судом (статья 118, часть 1); право на судебную защиту является непосредственно действующим, оно признается и гарантируется в Российской Федерации согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (статья 17, часть 1; статья 18); подсудность дел определяется законом (статья 47, часть 1). Гарантируя государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина, Конституция Российской Федерации одновременно закрепляет право каждого защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статья 45, часть 2). К числу таких - общепризнанных в современном правовом обществе - способов разрешения гражданско-правовых споров, проистекающих из свободы договора, которой наряду с автономией воли участников предпринимательской и иной экономической деятельности обусловливаются диспозитивные начала гражданско-правовых и гражданско-процессуальных отношений, относится обращение в третейский суд - международный коммерческий арбитраж или внутренний третейский суд (постоянно действующий третейский суд или третейский суд, образованный сторонами для решения конкретных споров (ad hoc). Исследуя правовую природу третейских судов
577), разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2019 № 53 «О выполнении судами Российской Федерации функций содействия и контроля в отношении третейского разбирательства, международного коммерческого арбитража», и признали, что решение третейского суда не соответствует принципу законности, следовательно, исполнение решения третейского суда приведет к нарушению публичного порядка Российской Федерации. Суды исходили из того, что все постоянно действующие арбитражные учреждения, постоянно действующие третейские суды, существовавшие до даты вступления в силу Закона № 382-ФЗ и принятия Постановления № 577, могли осуществлять деятельность по рассмотрению споров в период до 31.10.2017. На официальном сайте Министерства юстиции Российской Федерации также была опубликована информация о том, что 01.11.2017 закончился переходный период реформы арбитража (третейскогоразбирательства ) в Российской Федерации. Таким образом, с 01.11.2017 для администрирования арбитража необходимо наличие права на осуществление функций постоянно действующего арбитражного учреждения. Постоянно действующие арбитражные учреждения и третейские суды, не получившие права администрировать арбитраж, не могут осуществлять эту деятельность.
компанией решения третейского суда. В силу части 3 статьи 239 Кодекса арбитражный суд отказывает в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, если установит, что: спор, рассмотренный третейским судом, не может быть предметом третейского разбирательства в соответствии с федеральным законом; решение третейского суда нарушает основополагающие принципы российского права. Суды, оценивая решение третейского суда на предмет его соответствия основополагающим принципам российского права, действовали в пределах своей компетенции, закрепленной статьей 239 Кодекса. Суд первой инстанции руководствовался нормами Кодекса, положениями Федерального закона от 29.12.2015 № 382-ФЗ «Об арбитраже (третейскомразбирательстве ) в Российской Федерации», правовой позицией, изложенной Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2005 № 96 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, об оспаривании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение судебных актов». Удовлетворяя требование, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что
судебных актов в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации не установлено. Отказывая в удовлетворении заявления, суды, руководствуясь статьями 238 - 239 Кодекса и нормами Федерального закона от 29.12.2015 № 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации», указали на то, что решение третейского суда противоречит публичному порядку Российской Федерации: отсутствует полученное в законном порядке право на администрирование арбитража, решение третейского суда не соответствует принципу законности, принято с нарушением процедуры арбитража, не соблюден основополагающий принцип состязательности третейскогоразбирательства , не было обеспечено равенство прав сторон, не доказан факт надлежащего извещения третейским судом о времени и месте третейского разбирательства. При таких обстоятельствах доводы заявителя не могут служить основанием для передачи заявления на рассмотрение в порядке кассационного производства Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья определил: в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим
быть предметом третейского разбирательства, является основанием для отмены (отказа в исполнении) такого решения компетентным судом ex officio. Принцип диспозитивности, отражающий волю сторон договора на заключение третейского соглашения как основы третейского разбирательства и на согласование его правил, имеет более широкое содержание, нежели принцип диспозитивности в гражданском судопроизводстве. Исходя из представленных в материалы дела доказательств и установленных обстоятельств, суд первой инстанции правомерно оставил исковое заявление общества с ограниченной ответственностью "ПромСтройТехнология" без рассмотрения на основании пункта 5 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Довод заявителя о том, что Третейский суд ОАО «АЛНАС» и Третейский суд «АСТРЕЯ» не соответствуют ст.44 Федерального закона от 29.12.2015 N 382-ФЗ "Об арбитраже (третейскомразбирательстве ) в Российской Федерации" (далее - Закон об арбитраже), поскольку не получили право на осуществление функций постоянно действующего арбитражного учреждения, отклоняется судом апелляционной инстанции. Пункт 13 ст. 52 Закона об арбитраже устанавливает пресекательный срок, по истечении которого постоянно действующие арбитражные учреждения,
принятия всех возможных мер, от нее зависящих к исполнению третейского соглашения. Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что, указанная оговорка является исполнимой, и при отсутствии доказательств ее недействительности, ограничения действия, неарбитрабильности, пороков формы, исковое заявление подлежит оставлению без рассмотрения, поскольку иной подход нарушает основополагающие принципы гражданского права - принцип свободы договора и принцип обязательности договора. Кроме того, как следует из пояснительной записки к проекту Федерального закона «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации» (в настоящее время Федеральный закон от 29.12.2015 № 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации») принятие данного Федерального закона направлено на развитие института арбитража (третейскогоразбирательства ) в Российской Федерации как одного из важнейших институтов гражданского общества, осуществляющего публично значимые функции и являющегося альтернативным способом разрешения споров. Повышение авторитета и привлекательности арбитража (третейского разбирательства) в результате действия этого Закона позволяет снизить нагрузку на государственные суды и будет способствовать повышению инвестиционной привлекательности Российской Федерации
Уренгой», по сути, является лицом, за счет которого осуществляется финансирование деятельности третейского суда; обеспечение деятельности третейского суда осуществляет подразделение юридического департамента ПАО «Газпром»; ссылается на нарушение принципа равноправия сторон третейского разбирательства; считает, что выбор истцом в качестве арбитра ФИО2, являющегося штатным сотрудником ПАО «Газпром», противоречит положению статьи 21 Регламента; обстоятельства, свидетельствующие о косвенной заинтересованности третейского судьи, возникли у заявителя жалобы в процессе рассмотрения спора в связи с необоснованным отказом третейского суда объявить перерыв в судебном заседании и привлечь третье лицо; по мнению заявителя, положение пункта 1 статьи 39 Регламента о том, что протокол, а также аудиозапись в заседании третейского суда ведутся при наличии письменной договоренности об этом, не соответствует пункту 5 статьи 27 Федерального закона № 382-ФЗ от 29.12.2015 «Об арбитраже (третейскомразбирательстве ) в Российской Федерации» (далее – Закон № 382-ФЗ), в соответствии с которым, если стороны не договорились об ином, в ходе устного слушания ведется протокол. Более
процедура арбитражного разбирательства не соответствуют соглашению сторон ввиду отсутствия такого соглашения, пришел к выводу о наличии правовых оснований для отмены решения Арбитража при МТПП от 30.06.2014, в том числе ввиду нарушения основополагающего принципа российского права и публичного порядка Российской Федерации. Кассационная коллегия соглашается с выводами арбитражного суда об отмене решения Арбитража при МТПП ввиду следующего. В соответствии с частью 2 статьи 233 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение третейского суда может быть отменено в случаях, если сторона, обратившаяся в арбитражный суд с заявлением об отмене решения третейского суда, представит арбитражному суду доказательства того, что: третейское соглашение недействительно по основаниям, предусмотренным Федеральным законом; сторона не была должным образом уведомлена об избрании (назначении) третейских судей или о третейском разбирательстве , в том числе о времени и месте заседания третейского суда, либо по другим уважительным причинам не могла представить третейскому суду свои объяснения; решение третейского суда вынесено по спору, не предусмотренному третейским
соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности наряду с другими основаниями возникают и из судебного решения, устанавливающего гражданские права и обязанности. Решение Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации (Иркутское отделение) по делу № ИРК-В-11/2021 от 24.02.2022 основано на статьях 743, 744, 405 Гражданского кодекса Российской Федерации и не нарушает основополагающие принципы российского права, то есть его основные начала, которые обладают универсальностью, высшей императивностью и особой общезначимостью. Согласно статье 38 Федерального закона "Об арбитраже (третейскомразбирательстве ) в Российской Федерации" от 29.12.2015 № 382-ФЗ стороны, заключившие третейское соглашение, принимают на себя обязанность добровольно исполнять арбитражное решение. Стороны и третейский суд прилагают все усилия к тому, чтобы арбитражное решение было юридически исполнимо. В силу ст. 41 Федерального закона "Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации" от 29.12.2015 № 382-ФЗ арбитражное решение признается обязательным и подлежит немедленному исполнению сторонами, если
по делу №. Отказывая в удовлетворении указанных требований ФИО1, суд первой инстанции исходил из того, что какие-либо документы, подтверждающие факт заключения договоров займа, третейским судом не исследовались; пришел к выводу, что приведение в исполнение решения Тверского областного арбитража от 29 ноября 2016 года противоречит публичному порядку Российской Федерации, поскольку оно нарушает основополагающие принципы российского права, в частности, принцип законности. Судебная коллегия соглашается с выводами суда, полагая их основанными на нормах действующего законодательства, при этом отмечает следующее. В соответствии со ст. 18 Федерального закона от 29 декабря 2015года №382-ФЗ «Об арбитраже (третейскомразбирательстве ) в Российской Федерации», вступившего в силу с 01 сентября 2016 года, арбитраж осуществляется на основе принципов независимости и беспристрастности арбитров, диспозитивности, состязательности сторон и равного отношения к сторонам. В соответствии со ст. 38 Федерального закона от 29 декабря 2015года №382-ФЗ, стороны, заключившие третейское соглашение, принимают на себя обязанность добровольно исполнять арбитражное решение. Стороны и третейский суд
и Могилевского Ю.А. при председательствующем третейском судье Парахонском М.Ю. по иску ФИО3 к СПК «Агро» о взыскании задолженности по договору аренды недвижимого имущества противоречит публичному порядку Российской Федерации и нарушает основополагающие принципы российского права. Следовательно, при данных обстоятельствах, решение постоянно действующего третейского суда «Арбитраж» при некоммерческом партнерстве «Международный правозащитный комитет «Континенталь» от ДД.ММ.ГГГГ по делу № в составе третейских судей Хачиян А.Л. и Могилевского Ю.А. при председательствующем третейском судье Парахонском М.Ю. по иску ФИО3 к СПК «Агро» о взыскании задолженности по договору аренды недвижимого имущества противоречит публичному порядку Российской Федерации, в силу п. 4 ст. 421 ГПК РФ подлежит отмене в полном объеме. Вместе с тем, в соответствии с п. 4 ст. 422 ГПК РФ стороны третейского разбирательства могут обратиться за разрешением такого спора в суд по общим правилам, предусмотренным настоящим Кодексом На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 420-422 ГПК РФ, суд ОПРЕДЕЛИЛ: Заявление Сельскохозяйственного производственного кооператива «Агро» об
разбирательстве) в Российской Федерации" от 29.12.2015 N 382-ФЗ стороны арбитража могут определять по своему усмотрению число арбитров, при этом, если иное не указано в федеральном законе, число арбитров должно быть нечетным. Если стороны арбитража не определят число арбитров, назначаются три арбитра. В силу положений ст. 18 Федерального закона "Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации" от 29.12.2015 N 382-ФЗ арбитраж осуществляется на основе принципов независимости и беспристрастности арбитров, диспозитивности, состязательности сторон и равного отношения к сторонам. В соответствии со ст. 40 Федерального закона "Об арбитраже (третейскомразбирательстве ) в Российской Федерации" от 29.12.2015 N 382-ФЗ в арбитражном соглашении, предусматривающем администрирование арбитража постоянно действующим арбитражным учреждением, стороны своим прямым соглашением могут предусмотреть, что арбитражное решение является для сторон окончательным. Окончательное арбитражное решение не подлежит отмене. Если в арбитражном соглашении не предусмотрено, что арбитражное решение является окончательным, такое решение может быть отменено по основаниям, установленным процессуальным законодательством Российской Федерации. В соответствии с
