заявителя. Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.03.2018 в удовлетворении заявленных требований отказано. Не согласившись с выводами суда, заявитель подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт. Суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта. Как следует из материалов дела, 21.09.2017 в регистрирующий орган директором заявителя К.Е.В. для государственной регистрации внесения изменений в сведения о юридическом лице, содержащихся в ЕГРЮЛ, представлены документы: - заявление по форме N Р14001 (вх. N 51583А), подписанное К.Е.В., подлинность подписи которой нотариально засвидетельствована; - доверенность (копия); - акт приема-передачи имущества N 1 от 29.08.2017; - протокол внеочередного общегособрания участников ООО "Т." N 7 от 29.08.2017. Согласно представленным документам Компания становится единственным участником заявителя с долей в уставном капитале в размере 100% (номинальная стоимость доли - 5 010 000 руб.). Рассмотрев представленные документы, регистрирующий орган на основании пункта 1 статьи 23
на стороне предпринимателя возникло неосновательное обогащение, подлежащее взысканию в пользу собственников земельного участка за период с 30.11.2014 до 01.08.2019. Учитывая наличие волеизъявлений собственников многоквартирного дома на определение размера платы за пользование земельным участком, оформленных протоколами от 30.04.2017 № 2 и от 30.12.2017 № 5, не оспоренными и не признанными недействительными в установленном законом порядке, суд установил размер неосновательного обогащения за пользование земельным участком исходя из определенного протоколами размера за период их действия. Учитывая отсутствие протоколов общих собраний собственников многоквартирного дома и не установление размера платы за пользование земельным участком в период с 30.11.2014 по 29.04.2017, расчет размера неосновательного обогащения в данной части произведен судом на основании рыночной стоимости арендной платы, определенной в предоставленных в материалы дела истцом отчетах об оценке № 253, № 254 и № 255 по состоянию на 30.11.2014, на 30.11.2015 и на 20.11.2016, признанных судом надлежащими доказательствами по делу Доводы заявителя являлись предметом рассмотрения судебных инстанций, получили
совета директоров не соблюден. Суд также отметил , что заявление оформлено 27.11.2017, при этом решение принято согласно протоколу общего собрания 24.11.2017; то есть фактически рассмотрено не существующее заявление, при этом в нарушение положений Устава Компании оно подписано только одним из двух директоров без использования корпоративной печати. ФИО2, являясь одновременно одним из двух директоров Компании и выгодоприобретателем по сделке, в результате незаконных действий назначил генерального директора – ФИО3 в отсутствие необходимого кворума, без использования подлинной печати Компании, без нотариального заверения протоколаобщегособрания участников от 20.04.2017; ФИО3 провела 24.11.2017 внеочередное общее собрание участников по рассмотрению заявления о выходе Компании из Общества без оплаты, в отсутствие необходимого кворума без нотариального заверения протокола собрания. Заявление Компании о выходе из Общества никому не направлялось и советом директоров при необходимом кворуме не принималось. Установив, что протокол от 20.04.2017 № 2 не имеет печати Компании и подписи второго директора – ФИО1, суд первой инстанции пришел к
на специальном счете общества при наличии 96,37 % голосов (16 532,17 квадратных метра), что составило 65,27 % голосов от общего числа голосов собственников помещений в МКД, то есть менее двух третей голосов от общей площади указанного дома (25 327 квадратных метров). Полагая, что решение о создании фонда капитального ремонта на специальном счете общества принято в отсутствие необходимых 66,7 % голосов от общего числа голосов собственников помещений в многоквартирном доме, инспекция пришла к выводу о нарушении обществом части 1 статьи 46 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее – Жилищный кодекс), что влечет ничтожность протоколаобщегособрания собственников помещений МКД. Удовлетворяя заявление общества, суд первой инстанции руководствовался положениями статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) и исходил из отсутствия у инспекции правовых оснований для признания ничтожным решения общего собрания собственников помещений МКД от 26.05.2015 по формальным основаниям (ввиду отсутствия кворума), поскольку общество действовало добросовестно в интересах собственников помещений МКД
решения об участии в ассоциациях и других объединениях коммерческих организаций. Пунктом 5.2.1 устава ООО «Мебельная фабрика «Династия» предусмотрено, что принятие решения об участии в ассоциациях и других объединениях коммерческих организаций отнесено к компетенции общего собрания участников, что соответствует положениям пункта 2 статьи 33 Закон об обществах с ограниченной ответственностью». Оценив имеющиеся в деле доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ, в том числе положения устава ООО «Мебельная фабрика «Династия», а также, учитывая отсутствие протокола общего собрания участников ООО «Мебельная фабрика «Династия», в котором указано на присутствие на собрании более половины от общего числа участников общества, голосовавших за вступление в члены некоммерческой организации, суд апелляционной инстанций обоснованно указал на то, что единоличный исполнительный орган ООО «Мебельная фабрика «Династия» ФИО3 при написании заявления от 22.08.2012 о вступлении в НО «Союз лесопромышленников и лесоэкспортеров Хабаровского края» действовал с превышением предоставленных ему полномочий, что противоречит действующему законодательству и законным интересам участника общества ФИО1
в месяц, тревожная сигнализация 1390 руб. в месяц. Между тем, приняв во внимание факт того, что данное соглашение ответчиком подписано с протоколом разногласий, которым ответчик предлагал исключить пункты 1 и 2 перечня дополнительных услуг, при этом протокол разногласий со стороны истца не подписан, суды признали дополнительное соглашение № 2 незаключенным. Суды указали, что в отсутствие заключенного соглашения сторон о дополнительных услугах истца в части услуг служба контроля и обслуживание эскалатора, а также в отсутствие протокола общего собрания собственников помещений в рассматриваемом здании о поручении истцу выполнять (организовывать выполнение) данные услуги, оснований для взыскания задолженности в указанном дополнительным соглашением размере не имеется. Однако, поскольку эскалатор входит в общее имущество здания ответчик не может быть освобожден от оплаты его содержания. Вместе с тем, как отметили суды, в материалах дела отсутствуют доказательства принятия собственниками всего здания решения о том, что работы по содержанию эскалатора не входят в стоимость услуг по содержанию здания в
внимание на неполное выяснение судами обстоятельств, имеющих значение для рассматриваемого дела. Заявитель кассационной жалобы указывает на то, что поскольку тепловой пункт МКД № 9 по ул. Турбинная является муниципальной собственностью, что подтверждается письмо КУИ Администрации г. Оренбурга о включении в реестр имущества, находящегося в собственности муниципального образования «город Оренбург», то отнесение расходов, связанных с содержанием вышеуказанного оборудования, не входящего в состав общего имущества, на собственников помещений в каком-либо МКД неправомерно. Кассатор ссылается на отсутствие протокола общего собрания собственников о передаче указанного имущества ИТП МКД № 9 по ул. Турбинная в пользование иным лицам и о включении в состав общего имущества именно МКД № 9 по ул. Турбинная. По мнению заявителя кассационной жалобы, вывод судов по делу № А47-7682/2020 по рассмотрению требований общества «Оренбург Водоканал» к обществу «УК «Маяк» является неверным. Заявитель считает, что поскольку указанное ИТП истцу не принадлежит, что отсутствуют основания для возложения на него обязанности по несению расходов
удовлетворении заявленных требований. В обоснование жалобы указывается, что судами не учтено, что спорные участки тепловых сетей в силу своего функционального назначения (подводящие тепловые сети к жилым домам) подлежали передаче застройщиком управляющей организации вместе с иным инженерным оборудованием, предназначенным для обслуживания всех помещений многоквартирных домов, собственники помещений в указанных жилых домах являются собственниками тепловых сетей в силу закона. Теплосетевое имущество, являющееся предметом договора аренды, передавалось именно в качестве общего имущества жильцов МКД, однако в отсутствие протокола общего собрания жильцов; отсутствие данного решения также свидетельствует об отсутствии правовых оснований для заключения со стороны ТСЖ «Луч» договора аренды. Заявитель жалобы также не согласен с выводом судов об отсутствии у истца заинтересованности в оспаривании договора аренды тепловой сети, т.к. заключение указанных договоров приводит к возникновению экономических убытков ПАО «Т Плюс» в виде обязанности внесения платежей по оплате услуг по поставке тепловой энергии ООО «Специализированная теплосетевая организация», что является необоснованной экономической выгодой для последнего. Утверждая,
счет земельной доли размером 1.87 га, принадлежащей ей на основании Постановления Главы администрации <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ Однако, Темрюкский отдел Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес> отказал в регистрации, ссылаясь на то, что в ЕГРП отсутствуют сведения о правах ФИО3 на земельный участок с кадастровым номером №; невозможно определить местоположение границ выделяемого земельного участка в соответствии с поданным объявлением о выделении земельного участка в газете «Тамань» от ДД.ММ.ГГГГ №(8848); отсутствие протокола общего собрания дольщиков. Административный истец считает, что отказ в государственной регистрации права собственности на земельный участок с кадастровым номером №, является неправомерным. В судебное заседание административный истец ФИО3 не явилась, ее представитель ФИО1 поддержал заявленные требования, ссылаясь на те же обстоятельства. Представитель административного ответчика Темрюкского отдела Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю ФИО2 в судебном заседании при вынесении решения полагался на усмотрение суда. Суд выслушал представителей сторон, исследовав материалы дела,
первой инстанции не явился. Суд в удовлетворении исковых требований отказал постановив решение в вышеприведенной формулировке. В апелляционной жалобе представитель ФИО1 – ФИО2 ставит вопрос об отмене решения суда и удовлетворении исковых требований. При этом указывает, что суд необоснованно применил срок исковой давности, поскольку о нарушении своего права ФИО1 стало известно только после подачи СНТ «Родник» заявления о пересмотре решения суда по вновь открывшимся обстоятельствам <дата>. Указывает на незаконность исключения истца из членов СНТ, отсутствие протокола общего собрания СНТ «Родник» об исключении ФИО1 из членов СНТ, отсутствие доказательств ее уведомления о проведении собрания. Кроме того выражает несогласие с рассмотрением дела в отсутствие представителя Исполнительного комитета Пестречинского муниципального района Республики Татарстан, так как указанный орган был указан в качестве соответчика. Представитель ФИО1 – ФИО2 в заседании суда апелляционной инстанции доводы жалобы поддержала. ФИО3, ФИО4 просили в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, оставить решение без изменения. Представители СНТ «Родник», Управления Росреестра по Республике Татарстан,
