Достаточных оснований для иных выводов заявителем не приведено. Доводы кассационной жалобы не свидетельствуют о допущенных судами нарушениях норм материального и процессуального права, которые бы служили достаточным основанием в силу части 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к отмене обжалуемых судебных актов. Вопреки доводам заявителя, в условиях банкротства основного должника оснований исчислять срок исполнения основного (заемного) обязательства иначе, чем это указано в пункте 8 статьи 811 Гражданского кодекса Российской Федерации, не имеется. Правовая позиция судов соответствует разъяснениям, данным в абзаце 2 пункта 34 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда от 12.07.2012 № 42 "О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством". На основании изложенного, руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил: отказать в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Судья С.В. Самуйлов
норм, принятых последними, - таможенный контроль в отношении условно выпущенных товаров после вступления в силу решения Комиссии Таможенного союза от 15 июля 2011 года N 728 должен осуществляться с учетом требований, установленных пунктом 4 утвержденного им Порядка, в том числе применительно к товарам, ввезенным иностранными лицами на территорию Российской Федерации в качестве вклада в уставный капитал до 18 августа 2011 года. Исходя из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 03.03.2015 N 417-О, приведенные правовые позиции Суда Евразийского экономического сообщества сохраняют свою силу и подлежат учету при применении пункта 4 Порядка применения освобождения от уплаты таможенных пошлин при ввозе отдельных категорий товаров на единую таможенную территорию Таможенного союза. Вместе с тем, лишь подтверждая соответствие оспариваемых нормативных положений международным договорам, заключенным государствами - участниками Таможенного союза, и не затрагивая вопрос об их конституционности, сами по себе эти правовые позиции не могут служить основанием для отступления от содержащегося в статье 17 (часть
с чем, усматривает в данных действиях истца злоупотребление правом. Возмещение вреда, как в экономическом, так и в правовом смысле, не имеет целью и не предполагает создание добавленной стоимости по отношению к любому участнику подобных правоотношений. Между тем, в настоящем случае, в том виде, в котором заявлены исковые требования, не достигается ни одна из указанных целей, тем более наносится вред общественным отношениям в области страхования. Принимая во внимание положения указанных норм права, а также правовые позиции суда высшей инстанции, изложенные в вышеназванных постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, кассационный суд полагает правомерным отказ в удовлетворении исковых требований в части, и взыскание с ответчика в пользу истца неустойки в размере 6864 рублей. Нарушений норм материального либо процессуального права, являющихся в соответствии со ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции также не установлено. С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения,
в зимний период со стороны финансового управляющего и залогового кредитора. ФИО1 полагает, что арбитражный управляющий ФИО2 подлежит отстранению от исполнения обязанностей финансового управляющего, поскольку его действия привели к убыткам, а именно уменьшению конкурсной массы на сумму незаконных и необоснованных затрат. Финансовый управляющий ФИО2 также обратился с кассационной жалобой, в которой просит определение от 18.04.2022 и постановление от 27.06.2022 отменить в части удовлетворения заявления ФИО1 Податель жалобы ссылается на то, что судами не учтены правовые позиции суда кассационной инстанции по ранее рассмотренным спорам относительно наличия у финансового управляющего обязанности проводить оценку залогового имущества должника - физического лица, а также что в силу пункта 4 статьи 213.1 Закона о банкротстве имущество индивидуального предпринимателя - должника подлежит продаже в порядке, установленном Законом о банкротстве в отношении продажи имущества юридических лиц, а ФИО1 до даты признания ее банкротом (17.08.2021) являлась индивидуальным предпринимателем. В отзывах на кассационную жалобу ФИО1 финансовый управляющий ФИО2 и Банк
при принятии обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для их удовлетворения в связи со следующим. Как видно из оспариваемых судебных актов, суды первой и апелляционной инстанций, оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности и взаимосвязи все приведенные сторонами доводы и представленные в материалы дела доказательства, основываясь на положениях статей 1229, 1250, 1252, 1301, 1484 и 1515 ГК РФ, и учитывая правовые позиции суда высшей судебной инстанции, установив принадлежность истцу исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации № 505856, № 505857, № 580017, № 502630 и произведения изобразительного искусства – рисунки «Маша», «Медведь», а также факт продажи 23.10.2018 в торговой точке ответчика, расположенной по адресу: Волгоградская область, Средняя Ахтуба, ул. Октябрьская, 97, товара (кукла), с изображениями на упаковке, сходными до степени смешения с товарными знаками, а также с произведениями изобразительного искусства, принадлежащими истцу, пришли к
произведено без личного участия должника, либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника. Имущественные требования и обязанности, неразрывно связанные с личностью гражданина, в силу ст.418 ГК РФ прекращаются на будущее время в связи со смертью этого гражданина либо в связи с объявлением его умершим. В соответствии с ч.6 ст.367 ГК РФ поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Судебная практика Верховного Суда Российской Федерации и конкретные правовые позиции суда о влиянии смерти должника на юридическую силу поручительства свидетельствуют о том, что поручитель не несет ответственности в случае смерти должника при отсутствии наследников и наследственного имущества. В случае смерти должника поручительство прекращается в той части, в которой прекращается обеспеченное им обязательство, и поручитель должен нести ответственность перед кредитором в пределах стоимости наследственного имущества. Определением судьи Верховного Суда Республики Дагестан Бейтуллаевой З.А. 22 сентября 2016 года кассационная жалоба вместе с делом переданы на рассмотрение
использованы в арбитражном процессе для установления наличия или отсутствия обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, при условии, если арбитражный суд признает их относимыми и допустимыми (ч. 1 ст. 64, ст. ст. 67 и 68 АПК РФ). При этом разрешение вопросов об относимости и допустимости представленных сторонами доказательств, а также их оценка - это прерогатива суда. Отношение Конституционного Суда РФ к преюдициальности доказательств выражено в его Постановлении от 21.12.2011 № 30-П. Правовые позиции Суда сводятся к следующему: - преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности; - введение института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства - с другой. Такой баланс обеспечивается посредством установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения; - пределы действия преюдициальности судебного решения объективно определяются тем, что установленные судом в
помимо прочего, суд учитывает, что истец фактически лишен права владения, пользования и распоряжения своим имуществом ввиду отсутствия возможности установить границы земельных участков с кадастровыми номерами №, входящих в состав единого землепользования земельного участка с кадастровым номером №, по причине формирования в пределах прежних границ указанных участков, земельных участков с кадастровыми номерами №. При аннулировании сведений о местоположении границ земельных участков с кадастровыми номерами №, ответчик не лишается права собственности на них. Учитывая вышеизложенные правовые позиции суда на предмет спора, суд считает иск обоснованным, а письменные возражения ответчика не основанными на нормах действующего законодательства. На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд РЕШИЛ: Иск удовлетворить. Восстановить в Едином государственном реестре недвижимости сведения о границах земельного участка с кадастровым номером № (единое землепользование, состоящее из земельных участков с кадастровыми номерами №), из категории земель сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования: «для ведения крестьянского (фермерского) хозяйства», площадью 649 200 кв. метров, адрес
