оспариваемой сделки в качестве подозрительной и признания ее недействительной. Отказывая в удовлетворении требований в части признания недействительным договора купли-продажи от 08.12.2017, суды, исследовав и оценив в совокупности по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, в том числе отчет об оценке рыночной стоимости недвижимого имущества, исходили из того, что конкурсным управляющим не доказан факт совершения сделки по явно заниженной цене, поскольку рыночная стоимость (120 392 000 руб.) переданного по сделке земельного участка не превышает существенностоимость полученного встречного исполнения (120 000 000 руб.). Также суды учли, что согласно выписке из ЕГРН кадастровая стоимость земельного участка ниже и составляет 114 962 416,81 руб. В связи с изложенным, суды констатировали, что не имеется оснований для вывода о том, что заключение договора купли-продажи от 08.12.2017 направлено на причинение вреда должнику и кредиторам и указанная сделка является недействительной на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве. Ввиду вышеприведенных выводов, суды отклонили возражения заявителя в отношении
Вместе с тем с момента утверждения документации по планировке территории до разрешения вопроса о выплате возмещения может пройти значительное время, особенно в случае судебного спора. Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 5 постановления от 11 февраля 2019 г. № 9-П, принятого до рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, значительное расхождение во времени правовых актов, утвердивших документацию по планировке территории, и правовых актов, предусматривающих изъятие имущества, может обусловить изменение, в том числе существенное, стоимости принудительно изымаемого недвижимого имущества по сравнению со стоимостью, определенной на день, предшествующий принятию решения об утверждении указанной документации. В подобных ситуациях в случаях изъятия недвижимого имущества в судебном порядке собственники этого имущества при увеличении его стоимости вправе рассчитывать на справедливое изменение размера причитающегося им возмещения. В противном случае было бы поставлено под сомнение само конституционное предписание о предоставлении за отчуждаемое имущество равноценного возмещения. С другой стороны, увеличение рыночной стоимости изымаемого имущества может быть обусловлено
и реализации недвижимого имущества по установленной судебным решением цене 11 января 2013 г. был выдан исполнительный лист. В обоснование требования об уменьшении начальной продажной цены заложенного имущества Банком представлен отчет об оценке рыночной стоимости недвижимого имущества от 25 мая 2018 г., согласно которому рыночная стоимость склада готовой продукции составляет 3 088 106 рублей, деревообрабатывающего корпуса - 19 195 839 рублей, литейного корпуса31 479 977 рублей. Удовлетворяя заявление Банка, суд первой инстанции установил факт существенного снижения рыночной стоимости заложенного имущества по сравнению с ценой, установленной решением Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 15 августа 2012 г., и невозможность реализации заложенного имущества на торгах по данной цене, в связи с чем определил начальную продажную цену по указанной в отчете от 25 мая 2018 г. рыночной стоимости этого имущества. С данными выводами суда первой инстанции суд апелляционной инстанции не согласился, определение суда первой инстанции отменил, и отказывая ПАО АКБ «АВАНГАРД» в удовлетворении заявления,
аналогичный по техническим характеристикам. Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что выявленный в сотовом телефоне «Арр1е 1Рпопе 6 8Р1ш» дефект является существенным по признаку неустранимости, поскольку системные платы для сотового телефона «Арр1е 1Рпопе 6 8Р1ш» отдельно производителем не поставляются. Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении иска, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что имеющийся в сотовом телефоне истца недостаток производственного характера не может быть признан существенным, поскольку стоимость его устранения нельзя признать приближенной к стоимости приобретенного товара, что по смыслу положений пункта 6 статьи 19 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее - Закон о защите прав потребителей) исключает возможность возложения на импортера обязанности по безвозмездному устранению недостатка товара. При этом суд апелляционной инстанции в обоснование своих выводов сослался на то, что приведенная выше норма права не содержит каких-либо предписаний относительно того, каким
управляющим срока исковой давности о привлечения его к субсидиарной ответственности. ФИО8, в свою очередь, ссылалась на отсутствие в ее поведении вины, а также причинной связи между ее должностными полномочиями и наступлением банкротства для Общества. Отказывая в привлечении всех ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Автоком» при первоначальном рассмотрении обособленного спора, суд первой инстанции посчитал, что конкурсным управляющим не доказано наличия у Общества признаков неплатежеспособности по состоянию на 31.12.2014, так как за последним значилось существенная стоимость активов, отраженная в его бухгалтерском балансе. Суд отметил то, что показатели бухгалтерской отчетности изменялись в зависимости от периодов деятельности Общества. При определении периода, когда руководитель должника был обязан обратиться в суд с заявлением о банкротстве, суд указал, что фактически ФИО4 обосновано подал такое заявление 20.01.2016. В отношении ФИО1 и ФИО8, суд не усмотрел оснований считать их контролирующими должника лицами, к которым может быть применена субсидиарная ответственность в силу статьи 10 Закона о банкротстве. При
к тому же конкурсному управляющему были переданы все необходимые сведения и документы о деятельности Общества. ФИО7, в свою очередь, говорила об отсутствии в ее поведении вины, а также причинной связи между ее должностными полномочиями и наступлением банкротства для Общества. Отказывая в привлечении всех ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Автоком», суд первой инстанции посчитал, что конкурсным управляющим не доказано наличия у Общества признаков неплатежеспособности по состоянию на 31.12.2014, так как за последним значилось существенная стоимость активов, отраженная в его бухгалтерском балансе. Суд отметил и то, что показатели бухгалтерской отчетности изменялись в зависимости от периодов деятельности Общества. При определении периода, когда руководитель должника был обязан обратиться в суд с заявлением о банкротстве, суд указал, что фактически ФИО3 обосновано подал такое заявление 20.01.2016. В отношении ФИО6 и ФИО7, суд не усмотрел оснований считать их контролирующими должника лицами, к которым может быть применена субсидиарная ответственность в силу статьи 10 Закона о банкротстве.
взаимных расчетов. Из содержания представленных актов и товарных накладных следует, что в 2017 и 2018 году должнику было оказано услуг и поставлено расходных материалов на общую сумму 960 608 руб. 25 коп. Между тем, указанные договора и акты выполненных работ не содержат сведений об объектах уборки и их местонахождение, приложение №1 к договору содержит значительный перечень работ, при этом без указания стоимости каждой из них и предполагаемого объема работ. При этом судом установлено, что существенная стоимость работ и товарных материальных ценностей в обычной деловой практике взаимоотношений с контрагентами предполагает как минимум предварительного согласования стоимости и объема оказываемых услуг и перечень подлежащего поставке товара, а расчеты сторон договора за отчетный период осуществляются на основании согласованных тарифов. В рассматриваемом случае оплата работ и поставленного товара производилась должником без согласования таких условий и в отсутствие соответствующих актов и счетов на оплату. Так, в период с апреля по декабрь 2016 года должником совершены операции
не свидетельствовать против себя. Реальность сделки подтверждается, в том числе и невозвратом денежных средств, полученных ООО «Ювента» от Общества. Сравнение заключенного договора с ООО «Ювента» с договором, заключенным Обществом с ООО «Томспроект», некорректно, так как в полномочия налогового органа не входит техническая и технологическая экспертиза заключаемых договоров. Налогоплательщик пояснил, что руководствуясь требованием разумной осмотрительности, он привлекал ООО «Ювента» к указанной работе для объективного контроля, имея ввиду разногласия с проектом, подготовленным специалистами ООО НИиПИ «ТОМС». Существенная стоимость таких работ определена тем, что специалисты ООО «Ювента» понесли существенные трудозатраты для ознакомления и обнаружения «узких мест» в проекте ООО НИиПИ «ТОМС». Налоговым органом не доказан факт отсутствия реальных хозяйственных операций между ООО «Ювента» и Обществом. Если, по мнению Инспекции, отказ в принятии к зачету НДС вызван порочностью счета-фактуры, то при определении налоговой базы по налогу на прибыль Инспекции следовало на основании пп.7 п.1 ст.31 НК РФ применить расчетный метод. Налоговым органом не доказаны
все зависящие от него меры по их соблюдению. В ходе производства по делу <данные изъяты> не представило доказательств, подтверждающих, что правонарушение вызвано чрезвычайными обстоятельствами и другими непредвиденными, непреодолимыми препятствиями, находящимися вне его контроля. Принимая во внимание конкретные обстоятельства совершения административного правонарушения: фактический вес брутто перемещаемого через таможенную границу товара значительно, более чем на 14,5 % превышает заявленный вес брутто товара, указанный в товаросопроводительных документах, что представляет значительность нарушения охраняемым общественным отношениям, регулируемым таможенным законодательством, существенная стоимость перемещаемого товара, суд не находит оснований для применения по делу положений ст. 2.9 КоАП РФ. При назначении наказания и определении его вида, суд учитывает характер совершенного административного правонарушения, имущественное положение лица, привлекаемого к административной ответственности, наличие обстоятельств, отягчающих административную ответственность. Обстоятельств, смягчающих административную ответственность, в соответствии со ст. 4.2 КоАП РФ, судом не установлено. Обстоятельством, отягчающим административную ответственность, в соответствии со ст. 4.3 КоАП РФ, суд признает повторное совершение однородного правонарушения (л.д. 83). Издержки
нежилое. ДД.ММ.ГГГГ им отказано в выдаче такого уведомления по причине того, что для перевода жилого помещения в нежилое необходимо представить техническое заключение. Они не согласны были с таким требованием, поскольку положения ст. 23 Жилищного кодекса РФ содержат исчерпывающий перечень документов для получения уведомления по переводу жилого помещения в нежилое и такой документ, как техническое заключение, законом не предусмотрен, поэтому данный отказ обжаловали в судебном порядке. Одним из поводов для обжалования этого отказа являлась и существенная стоимость подготовки и оформления такого документа, им было известно, что данный документ по закону не нужен и оплачивать дорогостоящие услуги необходимости не было. Несение таких затрат не основано на законе. Решением Пермского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ им отказано в удовлетворении требований о признании такого отказа. В связи с этим, она обратилась в Общество с ограниченной ответственностью «Проектирование промышленных и гражданских объектов» для подготовки технического заключения с целью обследования здания для определения возможности эксплуатации его в
помещения в размере 816 000 рублей, установлен график внесения Истцом денежных средств. Во исполнение принятых на себя обязательств по оплате за Жилое помещение, ФИО1 переданы ФИО2 денежные средства в общем размере 734 000 рублей. Пунктом 5.2. предварительного договора купли-продажи жилого помещения № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что планируемый ввод в эксплуатацию Жилого дома, в состав которого входит Жилое помещение, должен был состояться не позже второго квартала 2019 года. На дату подачи иска, ни Жилое помещение, существенная стоимость которого ФИО1 оплачена, ни Жилое строение, в состав которого должно входить Жилое помещение, не возведено, не введено в эксплуатацию, Истцу не передано. Обязательства Ответчика по предварительному договору купли-продажи жилого помещения № от 01.12.2018г. не исполнены. С целью урегулирования возникшего спора во внесудебном порядке ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 была вручена досудебная претензия с требованием о возврате полученных денежных средств по предварительному договору купли-продажи жилого помещения № от ДД.ММ.ГГГГ в двойном размере на основании п. 2 ст. 381
эксперт пришел к выводу, что пробег транспортного средства был отмотан на меньший показатель. Следовательно, в приобретенном автомобиле имелись недостатки, не оговоренные продавцом и возникшие до передачи автомобиля покупателю по причинам, возникшим до этого момента. Доказательств того, что истец получил полную, достоверную информацию о данных недостатках автомобиля, ответчик не представил. Стоимость восстановительного ремонта автомобиля превышает его фактическую стоимость, что является существенным нарушением требования к качеству и является основанием для расторжения договора. Стоимость устранения данных недостатков существенная, стоимость расходов на устранение несоразмерна стоимости автомобиля. Восстановление автомобиля требует значительных финансовых затрат. В соответствии с частью 2 статьи 475 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае существенного нарушения требований к качеству товара (обнаружения неустранимых недостатков, недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков) покупатель вправе по своему выбору: отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за
