интересов преобладающего и миноритарных акционеров, Конституционный Суд Российской Федерации, таким образом, расширил границы применения гарантий права частной собственности, содержащихся в статье 35 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Отмечая важность и значимость судебного контроля за соблюдением процедуры проведения консолидации акций путем их выкупа, Конституционный Суд Российской Федерации подчеркнул, что суды призваны обеспечивать эффективную защиту прав и свобод акционеров, а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых советом директоров и общим собранием акционеров, которые обладают самостоятельностью и широкой дискрецией в сфере бизнеса; следовательно, суды, осуществляя по жалобам акционеров и обладателей дробных акций контроль за решениями органов управления акционерных обществ, не оценивают экономическую целесообразность предложенного варианта консолидации акций, в том числе поскольку в силу рискового характера предпринимательской деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов. При этом Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что в силу конституционных принципов правового государства и неприкосновенности частной собственности решения о консолидации акций
имеется. Заявитель считает, что оспариваемая норма Налогового кодекса Российской Федерации по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, противоречит Конституции Российской Федерации, ее статьям 1, 15, 19 и 57. 2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные Ю.Я. Трубициным материалы, не находит оснований для принятия его жалобы к рассмотрению. Согласно Конституции Российской Федерации каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы (статья 57). Нормативно-правовое регулирование в сфере налогов и сборов относится к компетенции законодателя, который, обладая достаточно широкой дискрецией , самостоятельно решает вопрос о целесообразности налогообложения тех или иных экономических объектов, руководствуясь при этом конституционными принципами регулирования экономических отношений (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 22 июня 2009 года N 10-П). Как следует из статьи 145 Налогового кодекса Российской Федерации, организации и индивидуальные предприниматели имеют право на освобождение от исполнения обязанностей налогоплательщика, связанных с исчислением и уплатой налога на добавленную стоимость, в порядке и на условиях, предусмотренных данным законоположением. С учетом оспариваемых положений
и сборы. В целях обеспечения исполнения налогоплательщиками конституционной обязанности платить налоги федеральный законодатель - на основании статей 57, 71 (пункты "в", "ж", "з", "о"), 72 (пункты "б", "и" части 1), 75 (часть 3) и 76 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации - устанавливает систему налогов, взимаемых в бюджет, и общие принципы налогообложения, а также предусматривает соответствующие меры государственного принуждения. При этом, закрепляя правовой механизм исполнения конституционной обязанности по уплате налогов, он обладает достаточно широкой дискрецией в выборе как направлений налоговой политики, так и методов ее правового регулирования. Правовое регулирование земельного налога, как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, носит комплексный характер и состоит из актов как налогового, так и земельного законодательства, которое используется для целей налогообложения, оно должно производиться с соблюдением вытекающих из Конституции Российской Федерации и получающих конкретизацию в действующем налоговом законодательстве гарантий прав налогоплательщиков; иное означало бы возможность снижения конституционных гарантий прав налогоплательщиков исключительно по формальным основаниям, связанным
собрания акционеров о выплате (объявлении) дивидендов, в том числе о размере дивиденда и форме его выплаты по акциям каждой категории (типа) (статья 42 Федерального закона "Об акционерных обществах"), что само по себе не может рассматриваться как нарушение каких-либо конституционных прав и свобод заявителей. При этом необходимо учитывать, что судебный контроль призван обеспечивать защиту прав и свобод акционеров, а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых советом директоров и общим собранием акционеров, которые обладают самостоятельностью и широкой дискрецией при принятии решений в сфере бизнеса (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2004 года N 3-П, Определение от 16 октября 2007 года N 677-О-О). В Определении от 11 апреля 1997 года N 53-О Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что все права акционера вытекают из его права собственности на определенное количество акций в данном акционерном обществе и производны от количества акций, находящихся в собственности члена акционерного общества; личное участие члена акционерного общества в
произвольного применения, поскольку требуют установления объективной связи понесенных налогоплательщиком расходов с направленностью его деятельности на получение прибыли, причем бремя доказывания необоснованности расходов налогоплательщика возлагается на налоговые органы. Кроме того, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 4 июля 2007 года N 366-О-П со ссылкой на Постановление от 24 февраля 2004 года N 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией , поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов. Таким образом, положения пункта 1 статьи 252 Налогового кодекса Российской Федерации в силу правовых позиций, изложенных Конституционным Судом Российской Федерации в сохраняющих свою силу решениях, не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права налогоплательщиков. Проверка же законности и обоснованности правоприменительных решений, в том числе в части установления взаимозависимости между заявителем и его контрагентами, а также
их объединений, Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований (часть 1 статьи 9 ГрК РФ). Генеральный план городского округа является одним из документов территориального планирования муниципального образования (пункт 3 части 1 статьи 18 ГрК РФ). Регламентация градостроительной деятельности направлена на обеспечение комфортной среды обитания, комплексного учета потребностей населения и территорий в развитии и необходима для согласования государственных, общественных и частных интересов в данной области в целях обеспечения благоприятных условий проживания. Между тем, обладая достаточно широкой дискрецией в сфере градостроительства, органы местного самоуправления при изменении правового регулирования не могут действовать произвольно и должны, учитывая соответствующие финансово- экономические возможности, соблюдать баланс частных интересов граждан и публичных интересов муниципального образования, конституционные принципы справедливости, равенства, соразмерности, которые, как указывал в своих решениях Конституционный Суд Российской Федерации, предполагают сохранение разумной стабильности правового регулирования, недопустимость внесения произвольных изменений в действующую систему норм. В данном случае, как установлено судом и следует из материалов дела, функциональное назначение спорной
– члены Совета директоров общества «Энел Россия», одобрили заключение договора на поставку оборудования для строительства энергоблока, которое впоследствии оказалось невостребованным, чем причинили корпорации – обществу «Энел Россия» убытки, состоящие из цены оборудования, сопутствующих услуг и недополученного дохода. По смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 24 февраля 2004 года № 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией , поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов. Исследовав обстоятельства спора и оценив по правилам главы 7 Кодекса представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, руководствуясь положениями статей 15, 53, 53.1, 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 71, 81, 84 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», суды пришли к выводу о том, что истцами пропущен
причиной внесения муниципальным образованием вклада в уставный фонд МУП «Палласовское ГКХ» являлось не характерное для обычного контролирующего лица бенефициарное стремление участвовать в распределении всей возможной будущей прибыли созданной им организации, а выполнение публично-правовых обязанностей; уже при создании предприятия произошло смешение частных и публичных отношений, имеющих принципиально разную правовую природу: коммерческая организация, чье правовое положение определяется нормами гражданского (частного) права, которая подчинена генеральной цели, направленной на извлечение прибыли, имеющая органы с самостоятельной компетенцией и обладающие широкой дискрецией при принятии управленческих решений, подчиненных упомянутой генеральной цели, использована муниципальным образованием – собственником имущества предприятия для достижения иной, публичной цели, социального результата – обеспечения населения жизненно необходимым набором коммунальных услуг. Доводы заявителя о том, что Администрацией не принимались меры по восстановлению платежеспособности должника, а осуществленные действия оказались недостаточными, что привело к банкротству предприятия, суды также отклонили, указав, что предприятие было создано в целях исполнения полномочий органа местного самоуправления по водоотведению и с момента своего
и относят магазин к названной категории. При таком положении суд первой инстанции пришел к правильному заключению, что вид разрешенного использования земельных участков, на которых расположены принадлежащие административному истцу нежилые здания, предусматривает размещение на них торговых объектов, следовательно, оспариваемые нормы соответствуют требованиям статьи 378.2 НК РФ. Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 23 июня 2015 года № 1259-0 констатировав, что нормативно-правовое регулирование в сфере налогов и сборов относится к компетенции законодателя, который обладает достаточно широкой дискрецией в выборе конкретных направлений и содержания налоговой политики, самостоятельно решает вопрос о целесообразности налогообложения тех или иных экономических объектов, руководствуясь при этом конституционными принципами регулирования экономических отношений, указал, что установление вида разрешенного использования земельного участка, на котором расположен соответствующий объект недвижимости, в качестве основного критерия для отнесения объекта недвижимости к имуществу, налоговая база которого исчисляется из его кадастровой стоимости, не может расцениваться как нарушение конституционных прав участников налоговых правоотношений. Такое регулирование является нормативной основой
законодательством установлен повышенный стандарт поведения субъектов, осуществляющих предпринимательскую деятельность, в гражданских правоотношениях (пункт 3 статьи 401 ГК РФ), предполагающий необходимость повышенной осмотрительности при приобретении и осуществлении ими гражданских прав, несоблюдение которого предполагает отнесение на субъекта предпринимательской деятельности соответствующих негативных последствий (определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.06.2016 № 308-ЭС14-1400). Судебный контроль призван обеспечивать защиту прав и свобод участников гражданского оборота, а не проверять экономическую целесообразность действий субъектов предпринимательской деятельности, поскольку последние обладают самостоятельностью и широкой дискрецией при принятии решений в сфере бизнеса. В этой связи суды не оценивают экономическую целесообразность принятых такими субъектами решений, так как в силу рискового характера предпринимательской деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24.02.2004 № 3-П). Выявление сторонами деловых просчетов, которые не были учтены на стадиях заключения договора, при исполнении условий договора, являются рисками предпринимательской деятельности. Доводов, опровергающих правильность выводов арбитражных судов, положенных
к нивелированию обязанности по оплате поставленного товара вследствие приобретения товара по согласованной сторонами цене в связи с деловым просчетом завода (так как последующий мониторинг заводом рыночных цен на аналогичную продукцию показал наличие более дешевой цены). Между тем, как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 24.02.2004 № 3-П, судебный контроль призван обеспечивать защиту прав и свобод участников гражданского оборота, а не проверять экономическую целесообразность действий субъектов предпринимательской деятельности, поскольку последние обладают самостоятельностью и широкой дискрецией при принятии решений в сфере бизнеса. В этой связи суды не оценивают экономическую целесообразность подобных решений, так как в силу рискового характера предпринимательской деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов. Законодательством установлен повышенный стандарт поведения субъектов, осуществляющих предпринимательскую деятельность, в гражданских правоотношениях (пункт 3 статьи 401 ГК РФ), предполагающий необходимость повышенной осмотрительности при приобретении и осуществлении ими гражданских прав, несоблюдение которого предполагает отнесение на субъекта предпринимательской деятельности соответствующих
права иных лиц, не участвующих в деле. Обжалуемые судебные акты содержат в соответствии с требованиями части 7 статьи 71, пункта 2 части 4 статьи 170, пункта 12 части 2 статьи 271 АПК РФ мотивированное обоснование отклонения заявленных ответчиком доводов. При таких обстоятельствах выводы суда соответствуют нормам закона, представленным в материалы дела доказательствам, правовой позиции Конституционного Суда РФ, который указал, что суды не вправе проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых общим собранием, которое обладает самостоятельностью и широкой дискрецией при принятии решений в сфере бизнеса (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24.02.2004 № 3-П, Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 16.10.2007 № 677-О-О). Нарушений норм материального права, а также требований процессуального законодательства, влекущих отмену судебных актов в порядке статьи 288 АПК РФ, судами первой и апелляционной инстанций не допущено. Решение суда и постановление апелляционной инстанции отмене не подлежат, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется. В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные
истца ИФНС России по <адрес> ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, приведя суду доводы, аналогичные изложенным в исковом заявлении. Административный ответчик ФИО1 исковые требования не признал, ссылаясь на доводы, изложенные в письменных возражениях. Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. Согласно Конституции Российской Федерации каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы (статья 57). Нормативно-правовое регулирование в сфере налогов и сборов относится к компетенции законодателя, который, обладая достаточно широкой дискрецией , самостоятельно решает вопрос о целесообразности налогообложения тех или иных экономических объектов, руководствуясь при этом конституционными принципами регулирования экономических отношений (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10-П). В соответствии с пунктом 1 статьи 24 Налогового кодекса Российской Федерации налоговыми агентами признаются лица, на которых в соответствии с настоящим Кодексом возложены обязанности по исчислению, удержанию у налогоплательщика и перечислению налогов в бюджетную систему Российской Федерации. В силу пункта 1 статьи 41 Налогового кодекса
договора, условия договора, по общему правилу, определяются по усмотрению сторон (п.п. 1,4 ст. 421 ГК РФ). Отсутствие «документально обоснованных разумных объяснений» изменению цены договоров купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ в сторону уменьшения нормами налогового законодательства в качестве основания для доначисления налога не предусмотрено. По смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией , поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов (абз. 5, 6 п. 3 Определения Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-О-П, абз. 5, 6 п. 3 Определения Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-О-П). Доначисление единого налога, уплачиваемого при применении УСН, за ДД.ММ.ГГГГ в сумме <данные изъяты> руб., соответствующих сумм пени и штрафа по данному налогу, по мнению истца, не соответствует закону. Кроме того,
их планируемого развития, определенных генеральным планом городского округа, схемой территориального планирования муниципального района (пункт 2 части 1 статьи 34 Градостроительного кодекса Российской Федерации). Регламентация градостроительной деятельности, как следует из положений статьи 2 Градостроительного кодекса Российской Федерации, направлена в первую очередь на обеспечение комфортной среды обитания, комплексного учета потребностей населения и территорий в развитии и необходима для согласования государственных, общественных и частных интересов в данной области в целях обеспечения благоприятных условий проживания. Поэтому, обладая достаточно широкой дискрецией в сфере градостроительства, органы государственной власти при изменении правового регулирования не могут действовать произвольно без объективного и разумного обоснования, должны соблюдать баланс частных и публичных интересов, конституционные принципы справедливости, равенства, соразмерности, которые, как указывал в своих решениях Конституционный Суд Российской Федерации, предполагают сохранение разумной стабильности правового регулирования, недопустимость внесения произвольных изменений в действующую систему норм. Генеральный план представляет собой основополагающий документ территориального планирования, определяющий стратегию градостроительного развития территорий и условия формирования среды жизнедеятельности, и
48 Закона N 131-ФЗ. Регулирующее порядок отмены муниципальных правовых актов и приостановления их действия основывающееся на необходимости контроля за соблюдением действующего законодательства, направлено но регламентацию деятельности и реализацию гарантий самостоятельности органов местного самоуправления, закрепленной в статье 12 Конституции Российской Федерации, при том решения об отмене или приостановлении действия ранее изданных муниципальных правовых актов не могут носить произвольный характер, должны быть законными и обоснованными (определения от ДД.ММ.ГГГГг.. N 739.-0-0 и от ДД.ММ.ГГГГ №). Обладая достаточно широкой дискрецией в сфере земельных правоотношений, органы муниципального образования не могут действовать произвольно и должны соблюдать принципы баланса частных интересов граждан и публичных интересов субъекта ФИО6 Федерации: справедливости равенства, соразмерности, которые, как указывал в решениях Конституционный Суд Российской Федерации, предполагают сохранение разумной стабильности правового недопустимость внесения произвольных изменений в действующую систему норм. Исходя из содержания приведенной нормы закона и разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации, орган самоуправления вправе в порядке самоконтроля отменить ранее принятый им нормативный правовой
