себя рыночную стоимость земельного участка, квартиры и нежилых помещений, убытки, причиненные изъятием земельного участка, включая убытки, возникающие в связи с невозможностью исполнения правообладателем такого земельного участка обязательств перед третьим лицами, в том числе основанных на заключенных с такими лицами договорах, упущенную выгоду, иные убытки, предусмотренные статьей 32 Жилищного кодекса Российской Федерации (при их наличии). 10 сентября 2020 г. ФИО1 передала квартиру Департаменту имущественных отношений администрации города Новый Уренгой по акту приема-передачи. Государственная регистрация перехода права собственности на квартиру произведена 13 октября 2020 г. 03 ноября 2020 г. решением Новоуренгойского городского суда Ямало- Ненецкого автономного округа, вступившим в законную силу 12 декабря 2020 г., частично удовлетворены исковые требования ФИО1 к страховой компании: признание распоряжением правительства Ямало Ненецкого автономного округа от № 151-РП многоквартирного жилого дома <...> по ул.<...> аварийным и подлежащим реконструкции признано страховым случаем; со страховой компании взыскана компенсация морального вреда в размере 20 000 руб., штраф в размере 10
в настоящее время редакции пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации при предъявлении иска лицом, не являющимся стороной сделки, течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. Новые правила о сроках давности применяются, в частности, к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013 (пункт 9 статьи 3 Закона № 100-ФЗ). Регистрация перехода права собственности на квартиру произведена 20.11.2001, то есть, по крайней мере, не позднее этой даты началось исполнение спорной сделки, в связи с чем с этого дня подлежит исчислению срок исковой давности. Из системного толкования названных норм закона и установленных обстоятельств следует, что срок исковой давности, предусмотренный ранее действовавшим законодательством, к сентябрю 2013 года истек в любом случае, поэтому к заявлению финансового управляющего имуществом должника не подлежат применению новые правила об исчислении срока исковой давности, установленные пунктом
службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве (далее – управление) о признании незаконным приостановления государственной регистрации снятия ранее наложенных арестов в отношении квартиры № 224; о возложении на управление обязанности снять с квартиры аресты, наложенные судом общей юрисдикции, а также погасить в ЕГРН названную регистрационную запись об ограничении (обременении) прав в виде ареста квартиры; о признании незаконным приостановления государственной регистрации перехода права собственности на квартиру; о возложении на управление обязанности осуществить регистрацию перехода права собственности на квартиру на нового правообладателя – должника. Решением суда первой инстанции от 29.04.2019, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной инстанции от 19.08.2019 и округа от 20.11.2019, в удовлетворении требования отказано. В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, финансовый управляющий просит отменить указанные судебные акты в связи с существенными нарушениями судами норм права. Изучив обжалуемые судебные акты, судья не находит оснований для передачи кассационной жалобы на рассмотрение в судебном заседании Судебной коллегии Верховного
2022 г. Судья Верховного Суда Российской Федерации Самуйлов С.В., изучив кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Нижнекамскснаб» (далее – общество) на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.04.2021, постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2021 и постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 14.12.2021 по делу № А65-9753/2020 о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Сейба» (далее – должник), установил: в рамках дела о банкротстве должника общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о регистрации перехода права собственности на квартиру № 270 общей площадью 97 кв. м, расположенную на 18-м этаже в жилом доме, находящемся по адресу: <...>, кадастровый номер 16:50:110602:1670. Определением суда первой инстанции от 20.04.2021, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 29.07.2021 и постановлением суда округа от 14.12.2021, в удовлетворении заявления отказано. В кассационной жалобе заявитель просил обжалуемые судебные акты отменить, ссылаясь на неправильное применение судами норм права. По результатам изучения принятых по делу судебных актов и доводов,
в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалоб. Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке. Как следует из материалов дела и установлено судами, должник (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключили оспариваемый договор от 05.10.2020, по условиям которого продавец обязался передать в собственность покупателю Квартиру по цене 9 500 000 руб., а покупатель - принять и оплатить Квартиру. Государственная регистрация перехода права собственности на Квартиру в пользу ФИО5 произведена 05.11.2020. Государственная регистрация перехода права собственности на Квартиру от ФИО5 в пользу ФИО6 и ФИО7 произведена 11.01.2022. ФИО5 является сестрой ФИО3 Финансовый управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением, ссылаясь на недействительность договора на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Суд первой инстанции удовлетворил заявление, исходя из того, что договор заключен между заинтересованными лицами, после
времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы. Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке. Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.02.2023 по делу № А56-88386/2021/сд.1 признан недействительной сделкой договор купли-продажи квартиры от 28.07.2021, заключенный ФИО3 и ФИО6 Государственная регистрация перехода права собственности на квартиру по адресу: Санкт-Петербург, ул. Куйбышева, д. 38-40, кв. 35, от продавца к покупателю по договору купли-продажи квартиры от 28.07.2021 не состоялась, в связи с наложением на недвижимость запретов собственнику распоряжаться своим имуществом. Квартира от продавца к покупателю не передавалась. Ссылаясь на указанные обстоятельства, полагая, что должник возвратил ФИО3 денежные средства, с вязи с чем ФИО3 получил удовлетворение его требования до признания сделки недействительной, обратился в суд с ходатайством о взыскании с ФИО3
в собственность покупателя, принадлежащую ему на праве собственности квартиру, расположенную по адресу; Пермский край, г. Александровск, <...>, подъезд 5, этаж 5, состоящую из 1 жилой комнаты, общей площадью – 30,9 кв.м, соответствующую требованиям, изложенным в описании квартиры (приложение № 2 к контракту), а покупатель обязуется принять квартиру и оплатить за нее цену в соответствии с контрактом (п. 1.1. контракта). Обязательства по передаче квартиры истцом исполнены, что подтверждается передаточным актом от 03.08.2016. Государственная регистрация перехода права собственности на квартиру к ответчику произведена 10.08.2016, что подтверждается отметкой о регистрации на контракте. В соответствии с п. 3.1 контракта стоимость квартиры составляет 910 378 руб. 35 коп., в том числе: за счет средств бюджета Пермского края 278 609 руб. 06 коп., за счет средств бюджета Всеволодо-Вильвенского городского поселения 159 316 руб. 21 коп., за счет средств Фонда 472 453 руб. 08 коп. Указанная цена контракта является твердой и не может изменяться в процессе его
в собственность покупателя принадлежащую ему на праве собственности квартиру, расположенную по адресу; Пермский край, г. Александровск, <...>, подъезд 3, этаж 5, состоящую из 2 жилых комнат, общей площадью - 45,0 кв.м, соответствующую требованиям, изложенным в описании квартиры (приложение № 2 к контракту), а покупатель обязуется принять квартиру и оплатить за нее цену в соответствии с контрактом (п. 1.1. контракта). Обязательства по передаче квартиры истцом исполнены, что подтверждается передаточным актом от 05.07.2016. Государственная регистрация перехода права собственности на квартиру к ответчику произведена 11.07.2016, что подтверждается отметкой о регистрации на контракте. В соответствии с п. 3.1 контракта в редакции дополнительного соглашения от 19.07.2016 стоимость квартиры составляет 1 321 948 руб. 92 коп., в том числе: за счет средств бюджета Пермского края 404 564 руб. 71 коп., за счет средств бюджета Всеволодо-Вильвенского городского поселения 231 341 руб. 06 коп., за счет средств Фонда содействия реформированию жилищно-коммунального хозяйства 686 043 руб. 15 коп. Указанная
По акту от 19.08.2020 банк принял квартиру, а 02.09.2020 перечислил на депозит УФССП России по Волгоградской области денежные средства в размере 127 930,29 руб. (разницу между стоимостью квартиры и размером задолженности). Установленный факт принятия кредитором залогового имущества, позволил суду апелляционной инстанции прийти к выводу об отсутствии оснований для установления требований банка в реестре требований кредиторов должника, как обеспеченных залогом этим имуществом. Между тем судом апелляционной инстанции не принято во внимание, что государственная регистрация перехода права собственности на квартиру после оставления ее банком за собой не произведена, в то время как действующим законодательством установлено, что государственная регистрация прав на недвижимое имущество является единственным доказательством существования у лица права собственности на объект недвижимости (пункт 1 статьи 131 ГК РФ, пункт 2 статьи 223 ГК РФ, пункт 1 статьи 551 ГК РФ). Банк утверждает, что поскольку государственная регистрация перехода права собственности на квартиру после оставления ее за собой не была произведена, то она
момент приобретения имущества, являющегося предметом настоящего спора, не имелось данных о его обременении, а также о наличии действий о запрете на совершение регистрации. Соответственно объекты были зарегистрированы Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается выпиской из ЕГРН. Вышеуказанные объекты были реализованы ФИО12 Квартира, расположенная по адресу: <адрес>, кадастровый №, была приобретена ФИО28 у ФИО12 по договору купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ за 9 000 000 (Девять миллионов) рублей. Государственная регистрация перехода права собственности на квартиру к ФИО28 в установленном законом порядке произведена ДД.ММ.ГГГГ (номер государственной регистрации: <данные изъяты> Как указывает сторона ответчика, для приобретения <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ. При этом, так как кредит выдавался ФИО31 именно на приобретение квартиры (ипотечный) и квартира является предметом залога, ПАО «СБЕРБАНК», будучи профессиональным кредитором и обладая для этого всеми необходимыми знаниями, силами и средствами, до одобрения сделки, действуя в соответствии со стандартами банковской деятельности и должной осмотрительностью, очевидно запросил и изучил все
в собственности продавца и принадлежит ему на основании договора купли-продажи от 12.03.2008 г. 19.01.2015 г. в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Хабаровскому краю было подано заявление о государственной регистрации перехода права собственности на квартиру, предоставлен договор купли-продажи квартиры от 19.01.2015 г., квитанция от 19.01.2015 г. № об оплате государственной пошлины в размере <данные изъяты>. 30.01.2015 г. Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Хабаровскому краю государственная регистрация перехода права собственности на квартиру была приостановлена в связи с не предоставлением справки о наличии зарегистрированных лиц в отчуждаемом жилом помещении. В это же день справка была предоставлена. 11.02.2015 г. Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Хабаровскому краю в адрес истца направило письмо, в котором было указано, что согласно представленной справке от 30.01.2015 г. на регистрационном учете в спорной квартире состоит Пикалов М.А., тогда как в договоре купли-продажи от 19.01.2015 г. данное обстоятельно не
07.09.2017 года путем продажи с публичных торгов обращено взыскание на квартиру с кадастровым номером , расположенную по адресу: . 15.03.2021 года победителем торгов по продаже отмеченной квартиры признана Пажгина Т.А., что подтверждается протоколом № 3 ООО «Армавирский ОРС». 22.03.2021 года между покупателем в лице Пажгиной Т.А. и МТУ Росимущества в Краснодарском крае и Республике Адыгея в лице ООО «Армавирский ОРС» заключен договор купли-продажи квартиры с кадастровым номером , расположенной по адресу: , регистрация перехода права собственности на квартиру произведена 04.05.2021 года. 19.10.2021 года Пажгиной Т.А. и Неклюдовым А.М. заключен договор купли-продажи указанного жилого помещения, регистрация перехода права собственности на квартиру произведена 20.10.2021 года. В квартире , расположенной по адресу: , зарегистрированы и проживают Михнев С.П., Михнева Е.В. и их дети, которые не являются членами семьи Неклюдова А.М. Проживающие в квартире люди и наличие у них регистрации создают препятствия при использовании жилого помещения Неклюдовым А.М. Просит признать Михнева С.П., Михневу Е.В.,
