суда первой инстанции и отказывая обществу в удовлетворении требований, суд апелляционной инстанции руководствовался статьями 78, 265, 266.1, 270.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации, Правилами осуществления Федеральным казначейством полномочий по контролю в финансово-бюджетной сфере, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 28.11.2013 № 1092, Правилами предоставления из федерального бюджета субсидий стратегическим организациям оборонно-промышленного комплекса в целях предупреждения банкротства, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 07.05.2008 № 368. Суд исходил из того, что оспариваемое представление вынесено в пределах полномочий УФК по Новгородской области по результатам мероприятия внутреннего финансового контроля, проведенного с соблюдением требований действующего законодательства. Совершение нарушений, отмеченных в содержании представления, АО НПО «Квант» не отрицало. Проанализировав положения действующего законодательства, регулирующего предоставление субсидий стратегическим организациям оборонно-промышленного комплекса, а также условия соглашения от 27.12.2017 № 172209.4410264220.11.01 о предоставлении субсидии из федерального бюджета, заключенного между АО НПО «Квант» и Министерством промышленности и торговли Российской Федерации, суд нашел, что условия выделения субсидии предусматривали не только соответствие общества
5 статьи 242 Бюджетного кодекса Российской Федерации. Заявитель указывает, что в оспариваемых пунктах представления действия учреждения оценены на соответствие положениям законодательства о размещении государственного заказа, однако территориальные органы Федерального казначейства полномочиями по контролю за соблюдением таких требований не обладают. Органы Федеральной службы финансово-бюджетного надзора, действовавшей в период размещения спорного государственного заказа, такими полномочиями также не были наделены и, следовательно, не могли передать их органам Федерального казначейства в порядке правопреемства. В любом случае, законодательство о закупках для государственных нужд не регулирует бюджетные правоотношения, не относится к бюджетному законодательству, поэтому нарушение его требований не могло явиться предметом представления УФК по Орловской области, выданного в порядке, установленном Бюджетным кодексом Российской Федерации. Кроме того, санкционировав в декабре 2013 г. выплату аванса по дополнительному соглашению к контракту от 29.03.2013 № 1-СП, УФК по Орловской области провело проверку соответствующих действий учреждения и нашло их законными. В ходе плановой выездной проверки и по содержанию пунктов 1,
связаны с реализацией переданных государственных полномочий Российской Федерации в области охраны и использования охотничьих ресурсов. Судами отмечено, что выполнение возложенных на управление функций невозможно без транспортных средств, эксплуатация которых подразумевает оплату транспортного налога, плату за загрязнение окружающей среды, наносимое транспортными средствами, страхование гражданской ответственности. Кроме того, для размещения госохотинспекторов, осуществляющих полномочия в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов, управление вынуждено заключать договоры на пользование помещениями и возмещение расходов на соответствующие коммунальные и эксплуатационные услуги. Выводы казначейства о завышении стоимости предрейсовых и послерейсовых медицинских осмотров по сравнению со среднерыночной были изучены судами нижестоящих инстанций и мотивированно отклонены как неподтвержденные документально. УФК по Амурской области не представило надлежащих доказательств завышения управлением стоимости оказания данных услуг. Признавая необоснованными доводы казначейства о том, что представленный управлением отчет не соответствует форме, утвержденной Приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 12.07.2016 № 393, суды, принимая во внимание письмо Министерства природных ресурсов и экологии Российской
16, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), при этом отметили, что договор уступки права требования не признан недействительным. Ссылаясь на пункт 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее – БК РФ), Положение о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденное Указом Президента Российской Федерации от 21.12.2016 № 699, суды указали на наличие у МВД России полномочий представлять интересы Российской Федерации в качестве ответчика по настоящему делу, в связи с этим удовлетворили иск к указанному органу и отказали в удовлетворении иска к ГУ МВД России по Волгоградской области и УФК по Волгоградской области. Между тем судами не было учтено следующее. Согласно статье 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению.
УФК, а выводы суда первой инстанции - соответствующими фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, основанными на правильном применении норм материального и процессуального права, отвечающими доводам участников спора, правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, часть 5 статьи 200, части 1 - 5 статьи 71 АПК РФ), требованиям административного судопроизводства (статья 198, 200, 201 АПК РФ). При рассмотрении спора по существу суды правомерно исходили из следующего. В рамках спорных правоотношений контрольные полномочия УФК , их реализация определены положениями статей 157, 265 БК РФ, Положением о Федеральном казначействе (утверждено постановлением Правительства Российской Федерации от 01.12.2004 № 703), Правилами осуществления Федеральным казначейством полномочий по контролю в финансово-бюджетной сфере (утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 28.11.2013 № 1092). В пункте 1 оспариваемого предписания указано на нарушение учреждением частей 1, 3 статьи 9 Федерального закона от 06.11.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закона № 402-ФЗ), пункта 5 государственного контракта
БК РФ). В соответствии с Положением о Федеральном казначействе, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 01.12.2004 № 703, Федеральное казначейство осуществляет, в том числе функции по контролю и надзору в финансово-бюджетной сфере непосредственно и через свои территориальные органы, подведомственные федеральные казенные учреждения во взаимодействии с другими федеральными органами исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, Центральным банком Российской Федерации, общественными объединениями и иными организациями (пункт 4). Указанные нормы права предоставляют полномочия УФК по Амурской области на проведение государственного (муниципального) финансового контроля. Как следует из материалов дела, УФК по Амурской области в отношении Востоквоендор проведена выездная проверка соблюдения законодательства Российской Федерации и иных нормативных правовых актов о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд при планировании и осуществлении отдельных закупок для обеспечения федеральных нужд (идентификатор контрольного мероприятия: 2021 -ВВ.000.0014-2300.014). Таким образом, УФК по Амурской области при вынесении оспариваемого представления действовало
БК РФ). В соответствии с Положением о Федеральном казначействе, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 01.12.2004 № 703, Федеральное казначейство осуществляет, в том числе функции по контролю и надзору в финансово-бюджетной сфере непосредственно и через свои территориальные органы, подведомственные федеральные казенные учреждения во взаимодействии с другими федеральными органами исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, Центральным банком Российской Федерации, общественными объединениями и иными организациями (пункт 4). Указанные нормы права предоставляют полномочия УФК по Амурской области на проведение государственного (муниципального) финансового контроля. Как следует из материалов дела, УФК по Амурской области в отношении Востоквоендор проведена выездная проверка соблюдения законодательства Российской Федерации и иных нормативных правовых актов о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд при планировании и осуществлении отдельных закупок для обеспечения федеральных нужд (идентификатор контрольного мероприятия: 2021 -ВВ.000.0014- 2300.014). Таким образом, УФК по Амурской области при вынесении оспариваемого представления
новых обязанностей; оспариваемое заключение не порождает экономического спора, поскольку содержит лишь предложение юридическому лицу по устранению выявленных с позиции УФК по Воронежской области нарушений в целях предотвращения (профилактики) совершения возможных правонарушений. Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для переоценки приведенных выводов суда области и с учетом доводов апелляционной жалобы обращает внимание заявителя, что оспариваемое им заключение на возражения от 28.09.2023 № 31-12-24/25-5732, как таковое не отвечает признакам ненормативного правового акта (решения) органа, осуществляющего публичные полномочия (УФК по Воронежской области) в рассматриваемом случае, могущего выступать предметом оспаривания в арбитражном суде, поскольку непосредственно не порождает каких-либо правовых последствий для Общества и иных лиц, не содержит каких-либо властных волеизъявлений, устанавливающих или ограничивающих права и порождающих обязанности, а является актом реагирования на поступившие возражения, при этом не влекущим негативные правовые последствия в виде возможности привлечения к юридической ответственности. Само по себе несоответствие, по мнению заявителя, оспариваемого заключения действующему законодательству, не свидетельствует о том, что
листу ФИО2 были доведены до УФК по РСО-Алания, в связи с чем УФК по РСО-Алания обязано было их перечислить на счет взыскателя. Однако указанные денежные средства были доведены не до УФК по РСО-Алания, а до войсковой части - должника по исполнительному листу, лицевой счет которой был открыт в УФК по РСО-Алания. При этом в соответствии со ст. 166.1 БК РФ, Положением о Федеральном казначействе, Положением об Управлении Федерального казначейства по Республике Северная Осетия-Алания в полномочия УФК по РСО-Алания не входит возможность распоряжения денежными средствами, находящимися на лицевых счетах, открытых в УФК по РСО-Алания бюджетным учреждениям, в том числе возможность списания денежных средств со счета клиента в безакцептномпорядке. В соответствии со ст. 166.1 БК РФ органы казначейства осуществляют санкционирование оплаты денежных обязательств получателей средств бюджета в порядке, установленном приказом Федерального казначейства. В частности, проверяется наличие документа-основания (в данном случае наличие исполнительного документа), а также платежный документ (Заявки на кассовый расход) на
ст. 15.14 КоАП РФ, в отношении главы Краснолиповского сельского поселения Фроловского муниципального района Волгоградской области ФИО1 передано на рассмотрение в Управление Федерального казначейства по Волгоградской области. При этом, мировым судьей не выполнено вступившее в законную силу решение судьи Волгоградского областного суда от 29 января 2019 г., которым установлена подсудность настоящего дела мировому судье судебного участка №60 Волгоградской области и которому дело было направлено для рассмотрения по существу. Кроме того, мировым судьей неправильно определены контрольно-надзорные полномочия УФК по Волгоградской области, в результате чего неправильно применены ст. 23.7.1 КоАП РФ и ч. 2 ст. 23.1 КоАП РФ. Судьей городского суда при пересмотре настоящего дела по протесту и.о. Фроловского межрайонного прокурора Волгоградской области на определение мирового судьи надлежащей правовой оценки доводам протеста не дано. При таких обстоятельствах определение мирового судьи судебного участка № 60 Волгоградской области от 13 февраля 2019 г. и решение судьи Фроловского городского суда Волгоградской области от 18 апреля 2019
