законную силу. Приговорами Краснозерского районного суда Новосибирской области установлено, что ФИО5 и ФИО3, действуя по предварительному сговору, совершили хищение вверенного им имуществ в особо крупном размере с использованием служебного положения. Указанными выше приговорами суда установлено, что в период с 11.10.2010 в неустановленном месте между ФИО3, являвшимся заместителем директора ФГУП ПЗ «Садовское» Россельхозакадемии, исполнявшим с 08.09.2010 по 11.11.2010 обязанности директора, и ФИО5, являвшимся директором ФГУП ПЗ «Садовское» Россельхозакадемии, возник умысел на хищение, путем растраты с использованием служебного положения , вверенного ФИО5 чужого имущества в особо крупном размере - племенных нетелей Герефордской породы стоимостью 27 500 000 рублей принадлежащих ФГУП ПЗ «Садовское» Россельхозакадемии на праве хозяйственного ведения, собственником которых являлась Российская Федерация. Так, 11.10.2010 ФИО5 по предварительному сговору с ФИО3, заключил от имени ФГУП ПЗ «Садовское» Россельхозакадемии с ООО «Куяновское» договор купли-продажи племенных животных № 04-10К, по которому ФГУП ПЗ «Садовское» Россельхозакадемии обязалось передать в собственность ООО «Куяновское» племенных нетелей герефордской
было установлено то, что 07 июля 2016 года, то есть как после возбуждения производства по делу о банкротстве должника, так и после принятия судом решения о признании должника банкротом, утверждении конкурсного управляющего должника, в отношении ФИО9 был принят приговор Дзержинского районного суда г. Перми по делу № 1-102-16, согласно которому подсудимый был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных частями 3 и 4 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации (хищение путем присвоения и растраты с использованиемслужебногоположения в особо крупном размере). Указанным приговором на основании материалов уголовного дела было установлено следующее (листы 43-66 тома 2 материалов обособленного спора): ФИО9 с 01 декабря 2010 года являлся техническим директором обособленного подразделения должника, которому была выдана доверенность на представление интересов должника; являясь техническим директором, ФИО9 осуществлял функции исполнительного директора, заключал от имени должника договоры с кредиторами, распоряжался имуществом должника; от имени должника ФИО9 были заключены договоры с ресурсоснабжающими организациями на поставку энергоресурс
обвинительном заключении о причинении ущерба в размере 213 670 рублей является технической ошибкой. Полагает, что законных оснований для возврата уголовного дела не имелось. Просит постановление суда отменить, апелляционную жалобу удовлетворить. В возражении на апелляционное представление адвокат Тимофеева О.М. указала, что в соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении должен быть конкретно указан размер вреда, причиненного преступлением. В обвинительном заключении по данному уголовному делу имеются противоречия, вменяется служебный подлог и растрата с использованием служебного положения на сумму ущерба 213 670 руб., в то же время в постановлении о признании администрации МР “.........." потерпевшим указано, что в результате умышленных действий причинен материальный ущерб в размере 215 500 рублей. Таким образом, из обвинительного заключения не понятно, из каких сумм определен размер вменяемого растраченного имущества в сумме 231670 руб., поскольку из описания обстоятельств инкриминируемых преступлений общая сумма указанных в нем сумм арифметически не совпадает с суммой установленного ущерба, что в
с п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении следователь указывает среди прочего существо обвинения, место и время совершения преступления. Под допущенными при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта нарушениями требований уголовно-процессуального закона понимаются такие нарушения изложенных в статьях 220, 225 УПК РФ положений, которые служат препятствием для принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения или акта. Из описательной части обвинительного заключения видно, что ФИО2 вменяется растрата с использованием служебного положения . Между тем из текста видно, что по предъявленному обвинению она в период с ....2009 г. по ....2010 г. получила от экономиста ООО «....» в подотчет денежные средства в размере .... рублей, которые впоследствии растратила по своему усмотрению. Таким образом, в обвинительном заключении указан период получения ФИО2 денежных средств, однако не указаны обстоятельства растраты, дата, время и другие необходимые обстоятельства совершения вменяемого преступления. В силу положений Конституции РФ судебная функция разрешения уголовного
настоящим иском указывая на то, что в ДД.ММ.ГГГГ купил у ФИО2 трактор №, ДД.ММ.ГГГГ выпуска, за <данные изъяты>. Расчет за трактор был произведен в полном объеме, договор купли-продажи не составлялся, документы на трактор ФИО2 обязался передать позднее. Приговором Бугурусланского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ, квалифицируемого как мошенничество (в том числе в отношении трактора) и по ст.<данные изъяты> УК РФ - присвоение или растрата с использованием служебного положения в крупном размере. ФИО2 назначено наказание в виде штрафа в размере <данные изъяты>. Во исполнение указанного приговора суда, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 передал комиссии <данные изъяты> трактор №. Неправомерными действиями ФИО2 истцу причинен материальный ущерб на сумму <данные изъяты>. Поэтому просит взыскать в его пользу с ФИО2 указанную сумму и <данные изъяты> - расходы, понесенные по оплате юридических услуг. В судебном заседании ФИО1 исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в заявлении. Ответчик ФИО2 в
ФИО1, с целью погасить штраф, наложенный на него как на должностное лицо, дал главному бухгалтеру своего предприятия (МУП <...>») указание об его оплате за счет денежных средств предприятия, что последняя и выполнила. Также ФИО1 осужден за такое же деяние, совершенное им <...> в связи со штрафом в <...> рублей, наложенным на него как на руководителя предприятия «<...>» государственной инспекцией труда. По итогам судебного разбирательства суд пришел к выводу, что незаконные действия осужденного, растрата, с использованием служебного положения , т.е. факты оплаты ФИО1 штрафа за счет средств предприятия, соответственно в размере: <...>., являются уголовно наказуемыми преступлениями и квалифицировал каждое из них по части 3 статьи 160 УК РФ. В кассационной жалобе адвокат Забуга Е.Е. в интересах осужденного выражает несогласие с состоявшимися судебными решениями в связи с существенным нарушением норм уголовного и уголовно-процессуального права, повлиявших на исход дела. Полагает, что в действиях ФИО1 отсутствует состав вменяемого преступления. В обоснование указывает на
