договор) на передачу прав на программы будет заключен после подписания контракта. Данный договор не является частью аукционной документации; график выполнения работ должен строго соответствовать условиям пункта 4.1 контракта. Истец 20.02.2015 уведомил ответчика о ненадлежащем исполнении последним обязанностей заказчика по вышеуказанному государственному контракту, которое, по мнению исполнителя, выражается в неподписании ( уклонении от заключения) заказчиком возмездного лицензионного договора. Кроме этого, письмом от 27.02.2015 № 791 заказчик ответил исполнителю, что лицензионный (сублицензионный) договор на передачу прав на программы не являлся обязательной частью аукционной документации, не подпадает под нормы Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ , услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – закон от 05.04.2013 № 44-ФЗ), и предложил истцу (исполнителю) заключить сублицензионное соглашение на передачу неисключительных прав на программные продукты на безвозмездной основе (том 1, л.д. 56-65). Не согласившись с предложенным заказчиком проектом сублицензионного соглашения к контракту, и полагая, что в
направленные на уклонение от уплаты обязательных платежей. Как установлено материалами дела, сам налогоплательщик не участвовал в создании, не имел и не мог иметь отношения к переводу работников из ЗАО «Управление механизации и автотранспорта» в мехколонны № 1, № 2, № 3, а в дальнейшем – с 01.07.2004г. из мехколонн № 1, № 2 в мехколонны № 9, № 10. При этом суд отмечает, что правоспособность юридического лица в силу общепринятых норм гражданского законодательства возникает с момента его государственной регистрации, до этого момента юридическое лицо как субъект не может состоять с кем-либо в каких-либо отношениях, в том числе и трудовых. На момент своего создания ООО «Управление механизации» не имело в своем штате работников, необходимых для обеспечения производственных процессов и обладающих соответствующими профессиональными навыками, в то время, как таковые имелись также во вновь созданных организациях - мехколоннах. То обстоятельство, что работники, находящиеся в трудовых отношениях с мехколоннами, имели опыт работы в строительной
тогда как ЗАО «Корпорация «ГРИНН» уплачивало налоги по общей системе налогообложения. Поскольку, по мнению налогового органа, сделки между предпринимателем ФИО1 и ЗАО «Корпорация «ГРИНН» ничтожны и носили лишь мнимый характер с целью уклонения последнего от уплаты налогов, налоговый орган полагает, что полученный предпринимателем в 2004 г. и в 2005 г. доход следует считать доходом ЗАО «Корпорация «ГРИНН». По вышеуказанным обстоятельствам, налоговый орган полагает, что суммы исчисленных и уплаченных предпринимателем ФИО1 страховых взносов на обязательное пенсионное страхование в 2004 г. в сумме 687609 рублей и в 2005 г. в сумме 804260 рублей также следует учесть при начислениях ЗАО «Корпорация «ГРИНН». Так как, работниками ЗАО «Корпорация «ГРИНН» за предпринимателя ФИО1 в проверяемом периоде осуществлялись оформление приема лиц на работу (заключение трудовых договоров), перевод и увольнение работников, хранение и заполнение трудовых книжек, расчет заработной платы, ведение документации по кадрам, ведение табельного учета, начисление и перечисление в бюджет налогов и сборов, то налоговый
части 4 статьи 20.25 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) и подвергнут административному наказанию в виде административного ареста сроком на семь суток. В жалобе ФИО1 просит отменить судебные постановления, прекратить производство по делу, указывая на отсутствие в его действиях состава административного правонарушения. Изучив материалы истребованного дела об административном правонарушении и доводы жалобы, полагаю, что оснований для ее удовлетворения не имеется. В соответствии с частью 4 статьи 20.25 КоАП РФ уклонение от обязательных работ является административным правонарушением и влечет наложение административного штрафа в размере от ста пятидесяти тысяч до трехсот тысяч рублей или административный арест на срок до пятнадцати суток. В части 12 статьи 32.13 КоАП РФ под уклонением лица, которому назначено административное наказание в виде обязательных работ, от отбывания этого вида административного наказания понимается неоднократный отказ от выполнения работ, и (или) неоднократный невыход такого лица на обязательные работы без уважительных причин, и (или) неоднократное нарушение трудовой
работ за восемь часов обязательных работ. Согласно ст. 30 УИК Российской Федерации злостно уклоняющимся от отбывания обязательных работ признается осужденный, более двух раз в течение месяца не вышедший на обязательные работы без уважительных причин, либо более двух раз в течение месяца нарушивший трудовую дисциплину, либо скрывшийся в целях уклонения от отбывания наказания. Как верно указано судом в постановлении ФИО1 был ознакомлен с порядком отбытия назначенного ему наказания, однако неоднократно без уважительных причин допускал уклонение от обязательных работ , что нашло подтверждение исследуемыми судом доказательствами. Судебное решение основано на объективных данных, содержащихся в представленных материалах, отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК Российской Федерации. Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих за собой отмену постановления суда, суд апелляционной инстанции не усматривает и не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы. На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК Российской Федерации, суд апелляционной инстанции ПОСТАНОВИЛ: Постановление Кировского районного суда г. Астрахани от 23 июня 2016г.
Пермскому краю обратился в суд с представлением и дополнительным представлением о замене ФИО1 неотбытого наказания в виде обязательных работ на лишение свободы. Судом постановлено обжалуемое решение. В апелляционной жалобе адвоката Федюхина А.Ю. ставится вопрос об отмене постановления, поскольку оно не отвечает требованиям справедливости. В обоснование жалобы также указывает, что суд не выяснил причины повторного нарушения порядка и условий отбывания наказания в виде обязательных работ после вынесения осужденному предупреждения в письменной форме, умысла на уклонение от обязательных работ у него не было, причины неявки являются уважительными – рождение ребенка. Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. В соответствии с ч. 3 ст. 49 УК РФ в случае злостного уклонения осужденного от отбывания обязательных работ они заменяются принудительными работами или лишением свободы. При этом время, в течение которого осужденный отбывал обязательные работы, учитывается при определении срока принудительных работ или лишения свободы из расчета один день принудительных
основной работы и учебы время бесплатных общественно-полезных работ, которые отбываются в местах, определяемых органом местного самоуправления по согласованию с уголовно-исполнительной инспекцией. В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат Федюхин В.Ю., ссылаясь на постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 21 от 20 декабря 2011 года «О практике применения судами законодательства об исполнении приговора», поставил вопрос об отмене судебного решения. В обоснование своих доводов обращает внимание на пояснение ФИО1 об отсутствии умысла на уклонение от обязательных работ , вынужденность прогулов в связи с тем, не подошла предложенная работа, готовность отбывать наказание в виде обязательных работ. Проверив представленные материалы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены постановления суда. В силу ч. 3 ст. 49 УК РФ, в случае злостного уклонения осужденного от отбывания обязательных работ они заменяются принудительными работами или лишением свободы. При этом время, в течение которого осужденный отбывал обязательные работы, учитывается при определении срока принудительных работ или лишения
