сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Между тем таких оснований по результатам изучения судебных актов и доводов кассационной жалобы не установлено. Разрешая спор и отменяя определение от 27.12.2018, суд апелляционной инстанции руководствовался положениями статей 16, 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходил из недоказанности наличия и размера задолженности должника перед заявителем, при этом суд указал на мнимый характер заемных отношений, на транзитное перечисление денежных средств между сторонами сделок, а потому отказал в удовлетворении заявления, с чем впоследствии согласился суд округа. Доводы заявителя кассационной жалобы получили правовую оценку со стороны судов апелляционной инстанции и округа, их выводы не опровергают и не свидетельствуют о наличии оснований для передачи жалобы на рассмотрение в судебном заседании. На основании изложенного и руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил: отказать в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии
актов и доводов кассационной жалобы не установлено. Разрешая спор и отменяя определение от 08.02.2019, суд апелляционной инстанции, повторно оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и руководствуясь положениями статей 16, 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из недоказанности наличия и размера задолженности должника перед заявителем, при этом суд указал на мнимый характер заемных отношений, на транзитное перечисление денежных средств между сторонами сделок, а потому отказал в удовлетворении заявления, с чем впоследствии согласился суд округа. Доводы заявителя кассационной жалобы получили правовую оценку со стороны судов апелляционной инстанции и округа, их выводы не опровергают и не свидетельствуют о наличии оснований для передачи жалобы на рассмотрение в судебном заседании. На основании изложенного и руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил: отказать в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии
Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в Постановлении от 16.11.2021 № 49-П, и учел право лиц, в отношении которых инициирован спор о привлечении к субсидиарной ответственности на опровержение судебных актов, которыми задолженность перед кредитором включена в реестр. Проверяя данные жалобы по существу, суд апелляционной инстанции сослался на положения статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходил из того, что обязательства, на обеспечение исполнения которых были направлены сделка должника с банком, являлись фиктивными, опосредовали транзитное перечисление денежных средств между аффилированными лицами, в связи с чем для должника отсутствовала как разумная деловая цель, так и экономическая целесообразность в установлении обеспечительных обязательств. При таких условиях суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для включения требований банка в реестр, с чем впоследствии согласился суд округа. По результатам изучения материалов дела оснований для того, чтобы сделать обратные выводы о неправильном применении судами норм материального или процессуального права, не имеется. Позиция судов основана на нормах действующего законодательства
удовлетворено заявление фирмы о признании обоснованным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов должника требования в размере 50 000 000 руб. Удовлетворяя настоящее заявление, суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, руководствуясь статьей 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», исходили из перехода в пользу фирмы прав требования к должнику по кредитному договору и указали на отсутствие оснований для квалификации требования в качестве корпоративного. Обстоятельств, подтверждающих транзитное перечисление денежных средств внутри группы компаний, попытку скрыть результаты негативного воздействия на деятельность должника, а также злоупотребление правом ФИО1 судами не установлено. Изложенные в жалобе доводы, которые сводятся к установлению иных обстоятельств по спору, не подтверждают существенных нарушений судами норм права, рассматривались ими и получили соответствующую оценку. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил: в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказать.
изложенной в пункте 10.1 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020, суд апелляционной инстанции, с выводами которого согласился суд округа, отменил решение суда первой инстанции и отказал в удовлетворении требований, квалифицировав зачисление денежных средств на счет ПАО «Пятовское карьероуправление» в качестве мнимой сделки, влекущей ее ничтожность. Судом апелляционной инстанции установлено, что расчетный счет ПАО «Пятовское карьероуправление» использовался для транзитного перечисления денежных средств и последующего перечисления их «фирмам-однодневкам» под контролем аффилированных лиц, что повлекло создание искусственной задолженности. Денежные средства проходили через счета ООО «Гранит» и должника транзитом, создавая лишь видимость хозяйственных операций. ООО «Гранит» и ПАО «Пятовское карьероуправление» входили в одну группу, объединенными общими экономическими интересами, и были подконтрольны руководству АО «ВПБ». Указанными выше вступившими в силу судебными актами установлено, что руководство АО «ВПБ» контролировало ПАО «Пятовское карьероуправление» и участвовало в выводе его активов. В результате
и в части требования о включении в реестр задолженности по предварительным платежам. Как следует из разъяснений, содержащихся в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.05.2010 № 677/10 транзитное движение денежных средств, оформленное договорами займа, может представлять собой сделку, совершенную лишь для вида, либо для прикрытия другой сделки без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, с целью введения в заблуждение окружающих относительно характера возникших между сторонами правоотношений. Таким образом, оформленное договорами займа транзитное перечисление денежных средств в случае, если оно не связано с реальным несением кредитором расходов (например, при получении кредитором переданных в заем денежных средств по договорам займа при отсутствии доказательств исполнения обязанности по возврату займа), может свидетельствовать о формальном характере перечислений, имеющих своей исключительной целью установление доминирующего контроля над процедурой несостоятельности (банкротства). Транзитное перечисление денежных средств дает основания для признания сделок ничтожными и препятствует включению заявленной на их основании задолженности в реестр требований кредиторов должника. Как следует
имущества денежных средств на погашение внутригрупповых займов имеют существенное значение суд первой инстанции правомерно пришел к противоположному выводу о наличии вреда при заключении договора купли-продажи от 17.12.2018. При таких обстоятельствах у суда апелляционной инстанции отсутствовали основания для отмены законного и обоснованного определения суда от 03.03.2023 в части признания оспариваемого договора купли-продажи от 17.12.2018 недействительной сделкой. Применяя последствия недействительности сделки, суд первой инстанции, обязав ФИО2 возвратить в конкурсную массу должника земельный участок, сославшись на транзитное перечисление денежных средств , не восстановил права требования к должнику в размере покупной цены. Из разъяснений, содержащихся в Постановлении Президиума ВАС РФ от 25.05.2010 № 677/10, следует, что транзитное движение денежных средств представляет собой сделку, совершенную лишь для вида либо для прикрытия другой сделки без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, с целью введения в заблуждение окружающих относительно характера возникших между сторонами правоотношений. Таким образом, транзитное перечисление денежных средств в случае, если оно не связано с
порядке, определенных договором. На основании п. 1 ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. В силу реального характера заемного обязательства необходимым условием для вывода о заключении договора займа является предоставление доказательств передачи денежных средств либо вещей, определенных родовыми признаками (ст. 807 ГК РФ). Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции указал на то, что в рассматриваемом случае имело место транзитное перечисление денежных средств к истцу и от истца, в результате которого истец ничего не приобрел и ничего не потерял. Характер правоотношений сторон свидетельствует о создании видимости заемных отношений, в которых истец в одном случае выступает как заемщик, а в других - как займодавец. Обязательства займодавца перед ответчиком исполнены истцом за счет денежных средств, полученных от третьих лиц - ООО «Профтехстрой», ООО «Техстрой» и ЖСК «На Постовского». Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на
получение обществом «Илми», денежных средств в размере 12 750 000 руб. от ЖСК «На Постовского» уже после публикации о его добровольной ликвидации. При этом, дополнительный заем предоставлялся должнику в период с 06.04.2015 по 12.01.2016 при наличии неисполненных обязательств перед займодавцем на сумму более 300 000 руб., что может свидетельствовать об отсутствии намерения предъявить соответствующее требование и получить денежные средства. Исходя из обстоятельств дела, суд апелляционной инстанции считает, что в рассматриваемом случае имело место транзитное перечисление денежных средств от должника к обществу «СтройСервис», с целью последующего использования денежных средств для расчетов, прекращения обязательств путем зачета, формирования финансовых потоков внутри группы предприятий. Транзитное перечисление денежных средств не создает для должника правовых последствий. Как следует из разъяснений, содержащихся в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.05.2010 №677/10 транзитное движение денежных средств, оформленное договорами займа, может представлять собой сделку, совершенную лишь для вида, либо для прикрытия другой сделки без намерения создать соответствующие
также отсутствие четкого намерения приобретать недвижимое имущество по завышенной цене, доводы уполномоченного органа о мнимости правоотношений сторон, исходя из того, что имелись признаки транзитного перечисления денежных средств между аффилированными лицами через ООО «Эксим Трейд», нельзя считать опровергнутыми заявителем. Суд апелляционной инстанции также учитывает, что цепочка сделок по уступке права (требования) была совершена в 2020 году, в частности сам договор уступки прав (цессии) между кредитором и должником был заключен 08.07.2020, в том время как транзитное перечисление денежных средств произошло в 2018 году, когда были заключены предварительные договоры купли-продажи от 29.06.2018 и договоры о новации обязательств от 28.09.2018. Следовательно, реальная воля ООО «Инвест Техно» и ООО «Эксим Трейд» изначально при заключении предварительного договора купли-продажи не была направлена на достижение правовых последствий в виде получения объекта недвижимости в собственность и получение денежных средств. При рассмотрении настоящего обособленного спора реальный экономический смысл данной цепочки сделок заявителем не раскрыт. Не даны разумные пояснения о том,
одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Гражданское законодательство основывается на презумпции разумности действий участников гражданских правоотношений (ст. 10 Гражданского кодекса). Данная презумпция является опровержимой. В частности, транзитное движение денежных средств, оформленное договорами займа, может представлять собой сделку, совершенную лишь для вида, либо для прикрытия другой сделки без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, с целью введения в заблуждение окружающих относительно характера возникших между сторонами правоотношений. 10 Оформленное договорами займа транзитное перечисление денежных средств в случае, если оно не связано с реальным несением кредитором расходов (например, при получении кредитором переданных в заем денежных средств по договорам займа при отсутствии доказательств исполнения обязанности по возврату займа), может свидетельствовать о формальном характере перечислений, имеющих своей исключительной целью установление доминирующего контроля над процедурой банкротства должника. Оценив в совокупности имеющиеся в деле доказательства, судебная коллегия полагает, что движение денежных средств по цепочке взаимозависимых лиц, с учетом участия в уставных капиталах обществ
ООО «Максимус», ООО МатериалСтройГрад», ООО «Межрегионсервис», ООО «Микс», ООО «МонолитТрест», ООО «Новус», ООО «Рубин», ООО «Ураган», ООО «Фрегат», ООО «Эгида», ООО «Элегант», ООО «Эльбрус», ООО «Эмеральда», ООО «АвтоСфера» в общей сумме 2 670 304 136, 42 руб., общая сумма перечислений со счетов указанных юридических лиц на счета индивидуальных предпринимателей и физических лиц составила <данные изъяты> руб., сумма извлеченного дохода в виде комиссионного вознаграждения от поступивших денежных средств в размере не менее 4%, за транзитное перечисление денежных средств по фиктивным сделкам не менее 1% составила не менее 101 509 140, 20 руб. и не менее 1 191 719,83 руб. соответственно. Общая сумма незаконно извлеченного дохода от незаконной банковской деятельности составила 102 700 860,15 руб. К участию в деле в качестве третьего лица привлечен ФИО8 Решением Кировского районного суда г. Ярославля от 24 января 2020 года исковые требования удовлетворены, с ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО9 взысканы солидарно в доход
налоговый вычет и получать его. По указанию ФИО1 Г. перечисляла денежные средства в крестьянско-фермерские хозяйства уже без учета сумм налога на добавленную стоимость. Сама она никогда закупкой зерна не занималась. В договора и иные документы (счета фактуры), подписанные ФИО1, вносила данные общества с ограниченной ответственностью «СМ» и возвращала последнему. По указанию ФИО1 бухгалтерами составлялись налоговые декларации, путем внесения в них заведомо ложных сведений и передавались в налоговый орган. Таким же образом ФИО1 осуществлял транзитное перечисление денежных средств в общества с ограниченной ответственностью «ОМ», «О», «Э», «ОН», В»; показаниями свидетеля Я. о том, что действия ФИО1 заключавшего договора с обществом с ограниченной ответственностью «О» и другими обществами, выставление налоговой декларации по сделкам, изначально были направлены на уклонение от уплаты налогов; показаниями свидетеля Ш., о том, что ей предоставлялись ФИО1 уже готовые документы необходимые для бухгалтерской отчетности, верность сведений которых и фактическое их исполнение ею не проверялось. Учредительные документы, подтверждающие вид деятельности
