Отчуждение недвижимого имущества при ликвидации юридического лица - гражданское законодательство и судебные прецеденты

и Ко» в арбитражном суде оспариваются по признакам крупности взаимосвязанные сделки об отчуждении Обществу «Ладога» недвижимого имущества, переданного, в свою очередь, Обществом «Ладога» участнику ФИО1 в процессе ликвидации, тогда как внесение в ЕГРЮЛ записи о ликвидации ООО «Ладога» является основанием для прекращения производства по делу, где стороной выступает ликвидированное лицо (пункт 5 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). При изложенных обстоятельствах заявленные требования удовлетворяются судом. Руководствуясь статьями 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области решил : Признать недействительным решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 15 по Санкт-Петербургу от 31.07.2009 № 103946А о государственной регистрации прекращения деятельности ООО «Ладога» (ОГРН <***> / ИНН <***>) в связи с его ликвидацией. Признать недействительной внесенную Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 15 по Санкт-Петербургу в единый государственный реестр юридических лиц запись под государственным регистрационным номером 8097847303887 о государственной регистрации ООО «Ладога» (ОГРН

по отчуждению объекта не давало. Ссылаясь на положения статьи 18 Федерального закона от 14.11.2002 г. № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» истец указывает, что государственное или муниципальное предприятие не вправе продавать принадлежащее ему недвижимое имущество, сдавать его в аренду, отдавать в залог, вносить в качестве вклада в уставный (складочный) капитал хозяйственного общества или товарищества или иным способом распоряжаться таким имуществом без согласия собственника имущества государственного или муниципального предприятия. Кроме того, в обоснование исковых требований истец ссылается на то, что спорные объекты недвижимости находятся в реестре федерального имущества, действия Территориального управления при закреплении недвижимого имущества за ГУП «Профдезинфекция» не были направлены на отчуждение предприятием закрепленного имущества и никак с этим не связаны. Согласно информации из Единого государственного реестра юридических лиц, 19.03.2014 г. в реестр внесена запись о прекращении деятельности ГУП «Профдезинфекция», в качестве способа прекращения указано – ликвидация. При этом истец полагает, что при ликвидации указанного юридического лица нарушены

отчуждению объекта не давало. Со ссылкой на положения статьи 18 Федерального закона от 14.11.2002 года № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» истец указывает, что государственное или муниципальное предприятие не вправе продавать принадлежащее ему недвижимое имущество, сдавать его в аренду, отдавать в залог, вносить в качестве вклада в уставный (складочный) капитал хозяйственного общества или товарищества или иным способом распоряжаться таким имуществом без согласия собственника имущества государственного или муниципального предприятия. Кроме того, в обоснование исковых требований истец ссылается на то, что спорное нежилое помещение находится в реестре федерального имущества, действия Территориального управления при закреплении недвижимого имущества за ГУП «Профдезинфекция» не были направлены на отчуждение предприятием закрепленного имущества и никак с этим не связаны. Согласно информации из Единого государственного реестра юридических лиц, 19.03.2014 года в реестр внесена запись о прекращении деятельности данного юридического лица, в качестве способа прекращения указано - ликвидация. При этом, истец полагает, что при ликвидации указанного юридического лица

суд Тюменской области 23.05.2014 поступило исковое заявление ООО ПФК «Мост» к ООО «Сова» о возврате денежных средств в размере 2000000,00 рублей. Заявленные требования со ссылками на ст.ст.62, 63, 309, 310, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) истец аргументирует ненадлежащим исполнением ответчиком услуг по эксклюзивному договору возмездного оказания услуг, связанных с поиском покупателя и отчуждением недвижимого имущества, заключенного между истцом и ответчиком 26.12.2013 за №15060-Экс-пр. Цель договора не достигнута – продажа объема недвижимости не осуществлена. При оказании ответчиком по договору услуг не были учтены положения ГК РФ о ликвидации юридического лица , а также материалы сложившейся судебной практики по вопросам совершения сделок юридическим лицом, находящимся в стадии ликвидации. Истец обращался к ответчику с требованием вернуть фактически уплаченные денежные средства, однако ответчик отказался их вернуть, что послужило основанием для обращения истца в суд с иском. Ответчик в отзыве на исковое заявление просит суд отказать в удовлетворении исковых требований,

на 3 года). установил: ФИО1 (далее – истец, место жительства: г. Владивосток) обратился в арбитражный суд с иском к ФИО2 (далее – ответчик, место жительства: Камчатский край, г. Петропавловск-Камчатский) о признании недействительной сделки по отчуждению объектов недвижимого имущества (помещение по адресу: <...>, кадастровый номер 41:01:0010116:14762 и земельный участок, кадастровый номер 41:01:0010114:503, расположенный по адресу: <...> площадью 3 119+/-20 кв.м), совершенной между обществом с ограниченной ответственностью «Владкам» (далее – ООО «Владкам», общество) и ФИО2, зарегистрированной в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Камчатскому краю (далее – Управление Росреестра по Камчатскому краю) 01.11.2012 (№ 41-41-01/051/2012-676, № 41-41-01/051/2012-677). Исковые требования заявлены ФИО1 как бывшим участником ООО «Владкам», прекратившим деятельность в результате добровольной ликвидации юридического лица 03.07.2013. Требования заявлены со ссылкой на статьи 45, 46, 58 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью) и мотивированы нарушением ответчиком ФИО2,

имущества предприятия на отчуждение имущества в том числе в процессе ликвидации предприятия. Вывод суда первой инстанции о том, что при ликвидации предприятия не требовалось согласие собственника имущества предприятия, является неправомерным. Судом первой инстанции не дана оценка нотариальной доверенности от 11.06.2013 № 42АА0997385, выданной ликвидатором ГУП «Профдезинфекция». Как следует из договора купли-продажи недвижимого имущества от лица ГУП «Профдезинфекция действовал ФИО5 на основании нотариальной доверенности от 11.06.2013 № 42АА0997385, выданной ликвидатором ГУП «Профдезинфекция». Между тем, в нарушение п. 1,5 ст. 185 ГК РФ данная доверенность не содержала печати ГУП «Профдезинфекция» и подписи главного бухгалтера предприятия. Относительно апелляционной жалобы ФИО5 поданы возражения. Изучив материалы дела, заслушав ФИО7, возражавшего против доводов жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему. Согласно п. 2, 3 ст. 62 Гражданского кодекса Российской Федерации, учредители (участники) юридического лица или орган, принявшие решение о ликвидации юридического лица , назначают ликвидационную