доверенности от 7 июля 2018 г. № 23 АА 8446433, поддержавшего доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила: ФИО4 обратилась в суд к ФИО2 с иском о возмещении ущерба и взыскании неосновательного обогащения, ссылаясь в его обоснование на то, что 15 августа 2016 г. между ФИО2 (покупатель) и индивидуальным предпринимателем ФИО5 был заключен договор купли- продажи оборудования (автоматической макаронной линии и линии фасовки-упаковки готовых макаронных изделий). С целью эксплуатации приобретенного оборудования 1 сентября 2016 г. ФИО2 (арендатор) заключен с ООО «Финансы и Бизнес » (арендодатель) сроком до 31 июля 2017 г. договор аренды нежилого помещения общей площадью 270 кв. м, расположенного по адресу: <...> (лит М, Центральный склад). Вступившим в законную силу апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 20 февраля 2018 г. отменено решение Прикубанского районного суда г. Краснодара от 1 ноября 2017 г. и вынесено новое решение об
указало о том, что договор не был заключен ввиду отсутствия инициативы со стороны ФИО2 В соответствии с абзацем вторым пункта 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку. Ценность объекта купли-продажи, как указывала ответчица, заключается именно в продаже уже готовогобизнеса - ателье с функциональным оборудованием, накопленной клиентской базой, которая позволяет осуществлять предпринимательскую деятельность по пошиву, ремонту одежды под заказ. При этом оборудование передается в арендованном помещении, деятельность ателье разрекламирована предыдущим собственником оборудования и имела спрос. На таких условиях истица согласилась заключить договор купли-продажи оборудования по указанной в нем цене, а не по цене отдельно взятых предметов. Суд апелляционной инстанции не учел вышеуказанные факты, не определил юридически значимые обстоятельства для рассмотрения дела и не
применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору. Из предмета договора от 30.11.2017 купли продажи готового бизнеса следует, что воля заключивших его сторон направлена на переход от продавца к покупателю права осуществлять торговлю в торговых точках по адресам: <...>, и ул. ФИО8, 158. В целях исполнения договора продавец обязался передать покупателю специализированное имущество, документы, необходимые для осуществления торговли. При этом, за пределами оговоренных сторонами условий договора, продажа готового бизнеса предполагала перезаключение договоров аренды помещений, в которых размещались торговые точки, договоров охраны, поставки. Из содержания договора от 30.11.2020 не следует, что стороны предусмотрели какой-то определенный порядок действий по фактическому переходу покупателю права осуществлять торговлю в приобретенных им точках. По условиям договора покупатель должен осмотреть и принять имущество в течение одного дня, договор является актом приема-передачи, имущество считается принятым с момента его передачи. Расчеты по договору производятся путем наличного расчету продавцу (пункт 5.2 договора).
статьи 165 ГК РФ). Доводы истца о том, что в данном случае правоотношения с арендодателем и ресурсоснабжающими организациями являются новыми правоотношениями, не в силу уступки каких-либо прав ответчиком, также не могут быть приняты во внимание, поскольку намерения сторон заключались в передаче прав управления детским садом, при этом переоформление договора аренды стало возможно в силу отказа предпринимателя ФИО2 от такого договора. Его же доводы относительно отсутствия в российском праве такой правовой конструкции как « продажа готового бизнеса » подлежит отклонению применительно к положениям статьи 432 ГК РФ, предусматривающим возможность заключения договора, не предусмотренного положениями ГК РФ. При таких обстоятельствах судом не установлено оснований для признания требований предпринимателя ФИО1 обоснованными и, как следствие, для удовлетворения иска. В связи с чем в удовлетворении заявленных требований следует отказать. В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины в связи с отказом в удовлетворении заявленных требований относятся на истца. Руководствуясь статьями
истец по встречному иску) обратился со встречным исковым заявлением к ФИО1 (далее – ответчик по встречному иску), указав, что 16 марта 2018 года в счет исполнения предполагаемого к заключению договора купли-продажи готового бизнеса (магазин «Народный»), расположенного по адресу: г.Набережные Челны, ..., он уплатил ФИО1 50 000 рублей, что подтверждается распиской, 20 марта 2018 года он произвел дополнительно предварительную оплату ФИО1 200 000 рублей. Остаток долга составил 250 000 рублей. По предварительной договоренности сторон продажа готового бизнеса предполагала переуступку права аренды торгового помещения вместе с установленным в помещении торговым оборудованием. Однако в дальнейшем ни договор купли-продажи готового бизнеса, ни договор уступки права аренды торговых помещений, ни договор купли-продажи торгового оборудования с ФИО2 ФИО1 заключен не был. Документы, подтверждающие право собственности на торговое оборудование, истцом не были представлены, по акту приема-передачи имущество, в том числе указанное в исковом заявлении к истребованию из чужого незаконного владения, ФИО2 не передавалось. Таким образом, сделка
заключен между доверенным лицом ФИО5 и ФИО2, им завизирован. Договор отсутствует, поскольку прекратил свое действие. Помещение использовалось под кальянную <данные изъяты>. Ремонт в помещении был произведен до заезда в него ФИО2, сантехника вся имелась в наличии, последним была проведена стилизация помещения под свой бизнес путем нанесения изображения на стены. Никаких улучшений неотделимых или отделимых ФИО2 не были произведены. Оплачивал ФИО2 своевременно, последние четыре цифры банковской карты, на которую перечислялась арендная плата - 9523. Продажа готового бизнеса ФИО2 ФИО1 была согласована с ним, он был согласен на заключение договора аренды с ФИО1, с которым впоследствии и был заключен договор доверенным лицом ФИО10 №1 и завизирован им. Арендную плату ФИО1 оплачивал. Никаких улучшений ФИО1 не производились. В настоящее время договор аренды с ФИО1 не действует, в связи с отказом оплачивать арендную плату. Требование об отказе в аренде ФИО1 не выставлялось. ФИО1 из помещения было вывезено имущество: телевизор, кальяны, диваны, столы, игровая
Суда Республики Татарстан А.Х. Валиуллина от 02 июня 2015 года. Заслушав доклад по делу судьи Верховного Суда Республики Татарстан А.Х. Валиуллина, выслушав объяснения ФИО1 и его представителя ФИО3 в поддержку доводов жалобы, объяснения представителя ФИО2 - ФИО4, возражавшей против удовлетворения жалобы, обсудив доводы кассационной жалобы, президиум УСТАНОВИЛ: ФИО2 обратилась к ФИО1 с иском о взыскании суммы неосновательного обогащения, указывая в обоснование, что по заключенному 28 апреля 2014 года договору, который был представлен как продажа готового бизнеса - салона красоты, ФИО1 обязался оказать ряд услуг, в том числе по организации заключения договора аренды помещения по адресу: г. Казань, ул. <адрес>, подбору квалифицированного персонала, необходимого оборудования и пакета типовых документов. 31 января 2014 года в оплату будущих услуг ответчику были переданы 400000 рублей. Ввиду отсутствия со стороны исполнителя каких-либо действий, 10 февраля 2014 года она отказалась от дальнейшего исполнения договора. Несмотря на требования о расторжении договора, деньги ответчик не вернул. В
инвентаризации», представленных административным ответчиком, поскольку в данных отчетах допущены нарушения требований п.п.8ж, 8з, 8и, 5, 10 ФСО №3, а также п.22б ФСО №7, а именно: не проведен анализ ценообразующих и внешних факторов, влияющих на стоимость объекта оценки; в рамках сравнительного подхода оценщиком в качестве аналогов использовались объекты недвижимости, не относящиеся к одному с оцениваемым объектом сегменту рынка и не сопоставимые с ним по ценообразующим факторам; в качестве аналога к объекту оценки была взята продажа готового бизнеса -функционирующего столярного цеха с большим земельным участком, при этом корректировка на земельный участок не проводилась. Также, отсутствуют сведения о независимости юридического лица и оценщика в соответствии с требованиями ст.16 Федерального закона «Об оценочной деятельности», поскольку в нарушении норм данного закона ОГБУ «Смоленское областное бюро технической инвентаризации» является аффилированным лицом заказчика отчета Департамента имущественных и земельных отношений Смоленской области, осуществляющим права учредителя по отношению к ОГБУ «Смоленское областное бюро технической инвентаризации». Данные недостатки отчетов
территории РФ. В обоснование заявленных требований ссылался на то, что прокуратурой Центрального района г. Тулы осуществлен мониторинг сети «Интернет» с целью выявления сайтов, допускающих размещение материалов, распространение которых запрещено на территории РФ. В результате проведенной проверки установлено, что в сети «Интернет» по электронному адресу <адрес> размещены предложения о предоставляемых услугах «номинального директора» без цели передачи данным лицам и осуществления ими управленческих функций для регистрации юридических лиц, внесение изменений, открытия расчетных счетов в банках, продажа готового бизнеса , выезд номинального директора к нотариусу и подача им документов в налоговую инспекцию на регистрацию, выезд номинального директора для регистрации компаний и другие предложения по использованию данной услуги. Таким образом, в ходе проверки установлено, что на обозначенном сайте размещена информация, размещение которой в соответствии со ст. ст. 9 и 10 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и защите информации» запрещено. В связи с этим административный истец просит признать запрещенной к распространению на территории
