налоговый орган пришел к выводу о неправомерном включении данных расходов в состав профессиональных налоговых вычетов, считая указанные расходы экономически необоснованными. На основании договора аренды № 04 от 01.01.2004 предпринимателю переданы во временное пользование помещения, расположенные на территории базы по адресу: <...> (холодный склад площадью 285 кв.м., холодный склад площадью 432 кв.м.). Согласно пункту 2.1.2 указанного договора арендодатель (ООО «Континенталь РТ») обязался обеспечить соответствующую охрану арендованного помещения. Пунктом 4.1 договора предусмотрена полная материальная ответственность арендодателя за сохранность имущества арендатора , находящегося в складе и помещениях для персонала, сданного под охрану. Предпринимателем с целью охраны арендованных объектов были заключены следующие договоры: - договор от 20.02.2004 (с учетом изменений, внесенных соглашением от 01.03.2004), заключенный с ООО охранное предприятие «РосИнкасОхрана» на физическую и имущественную охрану помещения кассы, расположенного по адресу: <...>; - договор № 276 от 31.12.2004, согласно пункту 1.1 которого ГУ «Отдел вневедомственной охраны при УВД Центрального района г. Красноярска» обязалось оказывать услуги
помещение и передачи ключей от него. С ноября 2021 года по апрель 2022 года истец устанавливал рекламные вывески, монтировал внутри складские помещения и морозильную камеру для хранения продуктов в арендуемом помещении. 14.03.2022 ИП ФИО1 направил в адрес истца требование о необходимости подписания акта приема-передачи нежилого помещения, которое оставлено без ответа. Ответчик пояснил, что в период действия договора аренды не препятствовал ООО «ПВ-ЮГ» вывозу принадлежащего истцу имущества из помещения; условиями договора не предусмотрена ответственность арендодателя за сохранность имущества арендатора ; в настоящее время в помещении какое-либо имущество отсутствует. Согласно пункту 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. В силу статьи 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. Истребование имущества из чужого незаконного владения (виндикация) является вещно-правовым способом защиты права собственности. Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума
в которое также имелся доступ для рабочих арендодателя (кочегара) и третьих лиц (показания свидетеля ФИО3, аудиозапись судебного заседания от 09.04.2019). Между тем, ответчик по встречному иску не принимал на себя обязательства по обеспечению сохранности имущества арендатора, каких-либо договоров хранения материальных ценностей с обществом не заключал, поэтому на него не может быть возложена ответственность по возмещению убытков, связанных с хищением материальных ценностей неустановленным лицом. Главой 34 Гражданского кодекса Российской Федерации также не предусмотрена ответственность арендодателя за сохранность имущества арендатора . Доказательств, подтверждающих, что имущество похищено ИП ФИО1, либо им удерживается в материалы дела не представлено. Заявляя требование о взыскании стоимости имущества, истец не доказал, что оно находится во владении ответчика. Суд отмечает, что истцом по встречному иску не представлено каких-либо доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникновением убытков у истца. Согласно части 4 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для арбитражного суда обязателен вступивший в законную силу приговор
требований, в обоснование повторяет свою позицию по делу, полагая, что суд не дал ей надлежащей правовой оценки, приводит доводы о том, что суд не обеспечил явку третьих лиц, привлеченных к участию в деле. Апеллянт считает, что судом не дана надлежащая оценка свидетельским показаниям Н.Ю.Д., материалам следственной проверки, указывающей на гражданско-правовые отношения между сторонами. Апеллянт настаивает на том, что договор аренды был заключен до 30.09.2020г. включительно и не прекращался досрочно, что указывает на ответственность арендодателя за сохранность имущества арендатора в арендуемом помещении. На апелляционную жалобу ООО «ДНГБ» поданы возражения. Рассмотрев дело в соответствии с ч. 1, ч.2 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, посчитав возможным слушание дела в отсутствие не явившихся сторон, извещенных о времени и месте рассмотрения дела, применительно к ст. 167 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующим выводам. Как следует из материалов дела 01.07.2019 года между ООО «ДНГБ» и ИП ФИО2 был заключен договор аренды
Постановлением следователя ОП № 8 СУ УМВД по г. Ростову-на-Дону от 06.07.2020 года было отказано в возбуждении уголовного дела, ввиду некомпетентности сотрудников отдела полиции в решении гражданско-правовых споров, а также с указанием на то, что арендодатель не несет ответственность за имущество арендатора, если просрочка в освобождении помещения составила более 10 календарных дней. Однако истец полагает, что договор между истцом и ответчиком был заключен до 30.09.2020 г. и не прекращался досрочно, что сохраняет ответственность арендодателя за сохранность имущества арендатора в арендуемом помещении. На основании изложенного, истица просила суд: взыскать с ООО «ДНГБ» в пользу ФИО2 сумму убытков в размере стоимости товара 1413822 рублей. В судебное заседание истец не явилась, извещена надлежащим образом о дате, месте и времени слушания дела, дело рассмотрено в ее отсутствие в порядке ст. 167 ГПК РФ. В судебном заседании представитель Финансового управляющего ФИО2 Рега Е.Ю. Ю.Ю. – ФИО5 исковые требования поддержала и просила их удовлетворить, дала пояснения
может быть признан судом обоснованным и принят во внимание в виду следующего. Как следует из материалов дела, договор аренды недвижимого имущества <номер> от <дата> регулирует отношения между арендодателем АО «Тандер» и арендатором ООО «Эльдорадо». Данный договор не создает прав и обязанностей для иных лиц, не являющихся субъектами указанного договора аренды. Кроме того, условия, изложенные в договоре аренды недвижимого имущества <номер> от <дата>., заключенном между АО «Тандер» и ИП ФИО1 (п.10.11.-10.13.), устанавливающие отсутствие ответственности арендодателя за сохранность имущества арендатора находящегося в помещении, за действия или бездействия третьих лиц, а также за их последствия, сами по себе не могут являться основанием для освобождения собственника Гипермаркета, расположенного по адресу: <адрес> – АО «Тандер» от выполнения возложенных на него законом (ст.210 ГК РФ) обязанностей по содержанию принадлежащего ему имущества, а в случае причинения ущерба третьим лицам не может также являться основанием для освобождения собственника от ответственности за необеспечение такого содержания. В соответствии со ст.
Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»). Учитывая период задолженности, размер долга, судебная коллегия полагает, что подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, в связи с чем считает необходимым уменьшить ее до **** рублей. Поскольку оснований полагать договор аренды прекращенным не имеется, а так же учитывая, что арендатор ФИО2 арендованное имущество арендодателю не передал и в спорный период его сохранность не обеспечил, ущерб, причиненный имуществу истца в результате кражи, так же подлежит взысканию с ФИО2 в соответствии со статьями 309,310,401,15 Гражданского кодекса Российской Федерации. С размером ущерба, причиненного в результате кражи, судебная коллегия соглашается в части, за исключением стоимости воздушных завес с подогревом воздуха, поскольку стороной истца наличие данного оборудования на момент заключения договора аренды не подтверждено. Наличие остального, имущества, описанного в заключении об оценке, на момент заключения договора аренды подтверждено материалами дела. Так, наличие металлического покрытия пола подтверждается показаниями супруги арендатора - Д.Н.А. (т. 2 л.д.
