р/03/2012 из которого следует, что ориентировочная стоимость отчужденного ФИО1 имущества составляет 473.400 рублей, что значительно выше цены оспариваемого договора. Указанные доводы не основаны на нормах действующего законодательства как основания признания сделки ничтожной (недействительной). Истица в судебном заседании пояснила, что отчетливо осознавала о последствиях заключения договора, никакого давления на нее не оказывалось, следовательно, оснований для признания договора купли-продажи от 13 июня 2011 года недействительным имеется, что приводит к необходимости отказа в удовлетворении иска. На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд РЕШИЛ: В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной (ничтожной) и применении последствий ее недействительности, а также возмещении расходов связанных с
Кредитный договор в форме заявления о заключении Договора кредитования № от ДД.ММ.ГГГГ Договор являются действующим, у Истца имеется задолженность (выписка и справка о состоянии задолженности прилагаются). Исковое заявление ФИО1 к ПАО КБ «Восточный» считаем необоснованным по следующим основаниям: действующая редакция Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2300-1 «О защите прав потребителей» не предусматривает тех оснований признания сделки ничтожной, которые изложены в исковом заявлении. Пленум ВС РФ дал разъяснения в части определения ничтожности. конкретизировав основания признания сделки ничтожной (Постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"): «73... .В силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся: соглашение об устранении или ограничении ответственности лица, указанного в пункте 3 статьи 531 ГК РФ (пункт 5 статьи 531 ГК РФ); соглашение участников товарищества об ограничении или устранении ответственности, предусмотренной в статье 75 ГК РФ (пункт 3 статьи 75
ст. 67 ГПК РФ представленные доказательства, суд, руководствуясь ст. ст. 420, 421, 426, 432, 166, 168 ГК РФ, пришел к правильному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, исходя из того, что истцом в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представлено относимых и допустимых доказательств ничтожности договор целевого финансирования коммуникаций, объектов инфраструктуры и общего пользования. Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, признает их законными и обоснованными, отмечает, что заявленные истцом основания признания сделки ничтожной к таковым не относятся с учетом возникших между сторонами отношений, имеющих правовую природу договора простого товарищества до вступления истицы в члены ДПК. Доводы апелляционной жалобы ФИО1 не содержат фактов, которые не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в целом сводятся к несогласию с решением суда и изложению обстоятельств,
