Верховного Суда Российской Федерации. Разрешая заявленные требования, суды руководствовались пунктами 1 и 2 статьи 26 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статьей 94 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями устава общества, и исходили из того, что решение общего собрания участников для одобрения выхода из общества не требуется, общее собрание не устанавливает размер действительной стоимости доли и не решает вопрос о составе имущества, подлежащего выдаче в натуре, в связи с чем признание недействительным решения общего собрания от 26.03.2016 не имеет значение для рассмотрения спора. Руководитель общества продолжает выполнять функции единоличного исполнительного органа до избрания в установленном порядке нового руководителя, в связи с чем, признание недействительным решения об избрании директора не прекращают полномочия предыдущего. Приобретение обществом доли является встречным обязательством по ее оплате вышедшему участнику, к указанным отношениями положения о порядке одобрения крупной сделки и сделки с заинтересованностью не применяются. Документально не подтверждено, что после выплаты действительной стоимости
предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Таких оснований в связи с доводами жалобы не установлено. Отказывая в удовлетворении иска, суды руководствовались статьями 9, 10, 12, 166, 168, 170, 173.1, 388 Гражданского кодекса Российской Федерации и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о недоказанности истцом, не являющимся стороной оспариваемой сделки, обстоятельств, с наличием которых закон связывает признание недействительным соглашения об уступке права требования (цессии), принимая во внимание отсутствие доказательств противоречия спорной сделки требованиям закона, существенного значения личности кредитора для должника, отсутствие запрета на уступку денежного требования в договоре теплоснабжения, обязательства по которому переданы цессионарию. Несогласие заявителя с данной судами оценкой и направленные на установление иных фактических обстоятельств, связанных с заключением спорной сделки и последствиями ее исполнения, доводы кассационной жалобы не являются поводом к постановке вопроса о пересмотре обжалуемых судебных актов в кассационном
и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Таких оснований для пересмотра принятых по делу судебных актов в кассационном порядке по доводам заявителя не установлено. Отказывая в удовлетворении заявления, суды руководствовались статьей 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о том, что признание недействительным договора поставки, не оказало влияние на законность решения от 23.03.2012, которое было основано на факте передачи истцом и принятии обществом товара. Кроме того, суд учел, что ссылка заявителя на признание недействительным договора поставки является новым доказательствам по заявленному обществом при рассмотрении спора основанию для признания сделки поставки недействительной. Доводы заявителя по существу сводятся к обоснованию отсутствия надлежащего подтверждения цены поставки в товарно-транспортных накладных, что не подтверждают существенных нарушений норм материального права, повлиявших на исход
«О крестьянском (фермерском) хозяйстве», исходили из того, что оспариваемое решение единственного участника КФХ «Роза» от 25.09.2017 № 1 принято неуполномоченным лицом, нарушает законные прав и интересы ФИО2, имеются основания для признания недействительным обжалуемого решения; срок исковой давности не пропущен, поскольку требования направлены на восстановление корпоративного контроля. Удовлетворив ходатайство ФИО2 о восстановлении срока на обжалование решения регистрирующего (налогового) органа от 29.06.2018, исходя из уважительности причины пропуска срока на подачу заявления, суды указали на то, что признание недействительным решения единственного участника КФХ «Роза» № 1 от 25.09.2017 влечет признание недействительным решения соответствующего решения регистрирующего (налогового) органа. Ссылка ФИО1 на решение Ленинского районного суда г. Махачкалы от 15.02.2021, принятое по его заявлению, была предметом рассмотрения окружного суда и мотивированно отклонена. Согласно информации, размещенной в свободном доступе на сайте Ленинского районного суда г.Махачкалы в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, решение суда первой инстанции обжаловано в 5 кассационный суд общей юрисдикции. Поскольку доводы кассационной жалобы не свидетельствуют
Тихоновского Ф.И., судей Забутыриной Л.В., Хоронеко М.Н., при ведении протокола секретарем судебного заседания Волосниковой А.В., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Южуралпроект» на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 21.08.2018 по делу № А47-14920/2017 (судья Юдин В.В.). ФИО1 обратилась (далее по тексту – истец, ФИО1) в арбитражный суд к обществу с ограниченной ответственностью «Южуралпроект» (далее по тексту - общество «Южуралпроект», ответчик1), ФИО2, ФИО2, ФИО3, ФИО4 с исковым заявлением о признание недействительным протокола внеочередного общего собрания общества «Южуралпроект» от 15.12.2016; о признание недействительным договора займа № 1 от 19.12.2016, заключенного между обществом «Южуралпроект» и ФИО4; о признание недействительным договора залога (ипотеки) нежилой недвижимости и земельных участков № 1 от 19.12.2016, заключенного между обществом «Южуралпроект»» и ФИО4. Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 21.08.2018 на общество «Южуралпроект» наложен судебный штраф в размере 15 000 руб. за проявленное неуважение к суду. Не согласившись с указанным судебным актом, общество
договора о создании и деятельности ООО «СибАкваМинерале» от 20.11.2006 и признании недействительным устава ООО «СибАкваМинерале» от 20.11.2006 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в указанной части. По мнению заявителя кассационной жалобы, не соответствует фактическим обстоятельствам дела вывод судов о том, что истцом не было представлено доказательств нарушения прав ФИО1 заключением учредительного договора о создании ООО «СибАкваМинерале» и утверждением устава ООО «СибАкваМинерале». Заявитель полагает, что вывод судов о том, что признание недействительным учредительного договора ООО «СибАкваМинерале» и его устава не приведет к возврату переданного имущества, не соответствует фактическим обстоятельствам дела и нормам материального права, а также не может являться основанием для отказа в удовлетворении требований о признании сделки недействительной. Заявитель сослался на неправомерность вывода судов о том, что признание недействительным учредительного договора и устава ООО «СибАкваМинерале» может повлечь неблагоприятные последствия для иных участников ООО «СибАкваМинерале». Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы
лицом (обществом с ограниченной ответственностью «МЗХР») аналогичной деятельности (договор переработки от 02.10.2017 № ДП/10/2017 на изготовление готовой продукции из давальческого сырья, свидетельство об оценке измерений в лаборатории, сведения о деятельности общества «МЗХР»). Кроме того, суд первой инстанции принял во внимание то, что общество «ТехноХимРеагент» (Украина) направляло ФИО1 претензии о прекращении использования тождественного спорному товарному знаку обозначения для индивидуализации однородных товаров. В итоге суд пришел к выводу о том, что применительно к условиям настоящего дела признание недействительным договора с одним из контрагентов не может быть расценено в качестве существенного обстоятельства, учитывая наличие иных документов, подтверждающих характер и сферу деятельности аффилированного с истцом лица, а также намерения самого истца приобрести исключительное право на тождественное со спорным товарным знаком обозначение для индивидуализации однородных товаров. Кроме того, проанализировав судебные акты по делам № А762324/2018 и № А76-28219/2018, суд первой инстанции признал, что злоупотребление правом со стороны ФИО1 установлено только при заключении оспариваемых в рамках
членами СПК «им Калинина» и не имеющие к деятельности кооператива никакого отношения, получат реальную возможность выступать от имени СПК «им Калинина» в правоотношениях с третьими лицами (заключать сделки от имени кооператива, в том числе отчуждать его имущество), в результате чего кооперативу может быть причинен значительный материальный ущерб, что повлечет обращение членов СПК в суд с исками о признании сделок, совершенных ФИО5, от имени кооператива, недействительными. Как следует из материалов дела, предметом настоящего спора является признание недействительным решения внеочередного общего собрания членов СПК «Колхоз» им. Калинина от 31.07.2020 об избрании председателем кооператива ФИО5 и принятии в состав кооператива ФИО6, ФИО7, ФИО5, ФИО8; признание недействительным решения налогового органа о внесении вышеуказанных изменений в ЕГРЮЛ, запись ГРН 2201500061960 от 11.08.2020.; признание недействительным решения внеочередного общего собрания членов СПК «Колохоз» им Калинина от 14.08.2020 о принятии Устава СПК «Колхоз» им.Калинина; признание недействительным решения налогового органа о внесении вышеуказанных изменений в ЕГРЮЛ, запись ГРН 2201500067360
Ермиловой В.В. дело по частным жалобам Пчелинцева А.В., представителя Теренина А.В. – Черной Л.А. на определение Гагаринского районного суда г.Москвы от 13 мая 2015 г., которым постановлено разъяснить решение Гагаринского районного суда г.Москвы от 19 июля 2013 года по гражданскому делу № 2-1818/2013 по иску Терениной И.А. к ООО Фирма «Природа России», Теренину А.В., Пчелинцеву А.В., Управлению Росреестра по г.Москве о признании сделки недействительной, признании недействительным свидетельства о государственной регистрации права, следующим образом - признание недействительным соглашения об отступном от ххх г., заключенное между ООО Фирма «Природа России», Терениным А.В. и Пчелинцевым А.В., признание недействительным свидетельства о государственной регистрации права Теренина А.В. и Пчелинцева А.В. на нежилое помещение, расположенное по адресу: хххх, выданное Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве, от ххх года, является основанием для возврата в собственность Общества с ограниченной ответственностью «Фирма «Природа России» нежилого помещения по адресу: ххх в Едином государственном реестре прав на
составе председательствующего судьи Гаджимурадов М.М., при секретаре Агаевой Г., с участием истца ФИО1 его представителя ФИО2, по доверенности и ордеру, представителей ответчика ФИО3, - ФИО4, и ФИО5, по доверенности, ответчика ФИО6, представителя МР «<адрес>» ФИО7 по доверенности № от <адрес> рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО8, ФИО3, УФРС ГР кадастра и картографии по РД и Администрации МО «сельсовет Каякентский» о признании недействительным результат межевания земельного участка площадью №, признание недействительным кадастровый паспорт земельного участка площадью <данные изъяты> кадастровым номером <данные изъяты> признание недействительным договор купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ площадью <данные изъяты>, признание недействительным акт передачи от ДД.ММ.ГГГГ земельного участка площадью <данные изъяты> с кадастровым номером <данные изъяты> признание недействительным запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним № от ДД.ММ.ГГГГ о наличии права на земельный участок площадью <данные изъяты> Обязать УФРС кадастра и картографии по РД исключить сведения
у нотариуса отказался, данный отказ не оспорен и не отменен, что стало основанием для обращения в суд с указанным иском. Решением Симферопольского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования удовлетворены частично. Признано недействительным свидетельство о праве собственности, выданное ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Симферопольского районного нотариального округа Республики Крым ФИО12, на 1/2 долю в праве общей совместной собственности супругов после смерти ФИО3, умершей ДД.ММ.ГГГГ, которое состоит из жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>. Указано, что признание недействительным свидетельства о праве собственности на 1/2 долю в праве общей совместной собственности супругов на жилой дом, расположенный по адресу: Республика Крым, <адрес>, является основанием для исключения из Единого государственного реестра недвижимости записи о государственной регистрации права собственности на указанную долю за ФИО9. Признано недействительным свидетельство о праве собственности, выданное ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ нотариусом <адрес> нотариального округа Республики Крым ФИО12, на 1/2 долю в праве общей совместной собственности супругов после смерти ФИО3, умершей ДД.ММ.ГГГГ, которое состоит
доли у нотариуса отказался, данный отказ не оспорен и не отменен, что стало основанием для обращения в суд с указанным иском. Решением Симферопольского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования удовлетворены частично. Признано недействительным свидетельство о праве собственности, выданное ФИО12 ДД.ММ.ГГГГ нотариусом <адрес> нотариального округа Республики Крым ФИО1, на 1/2 долю в праве общей совместной собственности супругов после смерти ФИО3, умершей ДД.ММ.ГГГГ, которое состоит из жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>. Указано, что признание недействительным свидетельства о праве собственности на 1/2 долю в праве общей совместной собственности супругов на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, является основанием для исключения из Единого государственного реестра недвижимости записи о государственной регистрации права собственности на указанную долю за ФИО4. Признано недействительным свидетельство о праве собственности, выданное ФИО12 ДД.ММ.ГГГГ нотариусом <адрес> нотариального округа Республики Крым ФИО1, на 1/2 долю в праве общей совместной собственности супругов после смерти ФИО3, умершей ДД.ММ.ГГГГ, которое состоит из 1/2
