Передача прав по договору строительного подряда - гражданское законодательство и судебные прецеденты

был удовлетворен иск Ц. к фирме "Арсо": в пользу истца взысканы стоимость недостающей жилой площади (так как квартира была предоставлена меньшего, чем предусмотрено в договоре, размера), неустойка за несвоевременную передачу квартиры под отделку и в собственность, компенсация морального вреда. Поскольку истец принят фирмой в застройщики (дольщики) по строительству трехкомнатной квартиры, а фирма в договоре указала, что берет на себя функции заказчика по исполнению обязательства обеспечить проектирование и строительство жилого дома, выполнить работы в соответствии с проектно-сметной документацией, суд, руководствуясь нормами ст. 740 ГК РФ и п. 5 ст. 28 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей", постановил решение об удовлетворении заявленных требований. Кассационная инстанция, оставившая решение в силе, также пришла к выводу, что стороны фактически заключили договор строительного (бытового) подряда с целью возведения для личных нужд истца жилого помещения с фиксированной ценой за каждый метр общей площади и что данные отношения регулируются Законом Российской Федерации "О защите прав потребителей".

и справки (формы № КС-3), подписанные субподрядчиком в одностороннем порядке и предъявленные цессионарием в подтверждение наличия задолженности, и исполнительная документация, которые генподрядчику не направлялись, не могут свидетельствовать о выполнении и надлежащей сдаче субподрядчиком спорных работ ответчику. Также суды указали, что письмо общества «Континент» об их передаче обществу «Гефест», не может быть признано надлежащим и допустимым доказательством, так как указанное общество не является стороной спорных сделок. Поскольку общество «Бона Фортуна» является цессионарием по договору цессии от 09.04.2015, согласно которому общество «Контенент» передало ему право требования уплаты спорной суммы задолженности от общества «Строй-Терминал», возникшее у цедента, как полагает истец, в связи с исполнением указанных договоров строительного подряда , суды, исходя из неподтвержденности условий возникновения у ответчика денежного обязательства перед субподрядчиком, руководствуясь положениями статей 309, 310, 702, 711, 740, 746 и 753 Гражданского кодекса Российской Федерации, отказали истцу в удовлетворении заявленных требований. Из судебных актов следует, что судами исследованы доводы и доказательства, представленные

актов по мотиву существенных нарушений судами норм права. По смыслу части 1 статьи 291.1, части 7 статьи 291.6, статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подлежит передаче для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, если изложенные в ней доводы подтверждают наличие существенных нарушений норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Рассмотрев доводы заявителя, изучив судебные акты, судья не усматривает оснований для передачи кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации. Как установлено судами, 01.08.2013 обществом (генподрядчиком) и корпорацией (подрядчиком) был заключен предварительный договор строительного подряда № 59, а 07.08.2013 основной договор строительного подряда № 60, который 20.08.2013 расторгнут по соглашению сторон. В указанном соглашении сторонами констатирован факт наличия у генподрядчика перед подрядчиком задолженности

Цессионарию Права требования по обязательствам с истекшим сроком исковой давности по обязательствам, не подтвержденным документально и/или оспариваемым контрагентами. Согласно приложению № 1 к Договору права требования ОАО «Астраханский корабел» к ОАО «АСПО» составляют 2 724 414, 65 рублей. Впоследствии 25.04.2014 ООО «Астранавт» передает право требования к АО «АСПО» ФИО9, а ФИО9, в свою очередь, ООО «ГК «Золотой затон». Как установлено материалами дела ООО «ГК «Золотой Затон» помимо оплаты 10 200 000 рублей, передачи прав по договору строительного подряда 30.10.2012 на сумму 12 289 024 руб., выдало ОАО «АСПО» простой вексель на сумму 4 128 561, 35 рублей. Данные обстоятельства сторонами не оспариваются. Как указывает ООО «ГК «Золотой Затон», вексель был передан в счет оплаты по спорному договору купли-продажи ВРИО генерального директора Общества ФИО7 Правомочность последнего при принятии векселя не оспорены. Тот факт, что вексельные обязательства не отражены в бухгалтерской отчетности ОАО «АСПО», не опровергают факт передачи векселя в качестве оплаты

уступает цессионарию права требования по обязательствам с истекшим сроком исковой давности по обязательствам, не подтвержденным документально и/или оспариваемым контрагентами. Согласно приложению № 1 к договору права требования ОАО «Астраханский корабел» к ОАО «АСПО» составляют 2 724 414,65 руб. Впоследствии 25.04.2014 ООО «Астранавт» передает право требования к АО «АСПО» ФИО7, а ФИО7, в свою очередь, ООО «ГК «Золотой затон». Как установлено материалами дела ООО «ГК «Золотой Затон» помимо оплаты 10 200 000 руб., передачи прав по договору строительного подряда 30.10.2012 на сумму 12 289 024 руб., выдало ОАО «АСПО» простой вексель на сумму 4 128 561,35 руб. Как указывает ООО «ГК «Золотой Затон», вексель был передан в счет оплаты по спорному договору купли-продажи ВРИО генерального директора общества ФИО5 Правомочность последнего при принятии векселя не оспорены. Тот факт, что вексельные обязательства не отражены в бухгалтерской отчетности ОАО «АСПО», не опровергают факт передачи векселя в качестве оплаты по договору купли-продажи от 05.03.2014. Факт

установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Как следует из материалов обособленного спора, договор цессии № 28/08/2/19 от 28.08.2019 расторгнут по соглашению сторон от 14.11.2019. По условиям соглашения о расторжении договора цессии цедент и цессионарий расторгают договор цессии (уступки права требования) № 28/08/2/19 от 28.08.2019 в связи с несоблюдением порядка передачи прав по договору строительного подряда №52/17 от 11.07.2017. Обязательства сторон по договору цессии (уступки права требования) № 28/08/2/19 от 28.08.2019 прекращаются с момента его расторжения. Цессионарий обязан вернуть цеденту в трехдневный срок после подписания соглашения все необходимые документы, удостоверяющие права (требования), а именно: подлинный договор строительного подряда № 52/17 от 11.07.2017 со всеми приложениями, дополнительными соглашениями и другими документами, являющимися его неотъемлемой частью и иные документы, имеющиеся у цедента и относящиеся к договору, по которому происходила уступка

счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику. При наличии сомнений в действительности договора займа суд не лишен права потребовать и от должника представления документов, свидетельствующих о его операциях с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета индивидуального предпринимателя), в том числе об их расходовании. Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, денежное требование в сумме 28337752 руб. 32 коп. состоит из: 4999967 руб. 72 коп. – платежи общества с ограниченной ответственностью «Уральская теннисная академия» за должника в сумме 3137449 руб. 62 коп. (материалы) и 1862518 руб. 10 коп. (коммунальные услуги); 16541703 руб. 20 коп. – платежи ФИО5 обществу с ограниченной ответственностью «ЮККА» на основании договора подряда №1-П/15 от 03.02.2015; 6796081 руб. 20 коп. – платежи ФИО5 обществу с ограниченной ответственностью «Стройсервис» на основании договора строительного подряда от 15.07.2011. Требование в части суммы 4999967 руб. 72 коп.

определением суд включил требование ФИО3 в реестр требований кредиторов ООО «Зодчие» о передаче жилого помещения в виде однокомнатной квартиры общей площадью 63, 23 кв. м, расположенной на 8 этаже 1 секции, в осях 3-5, А-Д в жилом доме со встроенными нежилыми помещениями, расположенном по адресу: Тюменская область, г. Тюмень, ул. Шиллера – 50 лет ВЛКСМ- Максима Горького, оплаченной в размере 2 529 200 руб. В апелляционной жалобе конкурсный кредитор ФИО1 со ссылкой на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, просит указанное определение отменить в части установления требования ФИО3 в реестр требований о передаче жилых помещений ООО «Зодчие» и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требования участника строительства ФИО3 Как указывает заявитель, суд первой инстанции, не рассмотрев заявление конкурсного управляющего о фальсификации доказательств (договора строительного подряда № 11 от 04.10.2010 между ООО «Зодчие» и ООО «МСК» и уведомления

рублей), однако указанный договор новации не прошел государственную регистрацию; 09.08.2019г. между ИП ФИО3 и ФИО1 были заключены договоры переуступки права собственности (№, №, №, №, №, №, №, №, №, №, №, №, №, №, №), а также подписаны акты приема передачи, согласно которым права собственности на <адрес>, №, №, №, №, №, №, №, №, №, №, №, №, №, № по адресу: <адрес>, были уступлены ИП ФИО3 в пользу ФИО1, что подтверждается выписками из ЕГРН от 19.08.2019г., от 21.08.2019г., от 23.08.2019г., от 24.08.2019г., от 20.03.2020г., от 23.03.2020г. Разрешая встречные исковые требования ФИО3, суд первой инстанции, исходя из того, что соглашение о намерениях от 18.08.2016г., договор строительного подряда от 18.08.2016г., а также договор подряда на строительство от 18.08.2016г. следует рассматривать в целом как составные неразрывные части общей договоренности, достигнутой между ИП ФИО3, ИП ФИО7 и ФИО1 по вопросу завершения строительства указанного многоквартирного дома, которые сами по себе конкретизируют и