кассационной жалобы, поданной в порядке статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, на постановление апелляционной инстанции от 17.02.2003 Арбитражного суда Краснодарского края, постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 10.06.2003 по делу №А32-15607/2002 по иску закрытого акционерного общества «Агрофирма «Мысхако» к Учреждению юстиции по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним на территории Краснодарского края в лице филиала по Приморскому административному округу г. Новороссийска, о признании незаконными действий учреждения по уклонению от регистрацииправасобственности и истребованию от учредителей данного общества документов, указанных в письме филиала по Приморскому округу г. Новороссийска от 26.08.2002 г. № 1/2002-108 (с учетом уточнения исковых требований, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), установил: ФИО1 обратился в Верховный Суд Российской Федерации с кассационной жалобой, ссылаясь на то, что 22.08.2015 им получено свидетельство о праве на наследство по закону на 1,52 га, находящееся в общей долевой собственности. Указывает, что
4.2 которого предусмотрено, что право собственности на спорное имущество возникает у покупателя с момента регистрации права собственности в регистрирующем органе. Иск заявлен покупателем на основании статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 33 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации и обусловлен уклонением продавца спорного имущества от передачи покупателю документов, необходимых для регистрации перехода права собственности на это спорное имущество (судна). Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, исходил из недоказанности факта уклонения ответчика от регистрации перехода правасобственности и наличия действующих запретов на проведение регистрационных действий в отношении спорного имущества, на которое в рамках сводного исполнительного производства обращено взыскание. Отменяя решение суда, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что факт уклонения продавца от передачи покупателю необходимых документов подтвержден, а наличие принятых после заключения сторонами договора купли-продажи запретов на проведение регистрационных действий не лишает покупателя возможности использовать избранный по настоящему спору способ защиты нарушенного права. Суд кассационной инстанции,
Общество и Предприниматель 11.10.2019 подписали протокол об итогах аукциона. В протоколе указано следующее: аукцион признан состоявшимся (пункт 1); победителем аукциона на право заключения договора купли-продажи объявлен Предприниматель, как заявивший наибольшую цену (1 286 000руб. без учета НДС, пункт 2); Предпринимателю предписано после подписания протокола об итогах аукциона заключить договор купли-продажи; при уклонении (отказе) от подписания договора купли-продажи задаток не возвращается, победитель утрачивает право на заключение указанного договора купли-продажи (пункт 3). Извещение об итогах торгов размещено на официальном сайте Общества (http://www.rosseti.ru/custom/activities/?year=2019&PAGEN_l=4). Предприниматель 31.10.2019 обратился к Обществу с требованием о направлении ему договора для осуществления государственной регистрации перехода правасобственности , указав, что срок для его заключения истекает 01.11.2019. Письмом от 14.11.2019 исх. № МР5/6000/699 Общество уведомило покупателя об отказе от заключения договора ввиду принятия решения об отмене процедуры реализации имущества. Предприниматель, ссылаясь на положения статьи 448 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), обратился в суд с иском по
суды первой и апелляционной инстанций указали на то, что обременение указанной квартиры в виде залога в пользу ООО «ЛК «Победа Финанс» не возникло. При этом доказательств, свидетельствующих об отказе истцу регистрирующим органом в регистрации залога на квартиру, либо сведений об уклонении ответчиков от регистрацииправа залога на квартиру, истцом представлено не было и в материалах гражданского дела не имеется. Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суды пришли к выводу об отсутствии в действиях ответчиков при заключении договора дарения спорной квартиры от 9 июня 2018 года признаков злоупотребления правом. Кроме того, из положений пункта 1 статьи 353 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае перехода права собственности на заложенное имущество от залогодателя к другому лицу в результате возмездного или безвозмездного отчуждения этого имущества (за исключением случаев реализации этого имущества в целях удовлетворения требований залогодержателя в порядке, установленном законом) либо в порядке универсального правопреемства право залога сохраняет силу.
и должника ФИО4 о том, что паркинг является подарком дочери на 18-тилетие, учитывая, что на дату заключения договора купли-продажи дочери было всего 9 лет. Более того суд отметил, что действуя добросовестно и разумно, право собственности на подземный паркинг должно было быть зарегистрировано за дочерью не позднее 2013 года. Между тем, регистрация права собственности осуществлена только 11.03.2021, то есть спустя 8 лет с даты приобретения подземного паркинга. Суд первой инстанции верно указал, что уклонение от регистрации права собственности на подземный паркинг на протяжении 8 лет в условиях наличия возбужденного дела о банкротстве ФИО4 (с 2016 года) и сокрытие сведений о наличии подземного паркинга от финансового управляющего и кредиторов ФИО4 свидетельствует о наличии цели сокрытия имущества от обращения взыскания на него. Финансовым управляющим в суде первой инстанции также приведены доводы о том, что изначально договор купли-продажи доли в праве от 05.09.2012 был заключен между самим должником и ООО «Управление коммерческой недвижимостью»,
признании права (рассматриваемого в рамках настоящего дела). Признав, что выбранный истцом способ защиты нарушенного права является ненадлежащим и не единственно возможным, поскольку истцом нарушен административный порядок регистрации права собственности, суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении исковых требований. Суды посчитали, что министерство, обращаясь в суд с требованием о признании за ним права собственности на спорные объекты из-за отсутствия в документации описания этих объектов недвижимости имело своей целью совершение действий, направленных на уклонение от регистрации права собственности в административном порядке, хотя имело такую возможность. Судебная коллегия считает выводы суда первой и апелляционной инстанции о том, что в данном случае истцом избран ненадлежащий способ защиты права, сделанными с нарушением норм материального и процессуального права и при неполном исследовании имеющихся в деле доказательств. Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена возможность защиты нарушенного права путем предъявления требования о признании права. Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ
производства. По мнению заявителя жалобы, конкурсный управляющий с момента выявления наружных сетей не предпринял каких-либо мер к их оформлению в собственность Общества, оценке и включению в конкурсную массу; ФИО3 не предпринимал действий по включению сетей в конкурсную массу должника и после представления заявителем в материалы дела правоустанавливающих документов в ходе судебного разбирательства по настоящему спору; действия конкурсного управляющего по списанию с баланса Общества расходов на строительство сетей по существу были направлены на уклонение от регистрации права собственности на данные объекты в собственных интересах и в интересах основного кредитора. Заявитель жалобы обратил внимание окружного суда на то, что в отчете оценщика при указании рыночной стоимости сетей допущена явная арифметическая ошибка. Конкурсный управляющий ФИО3 в письменном отзыве на кассационную жалобу отклонил доводы заявителя, указав на законность и обоснованность принятых судебных актов, и ходатайствовал о рассмотрении жалобы без его участия. ФИО3 пояснил, что причины передачи наружных сетей в муниципальную собственность носили комплексный
Феодосии РеспубликиКрым. Следовательно, Администрация, как орган исполнительной власти, выступающий от имени собственника муниципального имущества, за счет муниципальной казны обязана нести расходы по его содержанию. Кроме того, Администрацией суду не представлено доказательств того, чтоспорная квартира не находятся в муниципальной собственности, опровергающиевышеуказанные доказательства. В своих отзывах на исковое заявление и апелляционной жалобе Администрация не опровергает факт нахождения квартиры в собственности муниципального образования, а лишь ссылается на отсутствие регистрации права собственности в установленном порядке. Однако, уклонение от регистрации права собственности непосредственно собственником жилого помещения не может приводить к отказу ресурсоснабжаещей организации в удовлетворении исковых требований о взыскании задолженности за поставленный надлежащим образом коммунальный ресурс. Иное бы означало нарушение принципа добросовестного поведения (ст. 10 ГК РФ). Более того, Администрацией не представлено доказательств того, что третье лицо является главным распорядителем денежных средств в соответствующий период. Таким образом, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что именно Администрация является надлежащим ответчиком по
указанного суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции относительно того, что Администрация осуществляла в спорный период правомочия собственника в отношении спорной квартиры. Кроме того, Администрацией суду не представлено доказательств того, чтоспорная квартира не находятся в муниципальной собственности, опровергающиевышеуказанные доказательства. В своих отзывах на исковое заявление и апелляционной жалобе Администрация не опровергает факт нахождения квартиры в собственности муниципального образования, а лишь ссылается на отсутствие регистрации права собственности в установленном порядке. Однако, уклонение от регистрации права собственности непосредственно собственником жилого помещения не может приводить к отказу ресурсоснабжаещей организации в удовлетворении исковых требований о взыскании задолженности за поставленный надлежащим образом коммунальный ресурс. Иное бы означало нарушение принципа добросовестного поведения (ст. 10 ГК РФ). Более того, Администрацией не представлено доказательств того, что третье лицо является главным распорядителем денежных средств в соответствующий период. Таким образом, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что именно Администрация является надлежащим ответчиком по
собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, <адрес>, с предварительным оформлением *** права собственности на спорную долю. ДД.ММ.ГГГГ *** оформлена расписка в получении денежных средств от *** в размере 350 000 рублей в счет погашения обязательств по приобретению 1/2 доли на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>. Спорная доля в недвижимом имуществе фактически передана во владение истцу, ответчиком принято исполнение по договору. Основанием для обращения в суд с настоящим иском послужило уклонение *** от регистрации права собственности на спорную долю, нотариального удостоверения сделки и последующего оформления перехода права собственности на ? доли жилого дома в Управлении Росреестра. Согласно п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считает заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законодательных или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида также все те
приема – передачи 10.03.2017. Согласно п.12 договора стороны приобретают право собственности на указанные квартиры после государственной регистрации перехода права собственности. Регистрация перехода права собственности производится на каждую квартиру. Пунктом 16 договора предусмотрено, что государственная регистрация договора осуществляется за счет стороны 1, т.е. за счет ФИО1 и ФИО2 В настоящее время государственная регистрация договора не произведена. Таким образом ФИО1 и ФИО2 в нарушение положений договора не исполнили свои обязанности по осуществлению государственной регистрации. Уклонение от регистрации права собственности ответчиками нарушает права собственника МО «Город Димитровград» Ульяновской области в отношении недвижимого имущества, полученного в результате договора мены. Просил обязать ФИО1, ФИО2 произвести в установленном законом порядке государственную регистрацию договора мены №* от 10.03.2017. Представитель истца комитета по управлению имуществом г.Димитровграда ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании поддержала исковые требования по доводам, изложенным в иске. Просила иск удовлетворить. Ответчики ФИО1, ФИО2 в судебное заседание не явились по неизвестной суду причине,
32,50 кв.м. Недвижимость передана по акту приема– передачи 02.03.2017. Согласно п.12 договора стороны приобретают право собственности на указанные квартиры после государственной регистрации перехода права собственности. Регистрация перехода права собственности производится на каждую квартиру. Пунктом 16 договора предусмотрено, что государственная регистрация договора осуществляется за счет стороны 1, т.е. за счет ФИО1 В настоящее время государственная регистрация договора не произведена. Таким образом, ФИО1 в нарушение положений договора не исполнила обязанность по осуществлению государственной регистрации. Уклонение от регистрации права собственности ответчиком нарушает права собственника МО «Город Димитровград» Ульяновской области в отношении недвижимого имущества, полученного в результате договора мены. Просил обязать ФИО1 произвести в установленном законом порядке государственную регистрацию договора мены №* от 02.03.2017. Представитель истца комитета по управлению имуществом г.Димитровграда – в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, исковые требования поддерживает в полном объеме. Ответчик ФИО1 в судебное заседание
права собственности. Возражая против заявленных требований, представитель заинтересованного лица Росреестра ФИО2 указал на необоснованность довода заявителя о том, что требование заявления от всех участников долевой собственности не предусмотрено ст.19 Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним». Полагает, что заявитель ошибочно подменяет понятия уклонение от регистрации и приостановление государственной регистрации, при этом последнее прав его не нарушает и предусмотрено указанным законом. Указал на уклонение от регистрации права собственности именно со стороны участников договора – (ФИО)2 и (ФИО)9 В данном случае возложение обязанности зарегистрировать право собственности противоречит действующему законодательству в связи с отсутствием необходимых документов в соответствии с пунктами 2, 4 ст.16 указанного закона. Указал, что, по мнению Управления, положения п.62 постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 29.04.2010 № 10/22 не применимы. Заявитель (ФИО)1 в судебное заседание не явилась, ее представитель ФИО1 требования поддержал в полном объеме. Представитель
права собственности подтвержден вступившим в законную силу решением суда и не подлежит доказыванию при рассмотрении настоящего иска. 21 марта 2019 г. стало известно, что постановлением судебного пристава-исполнителя от 13 января 2019 г. наложен арест, а именно запрет регистрационных действий в отношении приобретенного земельного участка. Ссылаясь на вступившие в законную силу судебные акты, которыми подтверждено приобретение истцом земельного участка, факт передачи ФИО2 денежных средств в размере 50000000 руб. за приобретенный земельный участок и уклонение от регистрации права собственности , истец просит суд освободить земельный участок с кадастровым номером НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН от ареста, наложенного постановлением Семикаракорского районного отдела судебных приставов УФССП по Ростовской области № 9716283/6174 от 13 января 2019г. Решением Семикаракорского районного суда Ростовской области от 28 мая 2019 г.в удовлетворении заявленных требований отказано. В своей апелляционной жалобе ФИО1 ссылается на то, что законность и действительность сделки подтверждена вступившими в законную силу судебными постановлениями, которые по
