органы прокуратуры с заявлениями о незаконном отчуждении прежним руководителем спорного имущества. 24 августа 2013 года следователем по ОВД следственного отдела по г. Анапа ФИО4 было принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Подобное решение принималось в последующем 03.11.2013. Согласно части 4 статьи 148 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и Приказа Генпрокуратуры России от 02.06.2011 № 162 «Об организации прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия » копия постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в течение 24 часов с момента его вынесения направляется прокурору. Таким образом, суд первой инстанции сделал вывод о том, что органам прокуратуры 25.08.2013 было известно о принятых решениях. В целях надлежащего осуществления своих функций по осуществлению функций надзора прокуратура имела возможность в пределах срока исковой давности получить сведения об оспариваемых сделках и обстоятельства выбытия спорных объектов недвижимого имущества, из собственности учреждения. Учитывая,
подозрений на организацию незаконной игорной деятельности. Указанное оборудование возвращено 27.08.2019 после проведения экспертизы. По результатам проверки указанных обстоятельств, неоднократно принимались решения об отказе в возбуждении уголовного дела, которые отменялись в результате текущего процессуального контроля. Прокуратура ВО отмечает, что копия постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 30.08.2018 в установленный законом срок в органы прокуратуры не направлялась. Более того, Прокуратура ВО указывает, что нарушений действующего законодательства и ведомственных приказов, при осуществлении прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия , со стороны должностных лиц Прокуратура Владимирской области допущено не было. ИП ФИО3 в отзыве на исковое заявление поддержал исковые требования в полном объеме, пояснив, что согласно договору аренды от 25.07.2016 № 22 ИП ФИО3 получил во временное владение и пользование от истца компьютерное оборудование. В августа 2016 года указанное оборудование изъято сотрудниками УМВД России по г. Владимиру. По заявлению ИП ФИО3 в августе 2016 года возбуждено дело об административном правонарушении,
органов дознания и предварительного следствия вытекают из положений п. 3 ч. 2 ст. 37 УПК РФ, уполномочивающих прокурора требовать от органов дознания и следственных органов устранения нарушений федерального законодательства, допущенных в ходе дознания или предварительного следствия, однако эти полномочия никак не связаны с осуществлением прокурором уголовного преследования по делу. Из содержания жалобы ФИО1 прямо следует, что он выражает несогласие с бездействием сотрудников прокуратуры Первомайского района г. Владивостока, которые ненадлежащим образом осуществляют прокурорский надзор за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия ОП № 2 УМВД России по г. Владивостоку, расследующих уголовное дело о хищении транспортного средства заявителя. Поскольку указанные полномочия прокурора никак не связаны с осуществлением им уголовного преследования, суд первой инстанции обосновано указал, что оснований для рассмотрения жалобы ФИО1 в порядке ст. 125 УПК РФ не имеется, а потому производство по ней необходимо прекратить. Доводы апелляционной жалобы заявителя о нарушении норм уголовно - процессуального закона, о неисследовании материалов дела по жалобе
прокурор возбудил дело об административном правонарушении в отношении начальника отдела по расследованию преступлений, не распространяется на урегулированные уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации отношения, связанные с осуществлением прокурором надзора за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия. По делу установлено, что ФИО1 работает начальником органов предварительного следствия отдела по расследованию преступлений ОП № 2 «Комсомольский» СУ УМВД России по городу Набережные Челны. Об этом свидетельствует служебное удостоверение на его имя от 27.10.2014 года. Прокурор осуществлял прокурорский надзор за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия за уголовными делами, расследованными в ОП №2 «Комсомольский» СУ УМВД России по городу Набережные Челны. Таким образом, примечание к статье 17.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях препятствует применение указанной нормы к привлечению должностного лица ФИО1 по статье 17.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и не образует состава административного правонарушения. При наличии обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении, производство по делу об административном правонарушении не может быть начато,
ФИО3 в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме, по основаниям, указанным в административном иске, уменьшив размер компенсации предъявленной ко взысканию до 3 528 950 рублей, указав, что данная сумма определена исходя из стоимости похищенного имущества, установленной на основании товароведческой экспертизы, проведенной в рамках расследования по уголовному делу. Дополнительно пояснив, что требования к прокуратуре Алтайского края предъявлены в связи с тем, что прокурором, по мнению административного истца, ненадлежащим образом осуществлялся прокурорский надзор за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия . Представитель административных ответчиков Министерства внутренних дел Российской Федерации, Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Алтайскому краю (далее по тексту ГУ МВД России по Алтайскому краю) ФИО4 в судебном заседании полагала, что заявленные требования не подлежат удовлетворению, указав, что оснований для компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок не имеется, сумма заявленных требований является чрезмерной и необоснованной, в случае удовлетворения требований, подлежащей снижению до разумных пределов. Представитель
проверки по обращениям Г являются необоснованными, так как в соответствии с требованиями ст. 38 УПК РФ полномочия по проведению проверки по сообщению о преступлении, каким являлось заявление Г, отнесено лишь к компетенции следователя, которым К не является и соответственно не обладает указанными полномочиями. Кроме того, К не обладает ни полномочиями прокурора, ни руководителя следственного органа, которые в соответствии с требованиями ст. 37 и ст. 39 УПК РФ осуществляют в первом случае прокурорский надзор за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия , а руководитель следственного органа наделен полномочиями по осуществлению ведомственного контроля за работой подчиненных ему следователей. Таким образом, суд, не выяснив круг прав и полномочий К, необоснованно пришел к выводу о бездействии К и ненадлежащем рассмотрении им обращений Г Суд, проверяя доводы заявителя о волоките при рассмотрении заявления Г и бездействии К не учел, что следователем при проведении доследственной проверки проведено большое количество проверочных действий, опрошены 15 лиц, некоторые из них
основании неизвестно из каких источников полученной информации. Считает, что старший следователь отдела по ОВД ЮСУТ ФИО10 грубо нарушив нормы УПК РФ и превысив свои процессуальные полномочия, незаконно возбудил уголовное дело в отношении заместителя начальника Минераловодского линейного управления МВД России на транспорте - начальника следственного отдела. Каждый раз, давая свое согласие на возбуждение уголовного дела, избрание меры пресечения, на продление срока содержания ФИО1 под стражей, никто из уполномоченных должностных лиц не осуществлял прокурорский надзор за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия . Кроме того, защитник оспаривает законность отмены постановления о возбуждении уголовного дела, после возращения уголовного дела судом прокурору в порядке ст.237 УПК РФ его последующее возбуждение, и соответственно проведение необходимых следственных действий. Защитник обращает внимание, что фактически в отношении ФИО1, по одному и тому же факту, по одним и тем же основаниям незаконно возбуждено два уголовных дела № и №, причем первое из них, по которому незаконно избиралась мера пресечения -
