Гражданского кодекса Российской Федерации) к наследникам или иным универсальным правопреемникам продавца. При отсутствии наследников продавца либо при ликвидации продавца - юридического лица судам необходимо учитывать, что покупатель недвижимого имущества, которому было передано владение во исполнение договора купли-продажи, вправе обратиться за регистрацией перехода права собственности. Рассматривая такое требование покупателя, суд проверяет исполнение продавцом обязанности по передаче и исполнение покупателем обязанности по оплате. Если единственным препятствием для регистрации перехода права собственности к покупателю является отсутствие продавца, суд удовлетворяет соответствующее требование покупателя. Следовательно, для разрешения иска о государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество по договорударения следует установить не только наличие документа о передаче имущества, но также установить фактический переход имущества от дарителя к одаряемому. Выводы судов, которые послужили основанием для отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1., а именно о том, что в регистрирующий орган стороны договора не обращались и никаких действий, направленных на подтверждение перехода права собственности от дарителя
из эксплуатации, при этом органам местного самоуправления предоставлено право осуществить выкуп данных объектов по рыночной стоимости, определенной оценщиком, а собственникам указано на возможность их безвозмездной передачи в муниципальную собственность. Поскольку до государственной регистрации перехода права собственности на спорные объекты недвижимости право собственности на это имущество сохраняется за продавцом, при этом возможность безвозмездной передачи источников тепловой энергии и тепловых сетей предусмотрена Законом№ 190-ФЗ, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для признания сделки дарения спорного имущества недействительной. Доводы общества о том, что суд вышел за пределы своих полномочий, приняв решение о государственной регистрации перехода права собственности по договорударения , были рассмотрены судами и признаны несостоятельными. Существенных нарушений судами норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, доводы жалобы не подтверждают. Таким образом, оснований для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации не имеется. Учитывая изложенное и руководствуясь
сделать вывод о намерении ООО «ГК Техно Э» освободить ООО «ОЦЭТ» от обязанности по уплате долга в качестве дара, наоборот в материалах дела имеются письменные доказательства, что решения о прощении долга было принято сугубо с инвестиционными целями. Кроме того, ООО «ГК Техно Э», прощая ООО «ОЦЭТ» долг, освободило его от исполнения обязанностей, вытекающих из возмездных обязательств (договор подряда, договор займа). Причем последние уже существовали на момент прощения долга, в то время как передача имущества по договору дарения вытекает из обязательства, которое с самого начала (т.е. уже в момент возникновения) было безвозмездным. Следовательно, Истец не может доказать нарушение своих прав в настоящем деле, т.к. по факту ее права не были нарушены при заключении оспариваемых соглашений о прощении долга. Кроме того, экономическая обоснованность в совершении сделки подтверждается действующим решением участника ООО «ГК Техно Э» ФИО4 об ее одобрении, согласно которому, прямо осознавая цели заключения данных сделок, он дал на них свое
договор дарения, стороны имели целью причинение вреда имущественным правам кредиторов. Вместе с тем, как обосновано указанного судом первой инстанции, доказательств наличия у должника неисполненных обязательств перед кредиторами на момент заключения договора дарения в материалах дела отсутствуют. Принятие ФИО9 на себя обязательств по договору поручительства за ООО «Северная буровая компания» перед Банком, само по себе, не свидетельствует о наличии у должника неисполненных обязательств на дату совершения оспариваемой сделки (13.03.2013). В настоящем случае, безвозмездная передача имущества по договору дарения совершена должником 13.03.2013, то есть по истечение восьми месяцев с даты принятия на себя обязательств по договору поручительства от 09.07.2012 перед Банком по обязательствам ООО «Северная буровая компания». Однако сведений о том, что на дату отчуждения должником имущества в пользу ФИО10 (13.03.2013) ООО «Северная буровая компания» уже не исполнялись обязательства по кредитному договору, в результате чего исполнение обязательств перешло на поручителей основного заемщика, в том числе ФИО9, не представлено, подобной информации суду
572 ГК РФ и п. 4 ст. 575 ГК РФ является неправомерной. Прощение долга регулируется ст. 415 ГК РФ, согласно которой обязательство прекращается освобождением кредитором должника от лежащих на нем обязанностей, если это не нарушает прав других лиц в отношении имущества кредитора. Истец, прощая Ответчику долг, освободил его от исполнения обязанностей, вытекающих из возмездного обязательства. Как следует из материалов дела возмездное обязательство уже существовало на момент прощения долга, в то время как передача имущества по договору дарения вытекает из обязательства, которое с самого начала (т.е. уже в момент возникновения) было безвозмездным. Следовательно, чтобы признать прощение долга безвозмездной передачей имущества другому юридическому лицу, Истцу необходимо доказать, что с самого начала стороны преследовали именно такую цель, т.е., по существу, заключили притворную сделку. В соответствии с ч.1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
его праву подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок, а также предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц. Предъявление конкурсным управляющим настоящего иска о виндикации направлено на возврат спорного имущества в конкурсную массу должника –ФИО4 с целью удовлетворения требований его кредиторов. Договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. признан судом недействительным, в своем постановлении суд апелляционной инстанции сделал вывод о недобросовестности участников сделки по отчуждению спорного имущества. Дальнейшая передача имущества по договору дарения от ФИО12 Н.П. своей несовершеннолетней дочери ФИО3 также свидетельствует о недобросовестности участников сделки. Доводы третьего лица ФИО4 о двойном взыскании в пользу истца не могут быть приняты судом во внимание, поскольку как разъяснено в абз. 5 п. 16 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 декабря 2010 г. N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" при наличии двух судебных актов (о применении последствий
площадью 43,7 кв.м., расположенную по адресу: <адрес>, кВ. 89, волеизъявление ФИО2 и ФИО1 было направлено за заключение договора купли-продажи указанного недвижимого имущества, поскольку сделка носила возмездный характер, и за приобретаемую квартиру ФИО1 были уплачены ФИО2 денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей. Таким образом, судом фактически установлено, что договор дарения прикрывал заключенный продавцом ФИО2 и покупателем ФИО1 договор купли-продажи 2-комнатной квартиры, общей площадью 43,7 кв.м., расположенной по адресу: <адрес>, кВ. 89. Поскольку передача имущества по договору дарения за деньги свидетельствует о том, что правовые последствия, соответствующие сделке дарения, не были достигнуты сторонами, напротив, сделка была направлена на достижение иных правовых последствий - отчуждение имущества за денежный эквивалент, и именно эти правовые последствия и были достигнуты сторонами при совершении сделки, следовательно договор дарения от 23.05.2019г. должен быть признан ничтожной сделкой как притворной, прикрывающей куплю-продажу имущества. При таких обстоятельствах суд считает, что заключенный 23 ФИО1 2019 года между ФИО2 и ФИО1
Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в частности, сделку, заключенную на иных условиях, ничтожна. Установление того обстоятельства, что договор дарения от 27 ноября 2018 года прикрывал заключенный сторонами договор купли-продажи 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, является основанием для удовлетворения исковых требований о признании договора дарения от 27 ноября 2018 года ничтожной сделкой. Фактически сторонами была совершена возмездная сделка. Передача имущества по договору дарения за деньги свидетельствует о том, что правовые последствия, соответствующие сделке дарения, не были достигнуты сторонами, напротив, сделка была направлена на достижение иных правовых последствий - отчуждение имущества за денежный эквивалент, и именно эти правовые последствия и были достигнуты сторонами при совершении сделки. Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. Таким образом,
