которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц. Оспариванию в рамках дела о банкротстве гражданина подлежат также сделки, совершенные супругом должника-гражданина в отношении имущества супругов, по основаниям, предусмотренным семейным законодательством (пункт 4 статьи 213.32 Закона о банкротстве): сделки, для совершения которых наличие согласия другого супруга предполагается (пункт 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ), то есть сделки по распоряжению общим имуществом супругов. Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее – Постановление № 48) финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве сделки по отчуждению общего имущества должника и его супруга, совершенные супругом должника,
такой значительной суммы по фиктивным основаниям. В связи с чем, ответчик (покупатель) обязан был усомниться в легальности операции и проявить повышенную осмотрительность при исполнении сделки данного рода. В то время как при безденежности сделки пережившая супруга во всех случаях может усматривать возможность (надеяться) извлечения выгоды от любого результата оспаривания сделки (либо согласиться с результатом восстановления ранее существующего положения). Однако, в действительности, установленные по делу обстоятельства скорее всего свидетельствуют о наличии признаков подконтрольности выведенного актива именно в интересах пережившей супруги должника, чем оправдывается ее бездействие длительное время после получения наследства, а также с даты нотариального удостоверения согласиясупруги на отчуждение совместно нажитого имущества (11.07.2015; по реестру № 2-1779, бланк 56 АА Т472200). Следует учитывать, что сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон (то есть участников спорным материально правовых отношений, к которым обосновано отнести и пережившую супругу должника, так как именно она является заинтересованным лицом в разделе совместно нажитого
связи с оспариванием договора купли – продажи (определение суда от 18.12.2020 по делу № А75-19896/2018). В соответствии с пунктом 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ), при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Следовательно, в настоящем случае презюмируется, что супруга должника ФИО3 дала согласие на совершение ФИО2 сделки по отчуждению транспортного средства Volkswagen Touareg, год выпуска 2007, государственный регистрационный знак <***>. Продажа автомобиля состоялась 19.10.2018, а через 2 месяца состоялась сделка по переходу права собственности на еще один автомобиль, находящийся в общей совместной собственности супругов – Lexus NX300H, 2016 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, идентификационный номер (VIN) <***>, цвет черный. Также, ранее в 2018 году ФИО2 были проданы еще два автомобиля – УАЗ, ГАЗ. На момент продажи автомобиля супруги состояли в браке, вели общее хозяйство, воспитывали ребенка, раздел общего имущества не осуществлялся,
оспорить в рамках дела о банкротстве сделки по отчуждению общего имущества должника и его супруга, совершенные супругом должника, по основаниям, связанным с нарушением этими сделками прав и законных интересов кредиторов. Оспаривание возможно в отношении совершенных должником и (или) его супругом сделок, независимо от того, подлежат ли они государственной регистрации или нотариальному удостоверению, требуется ли для их совершения обязательное согласие другого супруга. В силу абзаца 3 пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве, учитывая разъяснения, изложенные в абзаце 4 пункта 9 Постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 48, ничтожными являются сделки, совершенные после даты признания гражданина банкротом в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, самим гражданином-должником лично (без участия финансового управляющего). Правовым последствием совершения супругом гражданина-банкрота сделки по отчуждению общего имущества супругов третьему лицу является ее оспоримость по основаниям, связанным с нарушением этой сделкой прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве). Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона
супруги должника ФИО1 при заключении договора дарения, однако соответствующие обстоятельства и не входили в предмет доказывания по спору об оспаривании данной сделки. Между тем, необходимо признать, что, давая согласие на совершение впоследствии признанного недействительном договора дарения в отношении домовладения, ФИО1, которую следует полагать осведомленной об имеющихся у супруга признаках неплатежеспособности, преследовала единую с должником цель безвозмездного вывода активов из его имущественной сферы в целях причинения вреда кредиторам должника. Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. Таким образом, в случае признания недействительной сделки по отчуждению находящегося в совместной собственности имущества , в результате которой был причинен вред кредиторам, в конкурсную массу подлежит возврату имущество, переданное по сделке, а в
ст. 166, 167 ГК РФ является основанием для признания ее недействительной. Вместе с тем, истец в силу ст. 35 СК РФ не обладает правом оспаривания сделки купли-продажи спорного земельного участка, поскольку не являлся тем лицом, от которого требовалось нотариально заверенное согласие на совершение данной сделки, по основаниям отсутствия такого согласия право оспаривания договора принадлежало только Н.А., поскольку указанная сделка нарушала бы ее права, как супруги. Судом первой инстанции из материалов гражданского дела № 2-315/2021, пояснений истца ФИО2, свидетеля П.О. установлено, что 12 ноября 1996 года Н.М. присутствовала при совершении сделки по продаже спорного земельного участка, была согласна с волей супруга на распоряжение совместной собственностью, о том, что сделка совершается в отсутствие ее нотариального согласия была осведомлена, поскольку данное согласие ею не давалось. После отчужденияимущества действительность сделки ею не оспаривалась, и в дальнейшем при жизни о своих правах на земельный участок она не заявляла и не пользовалась ими. В
суд исходил из того, что ФИО1 о совершении сделок должна была знать с момента заключения договоров купли-продажи, в связи с чем, исчислил срок исковой давности с момента совершения сделок. Отказывая в оспаривании договора купли-продажи автомобиля «Toyota vitz», суд пришел к выводу о том, что ответчик, будучи собственником автомобиля, имел право на его отчуждение с выплатой супруге соответствующей компенсации. При этом, новый собственник транспортного средства – ФИО5 является добросовестным приобретателем и не мог знать об отсутствии согласиясупруги продавца на отчуждение автомобиля. Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, полагая их верными, основанными на правильно примененных нормах материального права. Исходя из вышеприведенных положений норм семейного и гражданского законодательства, судебная коллегия учитывает, что при продаже транспортных средств, являющихся движимым имущество , находящимся в общей собственности супругов, действует презумпция согласия супруга, и отдельный документ, подтверждающий согласие супруга, получать не требуется, тогда как на отчуждение земельных участков должно было быть получено нотариально удостоверенное
