процентного займа намерение участников сделки реализовать какой – либо противоправный интерес, направленный на причинение вреда кредиторам должника, свидетельствующем о недобросовестном поведении сторон. Вступившим в законную силу определением суда от 15.09.2021 по настоящему делу заявление ФИО2 о включении требования в реестр требований кредиторов должника ФИО3 задолженности в размере 3098846 руб. оставлено без удовлетворения. В рамках указанного спора суд оценил действия сторон по подписанию новой расписки о продлении срока возврата займа, как направленные на продление срока предъявления исполнительного документа к взысканию в обход действующего законодательства (ч. 2 ст. 69 АПК РФ). Обращаясь с настоящим заявлением, финансовый управляющий ссылается на те же обстоятельства, которые были рассмотрены судом при рассмотрении заявления ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника. При таких обстоятельствах, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для повторного рассмотрения доводов, уже оцененных и принятых во внимание при вынесении судебного акта по другому спору, вступившему в законную силу. Права и интересы
После перерыва течение срока предъявления исполнительного документа к исполнению возобновляется. Время, истекшее до прерывания срока, в новый срок не засчитывается. В случае возвращения исполнительного документа взыскателю в связи с невозможностью его исполнения срок предъявления исполнительного документа к исполнению исчисляется со дня возвращения исполнительного документа взыскателю. Проанализировав проведение исполнительных действий и вынесенные судебными приставами-исполнителями постановления в рамках исполнительных производств, возбужденных на основании исполнительного листа суда общей юрисдикции о взыскании убытков, с учетом неоднократного продления срока предъявления исполнительного документа к исполнению и положений статьи 22 Закона об исполнительном производстве, суд апелляционной инстанции пришел к заключению о предъявлении ФИО3 требований к должнику в пределах срока для принудительного исполнения. Судебные инстанции также приняли во внимание частичное исполнение ФИО1 требований ФИО3 в рамках исполнительного производства в сумме 7495 рублей 12 копеек. При таких обстоятельствах суды двух инстанций правомерно признали требование ФИО3 в сумме 1 124 947 рублей 88 копеек обоснованным и подлежащим включению в
предъявления исполнительного документа к исполнению и выдачи обществу «Мальтес» дубликата исполнительного листа отсутствуют. При этом суд сослался на правовые позиции, изложенные в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2016 № 7-П, а также часть 5 статьи 321 Кодекса и часть 3.1 статьи 22 Закона № 229-ФЗ. Однако законные основания для применения апелляционным судом к рассматриваемым отношениям указанных норм (правовых позиций) отсутствовали, поскольку они направлены на защиту должника, исключение возможности неограниченного по времени продлениясрокапредъявленияисполнительногодокумента и чрезмерно длительного пребыванию должника в состоянии неопределенности относительно своего правового положения. Поэтому при предъявлении исполнительного документа к исполнению срок его предъявления прерывается, но в случае возвращения исполнительного документа взыскателю по его заявлению этот срок, исчисляемый заново с момента возвращения исполнительного документа, определяется с учетом особенностей, предусмотренных частью 5 статьи 321 Кодекса и части 3.1 статьи 22 Закона № 229-ФЗ. Между тем, из материалов дела не следует, что исполнение по ранее предъявленному
информацией об утрате судебного приказа, не состоятельны. Данные доводы были оценены как необоснованные судом апелляционной инстанции при рассмотрении частной жалобы на определение мирового судьи от <дд.мм.гггг>. Это определение мирового судьи вступило в законную силу <дд.мм.гггг>. Выводы мирового судьи о том, что срок обращения с заявлением о выдаче дубликата исполнительного документа необходимо исчислять с даты обращения с таким заявлением именно взыскателя (с <дд.мм.гггг>), суд апелляционной инстанции считает ошибочным. Статьей 430 ГПК РФ установлено продление срока предъявления исполнительного документа к исполнению на один месяц со дня, когда взыскателю стало известно об утрате судебным приставом-исполнителем исполнительного документа. Однако частью 1 ст. 430 ГПК РФ право предъявления заявления о выдаче дубликата исполнительного документа предоставлено в равной степени взыскателю и судебному приставу-исполнителю. Таким образом, в рассматриваемом случае следует считать, что заявление о выдаче дубликата судебного приказа <№> от <дд.мм.гггг> подано мировому судье <дд.мм.гггг>. Указанное не опровергает выводы мирового судьи о том, что взыскателем пропущен
заседании административный истец ФИО1 и ее представитель ФИО6 административный иск поддержали по изложенным в нем доводам. Судом постановлено приведенное выше решение. В апелляционной жалобе ФИО1 ставится вопрос об отмене решения суда. Доводы суда о том, что постановление об окончании исполнительного производства было получено взыскателем только 17 января 2017 года не имеют юридического значения в отсчете трехгодичного срока предъявления исполнительного документа к взысканию, так как взыскатель с ходатайством о восстановлении процессуального срока на продление срока предъявления исполнительного документа к взысканию ни в суд, ни к судебному приставу-исполнителю не обращался. Таким образом, 12 декабря 2019 года истек трехгодичный срок предъявления исполнительного документа к взысканию. С новым заявлением о взыскании с ФИО1 денежных средств по указанному исполнительному документу ООО «Русь» (правопреемник прежнего взыскателя) обратилось только 19 декабря 2019 года, т. е. по истечении трехгодичного срока предъявления исполнительного документа к взысканию. Данная дата указана и в оспариваемом решении суда первой инстанции на стр.
Закона об исполнительном производстве после установления отсутствия имущества должника, на которое может быть обращено взыскание, безрезультатности всех допустимых законом мер по отысканию имущества исполнительный лист не возвращен взыскателю, а при обстоятельствах, когда последнее исполнительное действие было совершено в марте 2015 года, исполнительное производство было окончено лишь 24 августа 2017 года, в связи с чем эти обстоятельства свидетельствуют о том, что исполнительное производство не осуществлялось, а было незаконно сведено к действиям, направленным на продление срока предъявления исполнительного документа к исполнению; копия постановления об окончании исполнительного производства в его адрес также не направлялась. В связи с изложенным он был лишен прав по обжалованию как самого постановления о возбуждении исполнительного производства, так и действий, бездействий судебного пристава-исполнителя, незаконно осуществлявшего исполнительное производство. В нарушение статьи 21 Закона об исполнительном производстве предъявление исполнительного документа для принудительного исполнения в феврале 2019 года произведено за пределами установленного трехлетнего срока, так как поскольку в 2015 году исполнительный
отзывом исполнительного листа взыскателем. Однако данная позиция не основана на нормативных положениях. Оснований для включения в срок всего периода ведения исполнительного производства с 10.02.2015 по 04.09.2018 также не имеется. Такой порядок подсчета срока повлек бы нарушение прав взыскателя. По смыслу вышеназванного Постановления Конституционного Суда РФ и ч. 3.1 ст. 22 Закона об исполнительном производстве включение периода ведения исполнительного производства в срок предъявления исполнительного документа направлено на исключение злоупотреблений со стороны взыскателя, влекущих продление срока предъявления исполнительного документа на неопределенно длительное время. Материалы исполнительного производства не содержат сведений об обстоятельствах, свидетельствующих о злоупотреблении правом со стороны взыскателя. Напротив, необходимость отмены постановлений об окончании исполнительного производства всякий раз была обусловлена неисполнением решения суда должником. Так, согласно акту совершения исполнительных действий от 02.12.2015 при выходе по спорному адресу переданными должником взыскателю ключами открыть квартиру не представилось возможным, дверь закрыта на другие замки, на звонки дверь не открыли. Согласно акту от 23.12.2015 дверь
при секретаре Ковтун А.С., рассмотрев в открытом судебном заседании административное исковое заявление ФИО1 к У. Р. по <адрес>, судебному приставу-исполнителю ФИО2 по <адрес> ФИО3 о признании незаконным и отмене постановления об отказе в возбуждении исполнительного производства, УСТАНОВИЛ: ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась в суд с административным исковым заявлением, уточненным в ходе его рассмотрения, к У. Р. по <адрес> о признании незаконным постановления судебного пристава-исполнителя ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в возбуждении исполнительного производства и продлениисрокапредъявленияисполнительногодокумента к исполнению, заявив в обоснование требований, что должник – Министерство труда и социальной защиты <адрес> постоянно находится в процессе исполнения решения и полностью его не исполнил; кроме того, выдачей свидетельства о праве на получение единовременной денежной выплаты срок предъявления исполнительного документа был прерван и на момент обращения к судебному приставу-исполнителю не истек. В ходе рассмотрения дела к участию в нем привлечены в качестве соответчика - судебный пристав-исполнитель ФИО2 по <адрес> ФИО3 и
