Свобода воли - гражданское законодательство и судебные прецеденты

238-239 Кодекса, а также разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2019 № 53 «О выполнении судами Российской Федерации функций содействия и контроля в отношении третейского разбирательства, международного коммерческого арбитража», указали на то, что в отсутствие согласованной между сторонами третейской оговорки было нарушено равенство сторон гражданского оборота, поскольку в отсутствие волеизъявления заинтересованного лица заявитель распространил типовые условия на договор, заключенный ранее. Поскольку к основополагающим принципам гражданского оборота относится равенство сторон и свобода воли , что является также составной частью публичного порядка, суды пришли к выводу о наличии оснований для отказа в удовлетворении заявления о выдаче исполнительного листа. При таких обстоятельствах доводы заявителя не могут служить основанием для передачи заявления на рассмотрение в порядке кассационного производства Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья ОПРЕДЕЛИЛ: в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного

действуют при этих организациях – юридических лицах. Закон также не содержит положений, предусматривающих возможность разрешения третейским судом споров исключительно членов объединения, при котором он создан, или лиц, аффилированных юридическому лицу, создавшему третейский суд. Следовательно, связь третейского суда и юридического лица (объединения), при котором он создан, либо учредителей такого юридического лица (объединения) не исключает обращения в такой третейский суд стороны, не являющейся участником такого объединения, учредителем юридического лица при условии соблюдения стандартных гарантий справедливого разбирательства: свободы воли при выборе третейского суда и государственного судебного контроля за беспристрастностью третейского суда в традиционных процедурах оспаривания и принудительного исполнения третейского решения. Соответственно, задача государственного суда состоит в том, чтобы в установленных законом формах проконтролировать, во-первых, насколько свободным был выбор такого аффилированного третейского органа участниками спора, в особенности нейтральной стороной, и, во-вторых, не привела ли аффилированность к небеспристрастности конкретных арбитров, а следовательно – к вынесению несправедливого третейского решения. Как отмечено Конституционным Судом Российской Федерации в

с пунктом 2 статьи 3 Закона постоянно действующие третейские суды образуются торговыми палатами, организаторами торговли, осуществляющими свою деятельность в соответствии с Федеральным законом «Об организованных торгах», общественными объединениями предпринимателей и потребителей, иными организациями – юридическими лицами, созданными в соответствии с законодательством Российской Федерации, и их объединениями (ассоциациями, союзами) и действуют при этих организациях – юридических лицах. Однако связь третейского суда и объединения, при котором он создан, либо учредителей такого объединения не исключает основанного на свободе воли обращения в такой третейский суд стороны, не являющейся участником такого объединения, при условии соблюдения стандартных гарантий справедливого разбирательства: свободы воли при выборе третейского суда и государственного судебного контроля за беспристрастностью третейского суда в традиционных процедурах оспаривания и принудительного исполнения третейского решения. Закон также не содержит положений, предусматривающих возможность разрешения третейским судом споров исключительно членов объединения, при котором он создан, или лиц, аффилированных юридическому лицу, создавшему третейский суд. Следовательно, задача государственного суда состоит в том,

на основе паритета. Следовательно, такой паритет в обеспечении справедливого разбирательства должен достигаться за счет иных правовых средств. Закон не исключает обращение в конкретный третейский суд стороны, не аффилированной с ним, либо не имеющей равных с иными сторонами спора возможностей в определении его структурной организации и формировании конкретного состава третейского суда. Баланс прав сторон спора, разрешаемого в третейском суде, в целях обеспечения права на равный, независимый, беспристрастный суд обеспечивается за счет стандартных гарантий справедливого разбирательства: свободы воли при выборе третейского суда и государственного судебного контроля за беспристрастностью третейского суда в традиционных процедурах оспаривания компетенции третейского суда, оспаривания решения третейского суда и принудительного исполнения решения третейского суда. Соответственно, задача государственного суда состоит в том, чтобы в установленных законом формах проконтролировать, во-первых, насколько свободным был выбор такого аффилированного третейского органа участниками спора, в особенности нейтральной стороной, и, во-вторых, не привела ли аффилированность к небеспристрастности конкретных арбитров, а, следовательно, – к вынесению несправедливого третейского

по делу об отмене решения третейского суда в случае, если установит наличие в третейском соглашении положения о том, что решение третейского суда является окончательным. Судами установлено, что третейское соглашение, включенное в текст договора от 15.06.2012 № 17/319-2012 (пункт 6.1), содержит условие об окончательности решения третейского суда, равно как и оспариваемое решение содержит указание на то, что является окончательным. В кассационной жалобе заявитель ссылается на аффилированность третейского суда. Однако, как было указано судами, о нарушении свободы воли при выборе третейского органа сторона третейского разбирательства может заявить посредством оспаривания в государственном суде третейского соглашения до начала процедуры третейского разбирательства, в третейском суде в начале процедуры третейского разбирательства, при оспаривании решения о компетенции третейского суда в государственном суде. Судами установлено, что стороны настоящего спора таких заявлений не делали. При этом инициатором разбирательства в третейском суде был сам заявитель. Доказательств того, что о факте аффилированности третейского суда с ответчиком сторонам не было известно, представлено

по настоящему делу решением и постановлением общество «А+А Эксист–Инфо» указывает на то, что, вопреки выводу судов о противоречии пунктов 3.3.4 и 3.3.5 лицензионного договора требованиям Закона о защите конкуренции, включение в договор обязательств с отрицательным (негативным) содержанием не является нарушением гражданского или антимонопольного законодательства. Ссылаясь на положения статей 307 и 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), заявитель кассационной жалобы обращает внимание на то, что в договорах между предпринимателями должна допускаться большая свобода воли сторон, нежели в отношениях с потребителем, поскольку отсутствует необходимость защиты интересов экономически более слабой стороны. Таким образом, в силу принципов свободы договора и диспозитивности отношений условием об эксклюзивности, если это не запрещено законом, может быть дополнен любой гражданско-правовой договор. Истец также обращает внимание на неприменимость положений пункта 9 статьи 11 Закона о защите конкуренции к сложившимся правоотношениям, в связи с чем полагает, что условия пунктов 3.3.4 и 3.3.5 лицензионного договора могут быть оспоримыми, а

- крупнейшая правовая компания г. Екатеринбурга, имеет высокие рейтинги и деловую репутацию, судом не могут быть приняты в качестве достаточного довода разумности понесенных судебных расходов. Напротив, для опытного специалиста требуется меньше времени для формирования правовой позиции и составления процессуальных документов. С учетом разъяснений, содержащихся в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1, разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле. Свобода воли договора на оказание юридических услуг не должна ущемлять интересы лица, не участвующего в таком договоре (ответчика), а стороны, при заключении и исполнении договора, действуя своей волей и в своем интересе, но изначально предполагая о последующем возмещении судебных издержек ответчиком, должны учитывать все указанные особенности. Иной подход может свидетельствовать о намерении сторон договора причинить вред другому лицу (ст. ст. 1, 10 Гражданского кодекса РФ). Учитывая, что стороны при заключении договора на оказание юридических услуг свободны

Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1, а также исходя из фактического объема работ, выполненного представителем заявителя на стадии досудебного обжалования налогового спора, на стадиях рассмотрения настоящего дела судами первой и апелляционной инстанций. Соответствующая стоимость услуг за совершение указанных в договорах от 12.12.2016, 28.03.2017, 15.09.2017, 01.11.2017 и актах приема-передачи услуг (работ) по договорам действий, и испрашиваемая заявителем (в сумме 333 334,58 руб.) представляется в данном конкретном случае неразумной (чрезмерной). При этом суд отмечает, что свобода воли договора на оказание юридических услуг не должна ущемлять интересы лица, не участвующего в таком договоре (ответчика/заинтересованного лица), а стороны, при заключении и исполнении договора, действуя своей волей и в своем интересе, но изначально предполагая о последующем возмещении судебных издержек ответчиком, должны учитывать все указанные особенности. Иной подход может свидетельствовать о намерении сторон договора причинить вред другому лицу (статьи 1, 10 Гражданского кодекса РФ). Учитывая, что стороны при заключении договора на оказание юридических услуг свободны

не может быть предметом третейского разбирательства; приведение в исполнение решения третейского суда противоречит публичному порядку Российской Федерации. Под публичным порядком понимаются фундаментальные правовые начала (принципы), которые обладают высшей императивностью, универсальностью, особой общественной и публичной значимостью, составляют основу построения экономической, политической, правовой системы государства (пункт 46 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017). В отсутствие согласованной между сторонами третейской оговорки нарушается равенство сторон гражданского оборота и свобода воли (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), что является составной частью публичного порядка. Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2019 № 53 «О выполнении судами Российской Федерации функций содействия и контроля в отношении третейского разбирательства, международного коммерческого арбитража», суд устанавливает факт наличия (отсутствия) компетенции третейского суда путем проверки соблюдения сторонами спора условий обращения к третейскому разбирательству. Пунктом 3 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с выполнением функций содействия

эта процедура длилась очень долго. А так как при снижении кадастровой стоимости, размер аренды пересчитывается с начала года, в котором было принято решение об изменении кадастровой стоимости, я не платила, потому что я понимала, итоговая сумма будет пересчитана. Поэтому образовалась такая задолженность…» (л.д. 106-107). Выслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему. В силу пункта 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации участники гражданского оборота свободны в осуществлении своих прав. Таким образом, свобода воли субъектов гражданского права предполагается. В силу положений статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требования - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются. В соответствии с пунктом 1 статьи 606 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору

купли-продажи квартиры от ____г. З. приобрела у Л. квартиру № в доме № по .........., .......... Томпонского района РС (Я). Отчуждаемая квартира принадлежит Л. на основании договора приватизации квартиры в собственность от ____г., что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права серии № При обращении в суд, заявитель в исковом заявлении указала, что ей неизвестно местожительство Л., имеет место быть фактическое уклонение продавца от государственной регистрации перехода права собственности. В статье 9 ГК РФ закреплена свобода воли граждан в распоряжении своими правами. Воспользовавшись своим правом, З. обратилась в суд с исковым заявлением к Л. о государственной регистрации перехода права собственности. Действительно отказ государственного регистратора зарегистрировать переход права собственности в связи с отсутствием заявления продавца может быть обжалован в суд по правилам главы 25 ГПК РФ, но не является единственно возможным способом защиты нарушенных прав заявителя. Следовательно, обращение З. в суд с иском к продавцу о государственной регистрации перехода права собственности, судом

защитой права, свободы, интереса, которые ему не принадлежат; 3) если в заявлении, поданном от своего имени, спариваются акты, которые не затрагивают права, свободы и законные интересы заявителя, т.е. касаются прав и законных интересов других лиц. Суд первой инстанции, прекращая производство по делу, указал, что фактически требования ФИО1 связаны с несогласием с судебной оценкой доказательств и решению суда по иному гражданскому делу, направлены на переоценку доказательств и пересмотр судебного решения. Статьей 9 ГК РФ закреплена свобода воли граждан, юридических лиц, иных субъектов гражданских прав в распоряжении своими правами. В силу ст. 12 ГК РФ гражданские права защищаются только теми способами, которые предусмотрены в законе, по самостоятельному выбору лиц, чьи права, законные интересы нарушены и оспариваются. Обращаясь в суд с иском ФИО1 определил способ защиты своего права, при этом вышеуказанных оснований прекращения производства по делу по п.1 ч.1 ст.134 ГПК РФ не усматривается. Таким образом, установить наличие или отсутствие права на защиту