Субсидиарная ответственность супругов - гражданское законодательство и судебные прецеденты

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отсутствуют. Исследовав и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, в том числе подтверждающие многочисленное отчуждение принадлежащего должнику имущества в пользу третьих лиц после даты принятия к производству заявления уполномоченного органа о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по долгам общества, свидетельствующие о создании ответчиками схемы бизнеса, при которой осуществлялось уклонение от налогообложения с целью получения необоснованной налоговой выгоды в результате фиктивного документооборота, заключение супругами ФИО3 брачного контракта, направленное на сбережение активов семьи от обращения на них взыскания, учитывая решение налогового органа о привлечении должника к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 10, 61.11 Закона о банкротстве в соответствующих редакциях, суды констатировали, что действиями ответчиков должник доведен до банкротства и ему причинены убытки отчуждением имущества в пользу контролирующих

от 18.06.2021, постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 06.10.2021 и постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 17.01.2022 по делу № А43-24807/2015, установил: в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Экономическое развитие» (далее – должник) в обособленном споре о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности Арбитражный суд Нижегородской области определением от 07.03.2019 принял обеспечительные меры: наложил арест на имущество, принадлежащее ФИО2, в пределах суммы 106 442 574 руб. Конкурсный кредитор – общество с ограниченной ответственностью «Соберс-Аудит» (далее – общество) с учетом заявленных уточнений обратилось в суд с ходатайством об отмене обеспечительных мер, принятых определением от 07.03.2019 и наложении ареста на имущество, принадлежащее ФИО3 (супруге ФИО2), в пределах суммы 99 595 243 руб. 16 коп.; запрета регистрирующему органу совершать регистрационные действия в отношении квартиры, земельного участка, дачного дома (нежилое). Определением суда первой инстанции от 18.06.2021, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной инстанции от 06.10.2021 и округа от 17.01.2022, заявление

Верховный Суд Российской Федерации, ФИО1 просит отменить указанные судебные акты в связи с существенными нарушениями судами норм права. Изучив обжалуемые судебные акты, судья не находит оснований для передачи кассационной жалобы на рассмотрение Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации. Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, исходили из доказанности необходимой совокупности обстоятельств для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности. Судами в том числе установлено совершение ФИО1 действий по выводу денежных средств в пользу аффилированных лиц (себе и своей бывшей супруге ) при наличии подтвержденной вступившим в законную силу судебным актом задолженности перед обществом «Стэлс». Выбранная бывшим руководителем должника политика ведения хозяйственной деятельности не соответствует стандарту разумного и добросовестного поведения и привела к банкротству последнего. Изложенные в жалобе доводы, которые сводятся к установлению иных обстоятельств по делу, не подтверждают существенных нарушений судами норм права. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил:

выводами которых согласился суд округа, руководствовались статьями 10, 61.11, 61.19 Закона о банкротстве, учли разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», и исходили из недоказанности всей совокупности условий, необходимых для привлечения Мель Е.П., ФИО3, общества и ФИО6 к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, в частности ввиду недоказанности совершения ответчиками действий (бездействия), которые привели к невозможности погашения требований кредиторов должника и к его банкротству. Оснований для отнесения остальных лиц к контролирующим деятельность должника (супруги Мель Е.П., а также супруги и сына ФИО6) судами не установлено. Изложенные в жалобе доводы были предметом рассмотрения судов, не свидетельствуют о неправильном применении ими норм права, сводятся к установлению иных обстоятельств по делу, что не входит в полномочия суда при кассационном производстве. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья определил: в передаче кассационной

общество «Мостинжстрой» находится в процедуре банкротства, оснований полагать, что дебиторская задолженность является ликвидной, не имеется. Суд кассационной инстанции считает выводы судов о доказанности наличия оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности в порядке пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве правильными, основанными на совокупной оценке имеющихся в деле доказательств. Вместе с тем, рассмотрев кассационную жалобу конкурсного управляющего, исследовав материалы дела, суд кассационной инстанции считает, что судебные акты в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности супруги должника ФИО5 подлежат отмене, исходя из следующего. Отказывая в привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суды сослались на отсутствие доказательств влияния ее на принятие решений, приведших к банкротству общества «Регион-СК». Между тем судами не учтено, что при привлечении к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие

его позицию кредитором отсутствующих у них прямых доказательств неформальной подконтрольности должника супругам ФИО10. Как ранее, так и в настоящее время процесс доказывания оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, предполагающих наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, а на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска. Из материалов настоящего спора следует, что управляющий и конкурсный кредитор, обосновывая заявленные требования о привлечении к субсидиарной ответственности супругов ФИО10, последовательно ссылались на то, что в 2014 году между должником и предприятием «ГВСУ № 5» был заключен государственный контракт и в ходе исполнения данного контракта на счета должника были перечислены денежные средства в сумме более 128 млн. руб., заказчик рассчитался с должником в полном объеме; в свою очередь, должник со своими контрагентами надлежащим образом расчеты не произвел, задолженность перед поставщиками обществом «ЮрФакт» (поставка бетона, оказание транспортных услуг и услуг по аренде фронтального

годах. Действия по изменению режима совместной собственности, а именно заключение брачного контракта, совершены супругами К-ными после возникновения у ФИО1 заемных обязательств. Следовательно, в данном случае наличие брачного договора от 29.12.2011 не имеет правового значения. Арест на указанное имущество правомерно наложен в качестве обеспечительной меры по настоящему обособленному спору. Кроме того, Арбитражный суд Нижегородской области определением от 07.09.2021 по ходатайству конкурсного управляющего привлек к участию в обособленном споре о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности супругу ФИО1 - ФИО4, в качестве соответчика. Следовательно, у суда апелляционной инстанции при наличии данного судебного акта отсутствовали правовые основания для отмены принятых Арбитражным судом Нижегородской области обеспечительных мер в отношении имущества ФИО4, не находящегося в совестной собственности супругов и являющегося индивидуальной собственностью ФИО4 Довод заявителя кассационной жалобы о несоразмерности принятых обеспечительных мер, также не заслуживает внимания. Основания для привлечения к субсидиарной ответственности в ходе рассмотрения обособленного спора могут изменяться; исходя из специфики настоящего

№ А56-16319/2017, а также из совпадения периодов предъявления требований ПАО «Балтинвестбанк» к ООО «Росинвест» (28.03.2017 и 09.06.2017), приобретения контрольного пакета общества с ограниченной ответственностью «Энергострой-Проект» (лицо, в последующем погасившее бесспорные требования ООО «Росинвест» для прекращения производства по делу о банкротстве) матерью ответчика Новиковой Ларисой Михайловной (17.02.2017), заключения брачного контракта между должником и ответчиком (05.07.2017), понимание наличия оснований как для восстановления залога ПАО «Балтинвестбанк» на объекты недвижимости, составляющие бизнес-центр «Балтис Плаза», так и для субсидиарной ответственности супруга по неисполненным обязательствам ЗАО УК «Стройгазинвест» и ООО «Росинвест» не могло не быть очевидным на момент заключения брачного контракта и его заключение преследовало цель исключения приобретенных в период брака с должником объектов из конкурсной массы должника в случае негативного сценария развития процедур банкротства подконтрольных ФИО5 должников. Суд кассационной инстанции соглашается с выводом судов о том, что в обособленном споре финансовым управляющим должника представлены доказательства наличия совокупности всех обстоятельств, на которые указано в разъяснениях,

с ДД.ММ.ГГГГ по день фактического погашения долга ответчиком, что в свою очередь, впоследствии, не лишает истца права после исполнения ответчиком обязательств по выплате неосновательного обогащения обратиться в суд с заявлением о взыскании процентов за пользовании чужими денежными средствами на основании ст. 395 ГК РФ, предоставив расчет истребуемых сумм. Также суд находит несостоятельными доводы истца о привлечении к субсидарной ответственности супруги ФИО3 - ФИО4. Статьей 45 СК РФ, на которую ссылается истец, не предусмотрена субсидиарная ответственность супругов , оснований для признания данной задолженности солидарной у суда также не имеется. К общим обязательствам супругов не относятся обязательства, возникшие из сделок одного из супругов, совершенных им без согласия и поручительства другого, что не дает основание распространить правовые последствия сделки (в том числе в виде возложения ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств) на супруга, в ней не участвовавшего. В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда,

... октября - ... рублей, ... октября - ... рублей; в 2014 году: ... сентября - ... рублей, ... сентября - ... рублей. Факт заключения договора займа сторонами не оспаривается. Следовательно, требование истца о взыскании с ответчиков суммы долга по договору займа, а также суммы штрафа, законно и обоснованно. Суд не находит оснований для исключения ответчика ФИО2 из числа ответчиков, поскольку п.1.6 договора беспроцентного целевого займа №... от ... июня 2010 года предусмотрена субсидиарная ответственность супруги заемщика по обязательствам, вытекающим из договора и указано, что договор займа заключен с согласия супруги заемщика, которая настоящим принимает на себя субсидиарную ответственность за исполнение заемщиком всех его обязательств из настоящего договора в полном объеме на весь период его действия и в случае его расторжения по инициативе займодавца, что подтверждается подписью супруги заемщика в разделе 9 договора. Кроме того, суд считает, что ответчики должны нести ответственность по договору в субсидиарном порядке, учитывая следующее.

в размере ... рублей ... копеек, в кассу хозяйства было внесено: в 2012 году: ... сентября – ... рублей, ... октября 2012 года - ... рублей; в 2013 году: ... сентября – ... рублей. Факт заключения договора займа сторонами не оспаривается. Следовательно, требование истца о взыскании с ответчиков суммы долга по договору займа, а также суммы штрафа, законно и обоснованно. Пунктом 1.6 договора беспроцентного целевого займа №1 от 15 ноября 2011 года предусмотрена субсидиарная ответственность супруга заемщика по обязательствам, вытекающим из договора и указано, что договор займа заключен с согласия супруга заемщика, который настоящим принимает на себя субсидиарную ответственность за исполнение заемщиком всех его обязательств из настоящего договора в полном объеме на весь период его действия и в случае его расторжения по инициативе займодавца, что подтверждается подписью супруга заемщика в разделе 9 договора. Суд считает, что ответчики должны нести ответственность по договору в субсидиарном порядке, учитывая следующее. В силу

размере ... рублей – средства материнского капитала на приобретение жилого помещения. Таким образом, сумма долга по договору займа составила ... рубля ... копейки. Факт заключения договора займа сторонами не оспаривается. Следовательно, требование истца о взыскании с ответчиков суммы долга по договору займа, а также суммы штрафа, законно и обоснованно. Суд не находит оснований для исключения ответчика ФИО2 из числа ответчиков, поскольку п.1.6 договора беспроцентного целевого займа №... от ... декабря 2009 года предусмотрена субсидиарная ответственность супруга заемщика по обязательствам, вытекающим из договора и указано, что договор займа заключен с согласия супруга заемщика, который настоящим принимает на себя субсидиарную ответственность за исполнение заемщиком всех его обязательств из настоящего договора в полном объеме на весь период его действия и в случае его расторжения по инициативе займодавца, что подтверждается подписью супруга заемщика в разделе 9 договора. В связи с чем, доводы ФИО2 о том, что он не должен платить долг по договору,