делу формула расчета завершающей обязанности при расторжении договоров лизинга согласована в пункте 10.3.1 Общих условий, в соответствии с которой стоимость возвращенного предмета лизинга определяется как стоимость реализации предмета лизинга третьим лицам. В связи с этим суды пришли к выводу о том, что для целей расчета завершающей договорной обязанности величина выручки, фактически полученной обществом «Скания Лизинг» от реализации изъятого имущества, имеет приоритет перед произвольно определенной обществом «СтройТехИнвест» стоимостью предметов лизинга, отклонив доводы лизингополучателя о продаже имущества взаимозависимомулицу и существенном занижении цены отчуждения предметов лизинга в сравнении с их действительной стоимостью. Суд округа согласился с выводами судов первой и апелляционной инстанций, признав их соответствующими нормам материального права, установленным по делу обстоятельствам и доказательствам, представленным сторонами. Между тем судами не учтено следующее. В силу пункта 4 статьи 421, пункта 1 статьи 422 Гражданского кодекса условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.
недвижимости возникло именно у общества, а не у физического лица ФИО1, что подтверждается выписками из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним о переходе права на объект недвижимого имущества. При этом суды также установили, что договор поручения между обществом и физическим лицом ФИО1 на приобретение объектов недвижимости был заключен 07.04.2016, приложение № 2 к указанному договору подписано 01.08.2016, то есть, позже даты заключения договоров купли- продажи объектов недвижимости. Договор поручения от 07.04.2018 был заключен между взаимозависимымилицами : обществом и ФИО1 – учредителем общества, в целях ухода от налогообложения. Установив все обстоятельства, имеющие существенное значение для рассмотрения дела, на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, которые были оценены в их совокупности и взаимосвязи, суды признали правомерным оспариваемое решение инспекции и отказали обществу в удовлетворении заявления. Обжалуя судебные акты в Верховный Суд Российской Федерации, общество приводит доводы, которые являлись предметом рассмотрения судов и получили
части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли. Таким образом, действительная стоимость доли участника ООО «Океан-Плюс» составила 682 110рублей 00копеек. Доводы заявителя об имевшейся деловой цели приобретения доли в уставном капитале с целью расширения деятельности судом проверены и признаются необоснованными. Из представленных в суд доказательств не следует, что Общество приобрело имущественные права в целях осуществления предпринимательской деятельности, доказательств этого суду не представлено. Судом установлено, что приобретение Обществом имущественных прав и последующая их продажа взаимозависимому лицу в короткий промежуток времени совершены в пределах одной группы предприятий «Система Глобус» под контролем и непосредственным участием лиц, осуществляющих руководящие функции в указанной системе предприятий - ФИО10 и ФИО6, при этом непосредственными и фактическими последствиями таких хозяйственных операций по приобретению и быстрой продаже имущественных прав явилось существенное уменьшение налоговой базы по налогу на прибыль, что оценивается судом как получение необоснованной налоговой выгоды, поскольку Обществом для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с
потому обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата. В силу принципа свободы экономической деятельности (статьи 8, часть 1 Конституции Российской Федерации) налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой страх и риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность. Представленные обществом в материалы дела документы свидетельствуют об экономической обоснованности понесенных обществом затрат в связи с арендой оборудования. Предшествующая продажа взаимозависимому лицу , находящемуся по одному адресу с заявителем, арендованного по договору оборудования не свидетельствует о направленности действий общества на получение необоснованной налоговой выгоды, поскольку, как следует из представленных обществом документов и пояснений представителя заявителя, отчуждение оборудования явилось следствием принятия обществом мероприятий, направленных на уплату товара поставщику «Виктория». При таких обстоятельствах, арбитражный суд считает, что доводы налогового органа основаны исключительно на оценке целесообразности, разумности и эффективности действий общества и понесенных им расходов с связи с
компрессорной станции и электропечи (пр. к делу №6 л.1), оборотной ведомостью движения товарно-материальных ценностей по складу (пр. к делу №6 л.2-7), подтверждается факт использования в производственной деятельности общества оборудования, указанного в приложении №1 к договору от 27.02.2006 (пр. к делу №1 л.2), а именно: компрессорных станций, электропечи, пресс-форм и штампов. Факт использования обществом центрального устройства контроля линий мини-АТС, кондиционеров налоговым органом не отрицается. Доказательств обратного заинтересованным лицом в материалы дела не представлено. Предшествующая продажа взаимозависимому лицу , находящемуся по одному адресу с заявителем, арендованного по договору от 27.02.2006 оборудования не свидетельствует о направленности действий общества на получение необоснованной налоговой выгоды, поскольку, как следует из представленных обществом документов (пр. к делу №3 л.192-198) и пояснений представителя заявителя, отчуждение оборудования явилось следствием принятия обществом мероприятий, направленных на защиту собственности от возможных посягательств третьих лиц, а убыток от продажи оборудования не был учтен для целей налогообложения. Данный факт налоговым органом также не
З.Е.А.. является племянником ФИО2, что подтверждается копиями свидетельств о рождении, копией свидетельства о заключении брака, (л.д. 32,33,36) Судом первой инстанции верно установлено, что договор купли-продажи по *** доли в 3-х комнатной квартире, расположенной по адресу г. ***ул. ***, ***сторонами исполнен, расчет произведен, 6 финансовой зависимости между лицами, совершившими сделку не имеется. Истцы зарегистрированы в спорной квартире с*** года, иных зарегистрированных лиц в квартире не имеется. Судом верно установлено, что стороны по договору купли- продажи взаимозависимыми лицами не являются. Представленные заявителями доказательства позволяют сделать вывод о намерении сторон совершить и совершении фактической сделки, и что отдаленная степень родства, исходя из оценки возможности влияния состава делового родственного отношения на экономические результаты деятельности этих лиц, не повлияла на ее результаты. Ссылка в жалобе на то, что в семейном законодательстве РФ не содержится понятия свойства, однако под отношениями свойства понимаются возникающие в связи с заключением брака отношения между супругом и родственниками другого супруга,
(супруга), родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и не полнородные братья и сестры, опекун (попечитель) и подопечный. Как следует из материалов дела, по договору купли – продажи от 12.02.2015г. заявительница купила у своей матери – ФИО5 однокомнатную квартиру стоимостью <данные изъяты> Суд первой инстанции, разрешая спор и удовлетворяя требования истицы, пришел к выводу, что для разрешения возникшего спора необходимо установить, не только факт являются ли стороны договора купли- продаживзаимозависимымилицами , но и для отказа в предоставлении имущественного налогового вычета необходимо, чтобы отношения между названными лицами повлияли на условия или экономический результат заключенной между ними сделки. При этом указал, что родственные отношения между сторонами договора купли – продажи квартиры не оказали влияние на условия и экономические результаты сделки купли-продажи недвижимого имущества. Между тем судебная коллегия полагает, что выводы суда основаны на неправильном толковании норм материального права, поскольку действующим законодательством не предусмотрена необходимость установления
отмечает, что в материалах дела представлены квитанции, свидетельствующие о несении расходов ФИО1 по оплате жилищно-коммунальных услуг и в счет погашения кредитного обязательства. Представленные заявителем доказательства позволяют сделать вывод о намерении сторон совершить и совершении фактической сделки, и что степень родства, исходя из оценки возможности влияния состава делового родственного отношения на экономические результаты деятельности этих лиц, не повлияла на ее результаты. Судом верно установлено, что стороны, а именно Ч.М.Г. и ФИО1, по договору купли- продажи взаимозависимыми лицами не являются. Необоснованными также являются указания в жалобе на то, что действующее законодательство РФ не требует доказательств со стороны налогового органа или лица, обратившегося за получением имущественного налогового вычета, подтверждающих наличие или отсутствие какого-либо влияния на условия сделки, ее результаты, и что для отказа в предоставлении имущественного налогового вычета достаточно доказательства факта наличия родственных (свойственных) отношений между сторонами в сделке. Данные доводы не могут служить основанием к отмене по существу правильного решения суда,
