вынесения оспариваемого решения и является недопустимым доказательством, не могут быть приняты во внимание, поскольку указанный документ не был положен судами в обоснование вывода об отсутствии реальности спорных хозяйственных операций, который основан в частности на таких доказательствах, как свидетельские показания директоров субподрядчиков, работников общества, пояснения заказчиков объектов строительства. Доводы общества о проявлении им должной осмотрительности при выборе спорных субподрядчиков, а также о неправомерности возложения на общество негативных последствий за действия субподрядчиков (неисполнение налоговых обязательств, транзитное движение денежных средств по счетам в цепочке субподрядчиков и их контрагентов 2-го и 3-го звена с целью их обналичивания, подписание документов от имени субподрядчиков неустановленными лицами и т.п.), также не могут быть приняты во внимание, учитывая установленные судами обстоятельства дела, свидетельствующие о создании обществом формального документооборота. При этом ссылки общества на пункт 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017) являются несостоятельными, поскольку судебные акты по делу № А40-71125/2015 касаются иных фактических обстоятельств,
32 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами. Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций оценили представленные по делу доказательства и, руководствуясь статьей 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», исходили из отсутствия достаточных доказательств, подтверждающих обоснованность задолженности. В частности, суды установили транзитное движение денежных средств в отсутствие реальных хозяйственных отношений между должником и предприятием с целью формирования искусственной задолженности перед аффилированным кредитором. Изложенные в жалобе доводы были предметом рассмотрения судов, не свидетельствуют о неправильном применении ими норм права, сводятся к установлению иных обстоятельств по обособленному спору, что не входит в полномочия суда при кассационном производстве. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья определил: в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по
и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Между тем таких оснований по результатам изучения судебных актов и доводов кассационной жалобы не установлено. Разрешая спор, суды в данном конкретном случае руководствовались положениями статей 166, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 16, 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и исходили из недоказанности наличия оснований для включения требований в реестр, приняв во внимание транзитное движение денежных средств по счетам должника. Доводы заявителя кассационной жалобы выводы судов не опровергают и не свидетельствуют о наличии оснований для передачи жалобы на рассмотрение в судебном заседании. На основании изложенного и руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил: отказать в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Судья Верховного Суда И.А. Букина Российской Федерации
по которым перешли к ней в соответствии с договорами уступки. Отказывая в удовлетворении заявления, суд апелляционной инстанции, с выводами которого согласился суд округа, руководствовался статьей 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», учел разъяснения, содержащиеся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», и исходил из отсутствия достаточных доказательств, подтверждающих обоснованность задолженности. Суды установили транзитное движение денежных средств в отсутствие реальных хозяйственных отношений (мнимость) с целью формирования искусственной задолженности перед аффилированным кредитором. Изложенные в жалобе доводы, которые сводятся к установлению иных обстоятельств по спору, не подтверждают существенных нарушений судами норм права, рассматривались ими и получили соответствующую оценку. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил: в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказать. Судья Д.В.Капкаев
главный инженер ФИО15 пояснили, что контрагент им не знаком, товар приобретали у ОАО «ТД «Воткинский завод». По контрагенту обществу «Сибснаб» налоговый орган указывает, что организация обладает всеми признаками «номинальной» организации - массовое место регистрации, имущество отсутствует, 1 работник, справка по форме № 2-НДФЛ представлена на 1 человека, доля расходов приближена к сумме доходов; сумма вычетов приближена к сумме налога, исчисленного с налоговой базы, отсутствуют расходы на обычную хозяйственную деятельность по расчетному счету, установлено транзитное движение денежных средств , документы подписаны не директором, а иным лицом, директор и учредитель ФИО16 не смог пояснить конкретные данные о деятельности общества; пояснил, что доверенности не выдавал; в регистрационном деле имеются доверенности на ФИО17, которая отрицает знакомство с ФИО16 и представление интересов в инспекции. По контрагенту обществу «Вектор» инспекция пояснила, что данная организация реальную хозяйственную деятельность не вела (реорганизована в форме присоединения, отсутствуют работники, доля расходов приближена к сумме доходов; представители общества на допрос либо
суд Кемеровской области с заявлением о признании недействительными кредитных договоров от 17.11.2014 № К3065-2014, от 19.05.2015 № К1323-2015, от 30.06.2015 № К1929-2015, заключенных между должником как заемщиком и открытым акционерным обществом «Банк Российский кредит» (далее по тексту – Банк), о применении последствий недействительности сделок в виде аннулирования задолженности общества «НПО «Гидроуголь» перед Банком по кредитным договорам. Заявление кредитора обоснованно тем, что кредитные договоры заключены между компаниями, входящими в одну группу лиц; имело место транзитное движение денежных средств , полученных по кредитным договорам; в результате сделок должник приобрел неликвидные активы, а Банк вернул себе денежные средства в полном объеме и обеспечил большинство голосов в процедуре банкротства должника. Правовым основанием недействительности оспариваемых договоров ФИО2 указала пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту – Закон о банкротстве) Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 22.08.2017, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2017,
15/04 стоимостью 1 000 000 руб.; общая стоимость предъявленных обществом «СК Строй-Гарант» составляет 63 095 837,77 руб. Считает, что судами не исследован довод о том, что согласно заключению экспертов от 17.10.2021 № 3/44э-21/1 стоимость выполненных работ обществом «СК Строй-Гарант» рассчитана без учета стоимости израсходованных материалов и оборудования (с 01.01.2017 по 31.08.2020 приобретено материалов на сумму 7 310 371,57 руб.); не принято во внимание, что обществом «СК Строй-Гарант» велась самостоятельная хозяйственная деятельность и отсутствовало транзитное движение денежных средств по расчетному счету (официально трудоустроено в 2017 году – 25 человек, в 2018 году – 20 человек, в 2019 году – 17 человек), снятые наличные денежные средства расходовались на выплату заработной платы работникам (всего за период с января 2015 года по август 2020 года было выплачено заработной платы наличными денежными средствами 13 788 087,16 руб.). Отмечает, что в материалы дела представлены документы, подтверждающие реальность хозяйственной деятельности и перечисления денежных средств в группе компаний
суды пришли к выводу о доказанности материалами дела, что поступившие от кредитора заемные денежные средства в течение одного дня были перераспределены в пользу аффилированных лиц в отсутствие доказательств реальности правоотношений должника с ними, то есть произошел оборот активов в рамках единой группы компаний, тогда как доказательства обратного, опровергающие данные обстоятельств, и, свидетельствующие об ином, не представлены. При этом судом первой инстанции по результатам исследования и оценки доказательств также принято во внимание, что такое транзитное движение денежных средств между должником и участниками группы компаний «Бест» являлось характерно применимой на продолжении длительного времени практикой перераспределения денежных средств в группе компаний и ранее уже признавалось недобросовестным постановлением апелляционного суда от 22.07.2016 по делу №А60-5893/2015. Установив, что на момент выдачи займа должник имел признаки неплатежеспособности и его финансовый кризис усугублялся, в том числе в результате получения заемного финансирования, используемого в качестве транзита, заем выдан на существенно невыгодных условиях по сравнению с рынком (процентная ставка
направленность и согласованность действий учредителя организации и директора организации и взаимосвязь ООО «СУ-7» и ООО «АИСС» на получение необоснованной налоговой выгоды с целью ухода от уплаты налога на прибыль и налога на добавленную стоимость путем включения в цепочку по пополнению оборотных средств организации договоров займа. Создание схемы ухода от общего режима налогообложения выразилось в выводе из- под налогообложения доходов через договора займа. Как указано в Постановлении ВАС РФ от 25.05.2010 № 677/10 - транзитное движение денежных средств , оформленное договорами займа, может представлять сделку, совершенную лишь для вида, либо для прикрытия другой сделки без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, с целью введения в заблуждение окружающих относительно характера возникших между сторонами правоотношений. Таким образом, оформленное договорами займа транзитное перечисление денежных средств в случае, если оно не связано с реальным несением кредитором расходов, может свидетельствовать о формальном характере перечислений. Фиктивность сделки заключается в том, что у сторон нет цели достижения заявленных
по договору займа от 26 марта 2018 года и не возражает против удовлетворения исковых требований. Представитель привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица межрегионального управления Федеральной службы по финансовому мониторингу по Приволжскому Федеральному округу (далее - МРУ Росфинмониторинга по ПФО) в судебное заседание также не явился, из представленной указанным государственным органом информации следует, что по сведениям кредитных организаций операции ООО «Регионкапстрой» квалифицировались в период с 2016-2020 г. как сомнительные, направленные на транзитное движение денежных средств . Согласно информационным ресурсам, имеющимся в распоряжении МРУ Росфинмониторинга по ПФО Ежкин А.В. в период предоставления денежных средств по договору займа не являлся руководителем/учредителем юридического лица, не осуществлял деятельность индивидуального предпринимателя, сведениями об источнике происхождения денежных средств у истца в столь крупном размере управление не располагает. На основании положений ст. 167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующим в деле. Представитель третьего лица - Управления Федеральной налоговой службы
не имеется. Представитель третьего лица по делу МРУ Росфинмониторинга по ПФО в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела третье лицо извещено надлежащим образом, представитель сообщил о возможности рассмотрения дела в свое отсутствие, в материалы дела представлен письменный отзыв, в котором представителем третьего лица в числе прочего указано, что по информации, поступающей в адрес МРУ Росфинмониторинга по ПФО от кредитных организаций, операции с участием ФИО2 квалифицируются как сомнительные, направленные на транзитное движение денежных средств . В отношении ФИО2 кредитными организациями в (дата) неоднократно применялись меры противолегализационного характера, предусмотренные п. 5.2 и п. 11 ст. 7 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», в части отказов в открытии счета и проведении операций. Представитель третьего лица по делу МИФНС России № 22 по Нижегородской области в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела третье лицо извещено
взыскания на заложенное имущество по договору ипотеки (дело А40-<данные изъяты>/2020). Решением арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу А41-<данные изъяты>/2020 отказано в признании ДНП «Перелески» несостоятельным (банкротом) и включении в третью очередь реестра требований кредиторов требований банка в размере 615 145 205 рублей 48 копеек. Суды апелляционной и кассационной инстанций, а также Верховный суд РФ оставили указанное решение без изменения, жалобы – без удовлетворения. Судом установлено, что был выдан не кредит, а осуществлялось транзитное движение денежных средств в пользу аффилированных лиц банка под видом выдачи кредита, поэтому задолженность должника перед кредитором не подтверждена надлежащими доказательствами, а сам кредит является элементом фиктивного документооборота, т.е. мнимой сделкой. АО «Инвестторгбанк» под видом выдачи кредита перечислил на счет ДНП «Перелески» средства, которые последним не расходовались в собственных хозяйственных целях, а были перенаправлены на счета других лиц, входящих в ту же группу, что и должник с банком. Фактически расчетный счет ДНП «Перелески» был использован в
