22.10.2020 по делу № А40-282391/2019, УСТАНОВИЛ: федеральное государственное унитарное сельскохозяйственное предприятие «Западное» Министерства обороны Российской Федерации (далее - предприятие) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к Министерству обороны Российской Федерации (далее - министерство) о признании незаконным приказа от 09.08.2019 N 1637 "О прекращении права постоянного (бессрочного) пользования федерального государственного унитарного сельскохозяйственного предприятия "Западное" Министерства обороны Российской Федерации земельными участками" (далее - Приказ N 1637) и о возложении обязанности вернуть земельные участки в титульное владение на праве постоянного бессрочного пользования. Решением Арбитражного суда города Москвы от 19.02.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.06.2020 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 22.10.2020 в удовлетворении требований отказано. В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, заявитель просит отменить состоявшиеся по делу судебные акты, ссылаясь на существенное нарушение норм материального и процессуального права. В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что Федеральный закон от 24.07.2002 №101-ФЗ «Об обороте
что Строгонова Е.Н. не имеет каких-либо имущественных прав на земельный участок, не является его владельцем или титульным собственником, а избранный ею способ защиты не может повлечь восстановление нарушенного права. Между тем при проведении административного обследования установлено, что граница земельного участка, зарегистрированного на праве собственности за ФИО2 и учтенного в ЕГРП, пересекает карниз крыши, а также стену жилого дома, принадлежащего ФИО1 и ФИО3, общая площадь наложения составляет 1,3 кв.м. По иску ФИО1 и ФИО3 признано недействительным постановление администрации г. Алушты от 14 июля 2015 г. о предоставлении ФИО2 земельного участка с кадастровым номером <...>, однако право собственности на указанный земельный участок осталось зарегистрированным. При этом судом апелляционной инстанции не ставился на обсуждение и не выяснялся вопрос о том, кому принадлежит земельный участок, находящийся под домовладением, собственниками которого являются ФИО1 и ФИО3, какие права (владения , пользования) на этот участок имеют ФИО1 и ФИО3 как собственники расположенного на нем объекта недвижимости,
открыто как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула). Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности. Для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 Гражданского кодекса Российской Федерации, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником. Осведомленность давностного владельца о наличии титульного собственника сама по себе не означает недобросовестности давностного владения. Таким образом, закон допускает признание права собственности в силу приобретательной давности не только на бесхозяйное имущество, но также и на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу. Ввиду изложенного выводы суда апелляционной инстанции о том, что
купли-продажи земельного участка не была оформлена в соответствии с действующим законодательством и соответственно право собственности Вайнштейна Ф.М. не было прекращено. Между тем, суды не учли разъяснений, содержащихся в пункте 16 постановления № 10/22 от 29 апреля 2010 г., о том, что право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено и на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, из чего следует, что сама по себе осведомленность давностного владельца о наличии титульного собственника не означает недобросовестности давностного владения . Соответственно то, что сделка купли-продажи земельного участка не была зарегистрирована в установленном законом порядке и право собственности на спорный объект недвижимости осталось за ФИО2, не может служить основанием для отказа в удовлетворения иска о признании права собственности в силу приобретательной давности. Другие обстоятельства, из которых можно было бы сделать вывод о недобросовестности ФИО1 по отношению к владению спорным имуществом, а также иные обстоятельства, имеющие значение при решении вопроса о наличии
обязанность по заключению договора на оказание услуг по обращению с ТКО и, соответственно, обязанность по оплате данной услуги, не только с наличием титула собственности на здание, строение, сооружение и пр.,но с наличием любого законного титула владения, включая обязательственно-правовой. Судом первой инстанции удовлетворено ходатайство истца об истребовании доказательств и на основании оценки полученных от ОАО «Махачкалаводоканал» и ПАО «Россети Северный Кавказ» в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации документов установлено, что лицом, осуществляющим титульное владение частью объектов (банкетными залами «Анжи» и «Орфей», автомойкой и кафе) является общество, заключившее договоры на водоснабжение и энергоснабжение, оплачивающее потребленные ресурсы и представившее при заключении договора энергоснабжения в числе прочих документы о пользовании помещениями с 2018 по 2020 год на основании договора ссуды (т. 2, л. д. 99 – 100). Данные доказательства ответчиком не опровергнуты. Довод общества о том, что стороны не заключали договор на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами, также
принадлежащими должнику, на право аренды этих земельных участков. Коллегией из информации, размещенной в свободном доступе в «Картотеке арбитражных дел» (https://kad.arbitr.ru) по делу №А40-282391/2019 усматривается, что ФГУСП «Западное» МО РФ обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к Минобороны России о признании незаконным приказа от 09.08.2019 № 1637 «О прекращении права постоянного (бессрочного) пользования федерального государственного унитарного сельскохозяйственного предприятия «Западное» Министерства обороны Российской Федерации земельными участками» и о возложении обязанности вернуть земельные участки в титульное владение на праве постоянного бессрочного пользования. Решением Арбитражного суда города Москвы от 19.02.2020 по делу №А40-282391/2019 в удовлетворении заявленных требований отказано. Указанное решение оставлено без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.06.2020 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 22.10.2020 по делу №А40-282391/2019. Кроме того, определением Верховного Суда Российской Федерации от 29.011.2021 № 305-ЭС20-22043 ФГУСП «Западное» МО РФ отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного
газо- и водоснабжения населения, водоотведения, снабжения населения топливом в пределах полномочий, установленных законодательством Российской Федерации. Доводы товарищества о том, что спорные земельные участки не относятся к землям общего пользования, поскольку принадлежат СНТСН на праве собственности, подлежат А02-1894/2021 отклонению судом округа, поскольку отнесение земельных участков к той или иной территориальной зоне в силу деления соответствующей территории по градостроительному регламенту (пункт 12 статьи 1 ГрК РФ, часть 12 статьи 85 ЗК РФ) никоим образом не исключает титульное владение такими участками и их принадлежность определенному собственнику (с учетом регистрации права собственности в государственном реестре). Учитывая изложенное, правильно установив, что право заявителя на обращение с ходатайством об установлении публичного сервитута на испрашиваемые земельные участки соответствует требованиям статей 39.40 и 39.41 ЗК РФ, суды обоснованно не установили оснований для признания незаконным оспариваемого товариществом распоряжения об установлении публичного сервитута. Кроме этого, суды обоснованно учли сведения о многочисленных гражданско-правовых спорах между членами товарищества - третьими лицами по
суда первой инстанции о том, что следователями были соблюдены требования закона при изъятии принадлежащего ему автомобиля, так как уголовное дело по факту хищения указанной машины на момент выемки не возбуждалось; спор о праве на автомобиль носит исключительно гражданско-правовой характер; на его неоднократные просьбы передать ему автомобиль на ответственное хранение, он получал отказы, хотя другим гражданам автомобили на ответственное хранение выдавались; судом не рассмотрены его доводы о том, что он является добросовестным приобретателем автомобиля, его титульное владение до настоящего времени не признано незаконным; хранение автомобиля под открытым небом в течение полутора лет нельзя назвать ответственным, как и нельзя назвать бережным; длительное неиспользование и отсутствие технического обслуживания автомобиля привело к тому, что машина нуждается в ремонте; он несет расходы, связанные с нахождением у него в собственности указанного имущества; нарушены его права, как собственника, по владению и пользованию приобретенным имуществом; нарушены его конституционные права. В апелляционной жалобе представитель заявителя ФИО1 по доверенности ФИО19
основываясь на следующих обстоятельствах: Супруг истицы, является военнослужащим, имеющим право на получение единовременной денежной выплаты на приобретение (строительство) жилья при условии определенной выслуги лет и отсутствия у военнослужащего и членов его семьи жилых помещений на праве собственности. На работе мужу также пояснили, что для получения жилищной субсидии у военнослужащего и членов его семьи не должно быть зарегистрированных прав собственности на объекты недвижимого имущества. Желая получить жилищную субсидию по месту работы мужа, было решено перевести титульное владение квартирой на кого-либо из близких родственников супругов. Мать Истца – ФИО3 предложила заключить сделку дарения между истцом и ответчиком, который является родным, младшим братом истца. Предполагалось, что в результате сделки к ответчику перейдет только титульное владение над спорной квартирой. При выборе кандидатуры формального владельца квартиры истица и ее мать исходили из того, что ответчик – это брат, который для истца самый надежный вариант. Он никогда не обманет сестру и при необходимости всегда перепишет квартиру
дом № по <адрес> оформили: жена ФИО2 и дети: ФИО1, ФИО8, ФИО4, ФИО8, что подтверждается копией свидетельства от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенного государственным нотариусом Ногинской нотариальной конторы Колпаковой и зарегистрированным в Ногинском Горкомхозе ДД.ММ.ГГГГ С ДД.ММ.ГГГГ собственниками дома № по <адрес> стали ФИО2, ФИО1, ФИО8, ФИО4, ФИО8 в равных долях по <данные изъяты> доле каждый. К указанным лицам перешло и право пользования земельным участком при данном доме в той же площади, что имел ФИО7 Документа, подтверждающего титульное владение наследниками земельным участком, нет, в связи с чем, возникла необходимость установления факта владения ими на праве постоянного бессрочного пользования указанным земельным участком. ДД.ММ.ГГГГ на фронте погиб ФИО1, которому на праве собственности принадлежала <данные изъяты> доля спорного жилого дома. Наследником ФИО1 первой очереди являлась его мать ФИО2, которая надлежащим образом приняла наследство после смерти своего сына, поскольку проживала в доме № по <адрес> как по основному и единственному своему месту жительства, что подтверждается записями домовой
