закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего. Суды исходили из того, что банковские операции проведены внутрибанковскими проводками за 95 дней до назначения временной администрации в условиях неплатежеспособности банка. Целью оспариваемых сделок было прекращение кредитных обязательств ООО «Элеватор Курсавский», обеспеченных залогом имущества, путем замещения их необеспеченным кредитным обязательством ООО «Ариана-Х». Принимая во внимание данные обстоятельства, суды констатировали, что, осуществляя спорные банковские операции, стороны действовали с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов путем уменьшения активов банка и его конкурсной массы, что является злоупотреблением гражданскими правами. Кроме того, суды признали, что совершение оспариваемых сделок привело к преимущественному удовлетворению требований ООО «Элеватор Курсавский» перед другими кредиторами, в том числе за счет изменения
штрафные санкции за невыполнение этого условия в размере 1% от суммы установленного лимита, отменяется с 01.08.2013. С согласия банка общество к 27.08.2013 досрочно погасило кредит и проценты по нему и обратилось в банк с заявлением о возврате заложенного имущества. Банк в возврате залога отказал и заявил требование об уплате штрафа за невыполнение условий кредитного договора по ежемесячному проведению оборотов за выполненные услуги, а также комиссии за внесение изменений в кредитный договор. Ссылаясь на прекращение кредитных обязательств , общество обратилось в арбитражный суд с требованием о погашении регистрационной записи об ипотеке по договору о залоге недвижимого имущества от 11.02.2013 № 2003/360-Зни об обязании банка вернуть паспорт транспортного средства Nissan Navara. Суды нижестоящих инстанций с учетом установленных по делу обстоятельств и правоотношений сторон, а также законов, подлежащих применению по данному делу, правомерно пришли к выводу об отсутствии у общества обязательств по возврату кредита и уплате процентов перед банком по кредитному договору,
Рассматривая административное дело, суды признали обоснованным требование Банка о признании незаконным постановления судебного пристава-исполнителя от 3 февраля 2021 г. о прекращении исполнительного производства № <...>. Принимая такое решение, суды исходили из того, что поскольку залогодателем ФИО2. договоры страхования ответственности заемщика и (или) страхования финансового риска кредитора по договору ипотеки от 20 февраля 2015 г. не заключались, то у судебного пристава-исполнителя исходя из положений пункта 5 статьи 61 Закона об ипотеке, согласно которому допускается прекращение кредитных обязательств после оставления залогодержателем предмета ипотеки при наличии заключенного заемщиком договора страхования и только после получения залогодержателем страховой выплаты при недостаточности суммы погашения всей задолженности, не имелось правовых оснований для прекращения исполнительного производства по изложенным в нем доводам. С выводами судебных инстанций согласиться нельзя, поскольку они основаны на неправильном применении норм материального и процессуального права. Кредитный договор заключен между Банком с одной стороны и ФИО2. и Р. с другой стороны 20 февраля 2015 г.
законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Таких оснований в связи с доводами жалобы не усматривается. Суды установили, что о пропуске срока исковой давности и неосведомленности о проводимых мероприятиях по взысканию задолженности должник при включении требования в реестр не заявлял и в силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации утратил право ссылаться на это обстоятельство, реорганизация кредитора в форме преобразования не повлекла прекращения кредитного обязательства должника в силу статьи 57 Гражданского кодекса, поэтому в отсутствие влияния заявленных обстоятельств на существо определения от 17.12.2021, необходимого согласно частям 2, 3 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отказали в его пересмотре. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья Верховного Суда Российской Федерации определил: отказать ФИО1 в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Судья Верховного Суда Российской
доводами жалобы не усматривается. Довод банка о требующей подтверждения и не проверенной судами реальности возврата долгов по кредитному договору от 28.03.2016 № 15-2016/Т опровергается установленными судами обстоятельствами. Списание денежных средств со счета компании в погашение долгов по указанному договору не оспаривается, поэтому основания для вывода о злоупотреблении компанией правом не имеется. Отказывая в удовлетворении иска, суды руководствовались статьями 334, 348, 350, 408, 809, 819, 845, 863, 865 Гражданского кодекса Российской Федерации и установленным прекращением кредитного обязательства вследствие исполнения. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья определила: отказать акционерному обществу «Банк профсоюзной солидарности и социальных инвестиций «Солидарность» в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Судья Верховного Суда Российской Федерации ФИО1
и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленного требования. В обоснование доводов апелляционной жалобы, ее податель ссылался на то, что суд первой инстанции вправе применить последствия недействительности сделки по собственной инициативе. Ответчик, отказываясь предоставить документы, должен нести риск соответствующих правовых последствий. ОАО «Сбербанк России» реально заинтересовано в исполнении обязательств заемщика по кредитным договорам, и вправе рассчитывать на восстановление своих нарушенных прав путем обращения взыскания на предмет залога. Основной целью действий залогодателя было незаконное прекращение кредитных обязательств перед истцом. Запись в Едином государственном реестре юридических лиц о ликвидации заемщика признана недействительной, в связи с чем, заемщик подлежит восстановлению в качестве действующего юридического лица. Так как обязательства из кредитных договоров заемщиком не исполнены, то истец заинтересован в восстановлении своих прав путем обращения взыскания на заложенное имущество разными способами, в том числе путем установления оперативного контроля над действиями заемщика, для чего требуется признать ничтожной сделку по переходу права собственности на акции заемщика
в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. Как следует из заключения эксперта общества с ограниченной ответственностью «Геолого-геодезический центр» № 17-01.33-А51-18337/2014 169080/16 от 31.07.2017, рыночная стоимость переданного по сделке нежилого помещения составляет 43 858 805 рублей, тогда как размер встречного исполнения Банка ( прекращение кредитных обязательств должника в части основного долга) составил 65 000 000 рублей. Учитывая данные обстоятельства, а также принимая во внимание отсутствие в апелляционной жалобе доводов, свидетельствующих о несогласии заявителя с отказом в признании сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, коллегия поддерживает вывод суда об отсутствии у соглашения об отступном от 30.01.2014 признаков неравноценного встречного исполнения. Вместе с тем, апеллянт и конкурсный управляющий должника настаивают на признании сделки недействительной применительно
№ 305-ЭС17-13146(2), суд вправе отказать в применении положений абзаца третьего пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве только в случае, если будет установлено, что нарушение, заключающееся в нераскрытии необходимой информации, являлось малозначительным либо совершено вследствие добросовестного заблуждения гражданина-должника. Так, малозначительным является, в частности, такое непредоставление информации, которое не создает угрозы причинения вреда имущественным интересам кредиторов. Суд первой инстанции отметил, что поскольку целью кредита в ПАО «Росбанк» являлось рефинансирование задолженности, то его получение подразумевало прекращение кредитных обязательств перед ПАО «Сбербанк России» и ПАО АКБ «Связь Банк», что также отражено в договоре потребительского кредита от 11.07.2018. Следовательно, как правильно отметил суд первой инстанции, необходимость указания данных обязательств отсутствовала. Более того, в заявлении-анкете для предоставления кредита в ПАО «Росбанк» не запрашиваются сведения об имеющихся кредитных обязательствах, отсутствуют строки для заполнения данной информации. Учитывая, что целью получения кредита по договору от 11.07.2018 являлось рефинансирование ранее имевшихся кредитов, о чем, ПАО «Росбанк», несомненно, было
досрочный возврат суммы кредита с согласия кредитора (п. 2 ст. 810 ГК РФ). Как следует из материалов дела, 08.07.2017 г. стороны заключили договор страхования по программе «защита заемщика Автокредита» № АО5877621/2010-010477. Предметом страхования являются жизнь и здоровье страхователя. Указанный договор страхования был заключен на 36 месяцев, при досрочном погашении кредита договор страхования не погашается. Страховая сумма по договору страхования не зависит от фактического остатка ссудной задолженности и рассчитывается от первоначального графика платежей, и прекращение кредитных обязательств не влечет исключение страховой суммы. Согласно п. 1 ст. 934 ГК РФ по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Согласно
согласия кредитора (п. 2 ст. 810 ГК РФ). Как следует из материалов дела, 14.11.2017 г. стороны заключили договор полис-оферта добровольного страхования клиентов финансовых организаций №F0PRT510S17111001133 по программе «страхование заемщиков кредитов наличными». Предметом страхования являются жизнь и здоровье страхователя. Указанный договор страхования был заключен на 1 год, при досрочном погашении кредита договор страхования не погашается. Страховая сумма по договору страхования не зависит от фактического остатка ссудной задолженности и рассчитывается от первоначального графика платежей, и прекращение кредитных обязательств не влечет исключение страховой суммы. Согласно п. 1 ст. 934 ГК РФ по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Согласно
от 8 сентября 2021 г. нереализованное заложенное имущество - указанная квартира передана взыскателю, стоимость имущества составила 1598400 руб., что менее задолженности, взысканной с должников решением суда. Исполнительные производства № ** и № ** окончены в связи с фактическим исполнением за счет одного из нескольких солидарных должников. Считает оспариваемые постановления незаконными, поскольку кредитный договор заключен сторонами 22 декабря 2014 г., когда действующая редакция пункта 5 статьи 61 Федеральный закон «Об ипотеке (залоге недвижимости)» предусматривала прекращение кредитных обязательств при условии наличия договора страхования финансового риска, заключенного заемщиком. Такой договор должниками не заключен, недостаточная стоимость переданного взыскателю заложенного имущества не исключает удовлетворения денежных требований кредитора-залогодержателя за счет иного имущества должника. Решением Лысьвенского городского суда Пермского края от 4 июля 2023 г. в удовлетворении административного иска ПАО Сбербанк отказано. В апелляционной жалобе ПАО Сбербанк просит отменить решение районного суда, ссылаясь на то, что недостаточность залога для удовлетворения требований кредитора не исключает обращение взыскания
