В кассационной жалобе общество указывает на то, что пунктом 25 Административного регламента Федеральной таможенной службы по исполнению государственной функции по ведению таможенного реестра объектов интеллектуальной собственности (реестр ТРОИС), утвержденного Приказом ФТС России от 13 августа 2009 года № 1488, установлено, что правообладатель направляет в ФТС России сведения, представляющие собой подробную информацию о товарах, обладающих признаками контрафактных, обеспечивая тем самым возможность их выявления таможенными органами. Законодательно установлено требование об указании в заявлении о внесениитоварногознака в реестр ТРОИС подробных сведений о товарах, которые при пересечении таможенной границы Российской Федерации должны быть признаны контрафактными, при этом такие сведения должны помочь таможенным органам выявить такие товары. Таким образом, по мнению общества, им были соблюдены требования п. 32 Административного регламента в объеме информации, которой общество располагало и достаточной для исполнения таможенными органами обязанностей по пресечению ввоза на территорию Российской Федерации контрафактных фармацевтических субстанций. По мнению общества, основывая свои выводы на том, что необходимым
удовлетворении заявленных требований. Судебная коллегия, отменяя принятые по делу судебные акты, указала, что действия таможенных органов по ведению Таможенного реестра объектов интеллектуальной собственности (ТРОИС), связанные лишь с фактами уже свершившихся правонарушений, противоречат цели мер, предусмотренных главой 57 Федерального закона от 03.08.2018 № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». Не обладая полномочиями по оценке доказательств и установлению фактических обстоятельств дела, Судебная коллегия правомерно направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, указав на необходимость исследования вопросов соблюдения заявителем иных требований, необходимых для включения товарногознака в ТРОИС , сохранения охраны прав заявителя, подтвержденных соответствующим товарным знаком, использования товарного знака обществом. Приведенные ФТС России в надзорной жалобе доводы связаны с ее несогласием с выводами Судебной коллегии и основаны на ином толковании норм действующего законодательства. При изучении жалобы неправильного применения коллегией норм, регулирующих спорные правоотношения, не установлено. Оснований, предусмотренных статьей
в Российскую Федерацию или вывозом товаров из Российской Федерации либо при совершении иных действий с товарами, находящимися под таможенным контролем, вправе подать в федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий функции по контролю и надзору в области таможенного дела, заявление о включении соответствующего объекта интеллектуальной собственности в таможенный реестр. Включение товарных знаков истца в таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности является правом, а не обязанностью. Право истца на защиту не может ставиться в зависимость от внесения товарных знаков в ТРОИС . Ссылаясь на злоупотребление правом со стороны истца, апеллянт соответствующие доказательства не представил. Доводы жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, не подтверждают неправильное применение судом норм материального и процессуального права, в связи с этим не могут служить основанием для отмены судебного акта. Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд ПОСТАНОВИЛ: решение Арбитражного суда Брянской области от 20.08.2018 по делу № А09-3716/2018 оставить без изменения, а
суд округа не находит оснований для их отмены ввиду следующего. Как следует из материалов дела и установлено судами, между ООО «Атомик-Спорт» и ООО «Пантей» заключен договор поручения от 25.08.2021 № 13915362, в соответствии с условиями которого, ответчик принял на себя обязательство оказать комплекс услуг по сопровождению государственной регистрации обозначения в Роспатенте и внесению товарных знаков в таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности (ТРОИС). Ответчик 02.09.2021 направил истцу запрос о предоставлении сведений, необходимых для внесениятоварныхзнаков в ТРОИС , а 28.10.2021 направил отчет о проверке обозначения «RED LINE OIL», таким образом, услуги стоимостью 30 000 руб., предусмотренные подпунктами 1 - 1.3 пункта 1.1 Приложения № 1 к договору, оказаны в полном объеме. Ответчик 01.11.2022 уведомил истца о том, что для внесения товарных знаков в ТРОИС необходимо наличие заключенных лицензионных договоров между истцом и правообладателями соответствующих товарных знаков «RED LINE» и «AKRAPOVIC», а также сообщил, что выполнение с его стороны услуг
отсутствии у него такой возможности ввиду того, что база данных, содержащая сведения о регистрации товарного знака правообладателя и администрируемая Всемирной организацией интеллектуальной собственности (далее – ВОИС), не обеспечивает возможности получения из нее информации на русском языке, являющемся государственным языком на территории Российской Федерации, а обязанность обладать знаниями английского языка у общества «САН-ТОЙЗ» как российского юридического лица отсутствует. При этом обращает внимание на то, что правообладатель не предпринял действий по своевременному внесению сведений о регистрации своего товарногознака в ТРОИС , поскольку на дату ввоза товара такие сведения в ТРОИС отсутствовали. Заявитель кассационной жалобы также считает, что наличие события административного правонарушения установлено судами на основании ошибочной квалификации ввозимого обществом «САН-ТОЙЗ» товара в качестве предмета правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 14.10 КоАП РФ. Такая квалификация, как полагает общество «САН-ТОЙЗ», явилась результатом неверного разрешения судами вопроса о наличии сходства до степени смешения противопоставленных обозначений. По мнению заявителя кассационной жалобы, товарный знак правообладателя
Данные обстоятельства послужили основанием для обращения общества в арбитражный суд с указанным заявлением. Разрешая спор в пользу ФТС России, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями статей 328, 329 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, Федерального закона от 03.08.2018 № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 289-ФЗ), Административного регламента Федеральной таможенной службы по предоставлению государственной услуги по ведению ТРОИС, утвержденного приказом ФТС России от 28.01.2019 № 131 (далее – Административный регламент), пришли к выводу о том, что оспариваемое решение в части определения срока включения товарногознака в ТРОИС соответствует требованиям таможенного законодательства. Как признали суды, при установлении такого срока служба обоснованно исходила из срока действия договора о передаче полномочий единоличного исполнительного органа ООО «ПАЗ» управляющей организации – ООО «Управляющая компания «Группа ГАЗ», который установлен до 31.07.2021. Отклоняя довод общества о том, что срок включения в ТРОИС
