между ФИО1 и ФИО6 При этом суд учитывает, что подача заявления о признании банкротом ООО «Гранд Билдинг» фактически преследует целью развитие конфликта интересов с ФИО6 по следующим причинам. Единственным участником ООО «Гранд Билдинг» является ФИО6, следовательно, под вуалью указанного юридического лица имеется единственный бенефициар – участник общества. Существуют различные теории, объясняющие правовую природу юридического лица. В том числе длительное время развиваются теории правовой фикции (theory of fiction), контроля (theory of control). При этом смысле теории фикции заключается в том, что в действительности юридическое лицо не существует, а представляет собой правовую фикцию для реализации интересов реального физического лица. Юридическое лицо – это средство, которое используется участниками для опосредованного участия в гражданском обороте. Смысл теории контроля заключается в том, что независимо от внешних атрибутов юридического лица последнее действует в интересах своих реальных собственников, имеющих долю в уставном капитале. Смысл различных теорий юридического лица заключается в попытках объяснить правовую природу такого юридического феномена
косвенной. Возможно исключение, если акционер имеет решающие и абсолютные полномочия в управлении компанией, используя правосубъектность компании как корпоративный инструмент («вуаль») для собственного бизнеса (см., в частности, Постановление Европейского Суда по делу «G.J. против Люксембурга» (G.J. v. Luxembourg) от 26 октября 2000 г., жалоба № 21156/93, § 24). Существуют различные теории, объясняющие правовую природу юридического лица. В том числе длительное время развиваются теории правовой фикции (theory of fiction), контроля (theory of control). При этом смысле теории фикции заключается в том, что в действительности юридическое лицо не существует, а представляет собой правовую фикцию для реализации интересов реального физического лица. Юридическое лицо – это средство, которое используется участниками для опосредованного участия в гражданском обороте. Смысл теории контроля заключается в том, что независимо от внешних атрибутов юридического лица последнее действует в интересах своих реальных собственников, имеющих долю в уставном капитале. Смысл различных теорий юридического лица заключается в попытках объяснить правовую природу такого юридического феномена
осуществления предпринимательской деятельности имуществом на праве собственности или ином ограниченном вещном праве. Вместе с тем фактически воля юридического лица реализуется в первую очередь через исполнительно-распорядительный орган, который чаще всего представлен конкретным физическим лицом, в данном случае в лице ФИО2 Именно он в данном случае формировал волю ЗАО «Арх и Строй» на заключение спорных договоров займов. В свою очередь ЗАО «Арх и Строй», являясь 100% учредителем общества «ТМК», фактически контролировало деятельность должника. Данный подход соответствует теории фикции юридического лица. Совокупность указанных обстоятельств свидетельствует о том, что ФИО2 фактически через ЗАО «Арх и Строй», которое является учредителем должника был контролирующим должника лицом. При этом как следует из определения Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 и пункта 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2019) процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности как в редакции Закона о банкротстве от 28.06.2013 № 134-ФЗ, так и в действующей
лиц в деятельности иных юридических лиц в течение определенного периода. Как указывалось выше, лицом, имеющим право действовать от имени ООО «Профиль» являлось ООО «УК «Ледра», директором которой являлся ФИО2 Таким образом, формально в Едином государственном реестре юридических лиц отсутствовали сведения о том, что ФИО2 является лицом, действующим без доверенности от имени ООО «Профиль». Однако, из теории корпоративного права следует, что волю юридического лица в итоге выражают физические лица, в пределах компетенции наделенные полномочиями по управлению его делами путем формирования группового или единоличного волеизъявления. В этом смысле категория «воля юридического лица» не более чем фикция , вводимая для упрощения описания соответствующих отношений. Таким образом, ООО УК «Ледра» в правоотношениях по управлению ООО «Профиль» действовало через свои исполнительные органы, а именно через директора ФИО2, а соответственно воля ООО УК «Ледра» в данных правоотношениях является ни чем иным, как реализацией воли конкретного физического лица - ФИО2 Следовательно, ФИО2, посредством ООО УК «Ледра»
2.6. Судом установлено, что оспариваемое распоряжение является незаконным и необоснованным, а также нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской деятельности по следующим основаниям: 2.6.1. Административный орган неправомерно применил аналогию закона в отсутствие прямого разрешения законодателя и с учетом того, что по аналогии применена норма, устанавливающая меру безопасности в виде досрочного прекращения действия лицензии и ограничивающая права и законные интересы субъектов предпринимательской деятельности. В общей теории права аналогия закона рассматривается как стандартный юридический инструмент восполнения пробелов в праве, являющийся разновидностью созидательной юридической фикции , путем распространения для данного конкретного случая действия гипотезы правовой нормы на сходные по своей природе отношения, которые, однако, напрямую конкретной нормой права не урегулированы. В доктрине и судебной практике выработаны ряд условий применения аналогии закона: - наличие пробела в праве, то есть ситуации, при которой определенные отношения, очевидно подлежащие правовому регулированию, прямо нормами права не урегулированы; - наличие правовой нормы, которая регулировала бы сходные отношения;
приобретателя или указанного им лица (пункт 1). Если же к моменту заключения договора об отчуждении вещи она уже находится во владении приобретателя, вещь признается переданной ему с этого момента (пункт 2). Установленная законом конструкция передачи имущества предусматривает возможность существующей в теории гражданского права «передачи короткой рукой». Применительно к договору займа указанная форма передачи предполагает, что если к моменту исполнения обязательства по передачи суммы займа либо ее возврата данная вещь уже находится во владении приобретателя, то она считается переданной ему с момента достижения сторонами соглашения о ее правовой судьбе или момента, определенного законом в такой ситуации. Фактически в этом случае нет акта передачи в строгом смысле слова, законодатель прибегает к фикции «признается переданной» (пункт 2 статьи 224 Гражданского кодекса Российской Федерации). Конструкция передачи вещи или имущественного права «короткой рукой» воспринята, в том числе конструкциями зачета (статья 410 Гражданского кодекса Российской Федерации), новации (статья 414 Гражданского кодекса Российской Федерации) и др. Определение
