следует, что 13.07.2022 им, совместно с сотрудником ОП (дислокация г.Заволжье) МО МВД России "Городецкий" совершен выход по адресу: Нижегородская область, Городецкий район, г.Заволжье, ул.Пономарева, д.1, кв. №132 с целью вручения уведомления ФИО1 В результате выхода по названному адресу регистрации ФИО1 дверь открыла мать ФИО1 и пояснила, что сына нет дома, где он - не сказала. Передавать уведомление сыну отказалась. Соответственно копия уведомления оставлена в почтовом ящике квартиры №132. Однако представленный в материалы дела рапорт не является доказательством надлежащего извещения ФИО1 о времени и месте вынесения постановления о возбуждении производства по делу об административном правонарушении в силу следующего. Под извещением лица, привлекаемого к административной ответственности, следует понимать доведение до него информации о времени и месте составления протокола и рассмотрения дела. Соответственно административный орган должен убедиться в том, что необходимая информация доведена до заявителя, либо же административным органом должны быть приняты все меры, для извещения такого лица. Представленный Указанный рапорт не содержит
от 26.08.2004 № 405 и накладная к ней составлена до получения ПГС, что не может служить доказательством долга ответчика, не обоснована, поскольку в материалах дела имеются доказательства уже существовавших в спорный период экономических отношений между истцом и ответчиком (материальные отчеты за май, июль, август, сентябрь 2004 года, маркшейдерские справки за август, сентябрь 2004 года, акты переработки ПГС за август, сентябрь 2004 года - л.д. 82-83, 20-23, 27-30). Довод ответчика о том, что сменный рапорт не является доказательством согласования стоимости оказанных услуг неправомерен, так как в сменных рапортах, являющихся также первичными учетными документами, отражены количество отработанного времени и стоимость 1 м/час, подтверждением согласования этих данных с ответчиком является его подпись на сменных рапортах (л.д. 32, 33, 39, 43). Ответчиком указано, что в счет-фактуре от 10.11.2004 № 234 и накладной к ней от 18.06.2004 № 142 имеется расхождение в цене дизтоплива (в счет-фактуре указана цена 8, 31 рубля за 1 литр, в
Кроме того, ни в протоколе об административном правонарушении, ни в оспариваемом постановлении не определено, что считается настоящим временем: начало проверки, окончание проверки, дата составления протокола или дата вынесения постановления. Согласно рапорту сотрудника ОГИБДД УМВД России по г. Астрахани следует, что автомобилем ВАЗ-210740 г/н с693ех30 23.02.2014г. в 13:20 на ул. Началовское шоссе, д.15 г. Астрахани управлял водитель ФИО4, которым не осуществлен предрейсовый технический контроль транспортного средства перед выездом на линию. Суд считает, что указанный рапорт не является доказательством осуществления перевозок пассажиров и багажа в период с 30.09.2013г. по настоящее время. Кроме того, лицо, составившее рапорт, не установило наличие пассажиров, которых перевозил ФИО2 23.02.2014г.. На приобщенной к материалам дела фотографии запечатлен автомобиль с номером с693ех30, однако в салоне автомобиля не зафиксированы ни водитель, ни пассажиры. Из объяснения ФИО4 от 23.02.2014г. следует, что он осуществляет перевозки пассажиров и багажа на основании разрешения № 1584 от 30.09.2013г и ежедневный технический контроль транспортного средства не
признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ч.3 ст. 12.23 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде штрафа в размере <данные изъяты> рублей. Не согласившись с постановлением ФИО3, обжаловал его в суд. Решением судьи Заводского районного суда г. Кемерово от 28 октября 2016 г. и решение судьи Кемеровского областного суда от 07 декабря 2016г. в удовлетворении жалоб на постановление ФИО2 отказано. В жалобе ФИО2 просит постановление и решения отменить, ссылаясь на то, что: рапорт не является доказательством ; видеозапись и фотографии, сделанные после остановки транспортного средства, суду не предъявлялись; ребенок был пристегнут специальным удерживающим устройством. Проверив материалы дела, считаю, что основания для удовлетворения жалобы отсутствуют. Из материалов дела следует, что 28 сентября 2016 года на <адрес>, ФИО2, управляя автомобилем «<данные изъяты>», в нарушение п.22.9 Правил дорожного движения перевозил ребенка до 12 лет на переднем сиденье автомобиля без детского удерживающего устройства. Указанные обстоятельства подтверждаются протоколом об административном правонарушении, фотографией, рапортами. Перечисленным
следователем заявлено ходатайство о продлении срока ареста, принадлежит ФИО1 и получено им в результате преступных действий, судом первой инстанции и следственным органом сделан исключительно на основании рапорта старшего оперуполномоченного по ОВД 17 отдела («К») оперативного управления ГУСБ МВД России ФИО4 от 26.07.2021 года. По смыслу п. 4 ст. 5 УПК РФ ФИО2 не относится к числу родственников ФИО1, в связи с чем, изложенные в рапорте сведения не распространяются на имущество ФИО2, а сам рапорт не является доказательством преступного происхождения данного имущества. В то же время в материалах судебного производства отсутствуют сведения о закреплении надлежащим процессуальным путем изложенных в рапорте оперативного сотрудника сведений о приобретении ФИО1 на преступные доходы объектов недвижимости и автомобилей, а также о фиктивном оформлении их на своих родственников к числу которых ФИО2 не относится. Отсутствуют протокола допросов лиц, в отношении которых якобы проводились оперативно-розыскные мероприятия «Опрос», а также полученные в установленном уголовно-процессуальным законом порядке документы, содержащие результаты
характер; обвиняемый и его защитник не были извещены надлежащим образом о дне апелляционного рассмотрения, от участия не отказывались, однако апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие; вывод о том, что Гладских может воспрепятствовать производству предварительного следствия основан лишь на рапорте оперативного сотрудника, полученного с нарушением требований закона; результаты оперативно-розыскных мероприятий могут стать доказательствами только после закрепления их надлежащим процессуальным путем; в материалах отсутствуют сведения о закреплении надлежащим путем изложенных в рапорте данных; полагает, что рапорт не является доказательством ; приведенные в апелляционной жалобе доводы защиты оставлены судом апелляционной инстанции без оценки; обратил внимание на несоблюдение судами положений ч.3 ст.15 УПК РФ; отсутствовали основания для продления Гладских срока содержания под домашним арестом; определяя помещение для проживания, суд не проверил основания проживания в нем, отношение собственника данного помещения к возможности исполнения меры пресечения при таких условиях; в обоснование своей позиции автор жалобы приводит ссылки на положения УК и УПК РФ, Конституционного Суда, постановлений
( / / ), нарушил требования данного знака. Факт совершения ФИО1 указанного правонарушения зафиксирован в протоколе, который соответствует требованиям ст. 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, не имеет недостатков, влияющих на полноту, всесторонность и объективность установления обстоятельств совершения нарушения. Как видно из материалов дела, ФИО1 при составлении протокола была дана возможность представить объяснения, ему была вручена копия протокола, возможность реализации им процессуальных прав была обеспечена должностным лицом. Довод жалобы о том, что рапорт не является доказательством по делу, основан на ошибочном толковании ст. 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Признание судьей районного суда недопустимым доказательством протокола о задержании транспортного средства не свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, поскольку данным документом оформляется применение обеспечительной меры, а вопрос о последствиях ее применения может быть разрешен в порядке гражданского судопроизводства. Учитывая изложенное, действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 4 ст. 12.16 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Неустранимых
