из ООО "Т." был зарегистрирован в порядке, установленном действующим законодательством, о чем свидетельствует Лист записи ЕГРЮЛ от 14.09.2017. 29.08.2017 состоялось внеочередное общее собрание участников ООО "Т.", где на повестке дня стоял вопрос о выплате Компании, подавшей заявление о выходе из общества, действительной стоимости ее доли в уставном капитале общества с ее согласия путем выдачи ей в натуре имущества такой же стоимости. Согласно п. 3 Протокола внеочередного Общегособрания участников ООО "Т." N 7 от 29.08.2017 было принято решение о выплате Компании, подавшей заявление о выходе из Общества, с ее согласия действительной стоимости ее доли в уставном капитале общества путем выдачи ей в натуре имущества такой же стоимости. В счет оплаты действительной стоимости доли общество выдает Компании в натуре следующее имущество: Доля (часть доли) в уставном капитале Общества номинальной стоимостью 5 010 000,00 (пять миллионов десять тысяч) руб., составляющая 100% (Сто процентов) уставного капитала Общества. Рыночная стоимость выдаваемой доли определена
этом решение принято согласно протоколу общего собрания 24.11.2017; то есть фактически рассмотрено не существующее заявление, при этом в нарушение положений Устава Компании оно подписано только одним из двух директоров без использования корпоративной печати. ФИО2, являясь одновременно одним из двух директоров Компании и выгодоприобретателем по сделке, в результате незаконных действий назначил генерального директора – ФИО3 в отсутствие необходимого кворума, без использования подлинной печати Компании, без нотариального заверения протоколаобщегособрания участников от 20.04.2017; ФИО3 провела 24.11.2017 внеочередное общее собрание участников по рассмотрению заявления о выходе Компании из Общества без оплаты, в отсутствие необходимого кворума без нотариального заверения протокола собрания. Заявление Компании о выходе из Общества никому не направлялось и советом директоров при необходимом кворуме не принималось. Установив, что протокол от 20.04.2017 № 2 не имеет печати Компании и подписи второго директора – ФИО1, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что с учетом отсутствия кворума и заблаговременного объявления повестки наделение
Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2020 и постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 23.03.2021 по делу № А55-29188/2016 Арбитражного суда Самарской области, УСТАНОВИЛ: ФИО2 обратился в Арбитражный суд Самарской области к обществу с ограниченной ответственностью «Волга Строй Сервис» (далее – Общество) и Инспекции Федеральной налоговой службы по Красноглинскому району г. Самары (далее – Инспекции) с требованиями: - о признании недействительными протоколовобщихсобраний участников Общества: от 17.03.2016 о переизбрании директора общества ФИО1 и назначении нового руководителя ФИО3; от 18.03.2016 о вхождении ФИО4 в состав участников Общества; от 04.04.2016 о выходе из состава участников Общества ФИО2 и ФИО1 - применении последствий недействительности названных протоколов в виде признания недействительными решений Инспекции в части внесения изменений в учредительные документы: записи в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) (ГРН 2166313463325; ГРН 166313463259; ГРН 2166313573820; ГРН 2166313854100; ГРН 2166313955608; ГРН 6166313209639). - применении последствий недействительности протоколов в части признания права собственности ФИО2 на
в деле доказательствам. Заявитель указал, что в нарушение положений статей 35,36 Федерального закона «Об обществах с ограниченной от ответственностью»(ред.от 27.12.2009),действующей в период, когда принят оспариваемый протокол, а также в нарушение пункта 26.1 Устава в редакции от 13.10.2003, ответчиком не представлены доказательства о созыве общегособрания и проведению его 25.02.2010, об извещении участников общества. Поскольку оспариваемое общее собрание участников общества, по утверждению истца, не проводилось 25.02.2010 г., то он не мог о нем знать ранее 21.11.2013 г., когда им получен протокол в регистрирующем органе, подписанный должностным лицом, скрепленный печатью и датой, полагает, что судами неверно применен двухмесячный срок исковой давности, в соответствии с п. 4 ст. 43 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (в редакции от 27.12.2009 г.). Истец также указал, что заявление о его выходе из состава участников общества он не подписывал, что ответчиком в суде первой инстанции не оспаривалось, в связи с чем он не заявлял о фальсификации в
ФИО11, ФИО18, ФИО22, рассматриваемом Зюзинским районном судом г. Москвы с период с 03.09.2014 по 24.05.2015, информация о том, что ФИО3 является участником общества подтверждена выпиской из ЕГРЮЛ от 22.12.2015. Доводы ФИО11 о том, что она узнала о потере корпоративного контроля над обществом в декабре 2018 года, опровергаются материалами дела. Так, определением Зюзинского районного суда г. Москвы от 20.08.2018 по делу 2-2413/2018 в рамках иска ФИО18 к ФИО11 о признании недействительными заявления и протокол общего собрания о выходе из состава участников общества ФИО13 производство по делу прекращено по ходатайству представителя ФИО11 ФИО6, поскольку корпоративный спор рассматривается арбитражным судом по месту нахождения общества. В материалы дела налоговым органом представлен отзыв с указанием на то, что ФИО3 является единственным участником общества с его генеральным директором. Суд критически оценивает доводы ФИО11 о том, что лица, представляющие ее интересы в судебных процессах, искажали информацию и вводили ее в заблуждение относительно ее статуса участника общества,
цеха ООО «Универсал» произведен ремонт на 2960984 руб., благоустроена территория, готовится к запуску производственная линия по производству тушенки, ответчик считает себя добросовестным приобретателем. Права лица, считающего себя собственником имущества, подлежат защите путем виндикационного иска. ООО «Пром ЛТД» в письменном отзыве на иск сообщило, что вопрос о выходе ЗАО Завод «Лит» из состава участников общества и о выделении ему доли в натуре в виде здания цеха по производству колбасных изделий участниками не рассматривался, протокол общего собрания о выходе участника не составлялся. Акт приема – передачи основных средства и бухгалтерское авизо № 1 о передаче основных средств в натуре №872/5 от 28.10.02 г. были подписаны ошибочно. Ответчик считает, что здание и оборудование неразрывно связаны между собой, т.к. агрегаты холодильного оборудования – холодильная камера вмонтированы в железобетонное основание пола, фундамента и стены здания, также как и коптильное оборудование и жарочный шкаф, имеется теплоизоляционная вытяжка в потолке и крыше здания. Указанное оборудование по
ЕГРЮЛ имеется только у самого общества (определение ВАС РФ от 04.07.2013 №ВАС-7343/13). В данном случае заявление о внесении изменений в Единый государственный реестр юридических лиц должно исходить от лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества (статьи 40 - 42 Федерального закона). В силу пункта 6 статьи 24 указанного закона вместе с заявлением о внесении соответствующих изменений в Единый государственный реестр юридических лиц, представляется и документ, подтверждающего основания перехода к обществу доли ( протокол общего собрания о выходе участника из общества, перераспределении долей и т.п.). Форма заявления о внесении изменений в сведения о юридическом лице (№Р14001) утверждена приказом ФНС России от 25.01.2012 №ММВ-7-6/25 и вступила в силу с 4 июля 2013 года ( письмо ФНС от 21.06.2013 N ПА-4-6/11289@) С учетом изложенного, заявленные требования подлежат удовлетворению. Госпошлина по делу в сумме 4000 рублей относится на ответчика в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Руководствуясь статьями 110, 167-171,
и др. документы); обосновать заявленную стоимость техники со ссылкой на первичные документы (выписку о балансовой стоимости техники с учетом износа); подлинник акта № 08 от 02.03.1992г.; документальные доказательства передачи (нахождения) спорного имущества во владение ответчика; доказательства наличия трудовых отношений с ответчиком в 2003 г. (выполнения работ, получения заработной платы); документально подтвердить основание передачи техники ответчику (протокол общего собрания на передачу техники в пользование ответчика, если техника использовалась как личный пай ФИО1, то протокол общего собрания о выходе из КФХ и выделе пая), акт приема-передачи имущества ответчику; уточнить индивидуально-определенные признаки имущества, в том числе наименование, марка, модель, номер, год выпуска, стоимость и т. д. при передачи имущества ответчику; доказательства выбытия имущества из владения собственника и поступление имущества во владение ответчика по незаконным основаниям; доказательства того, что имущество в настоящее время непосредственно находится во владении ответчика и удерживается им, либо чинятся препятствия истцу в пользовании имуществом; доказательства обращения в настоящее время
неосновательное обогащение в размере руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере руб., судебные расходы, понесенные им в связи с уплатой государственной пошлины в размере руб. в полном объеме, суду пояснил, что по вопросам деятельности общества он ежегодно (в 2004, 2005, 2006, 2007, 2008 году) встречался с ФИО2 и ФИО3, однако о продаже квартиры они ни разу не говорили. 22.03.2010 года они то же встречались, решали вопросы, ответчик дал ему подписать протокол общего собрания о выходе его из общества. Он неоднократно направлял письма ФИО3 о предоставлении информации о финансово-хозяйственной деятельности общества, но ответа не получал, по телефону ему также никто не звонил. После этого он стал сам наводить справки о финансовом состоянии общества и узнал, что квартиру, находящуюся в собственности общества продали. Калишевский забрал деньги от продажи квартиры и истратил их на свои личные нужды, то есть обогатился за его счет. Представитель истца по доверенности ФИО4 исковые требования
