и доводов кассационной жалобы не установлено. Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, повторно оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 61.2, 100, 138 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», учли позицию судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в определении от 03.08.2020 № 306-ЭС20-2155, и исходили из фактической аффилированности единственного кредитора, должника и банка и отсутствии оснований для защиты интересов сторон внутригрупповых сделок с использованием механизма, установленного статьей 61.2 Закона о банкротстве. Указав на обоснованность предъявленного банком требования и не усмотрев оснований для его субординации с учетом отсутствия в реестре должника требований независимых кредиторов, суды удовлетворили его в полном объеме, с чем впоследствии согласился суд округа. Доводы кассационной жалобы не свидетельствуют о наличии существенных нарушении норм права и не могут служить достаточными основаниями для пересмотра оспариваемых актов в кассационном порядке. Руководствуясь статьей 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской
в виде займа денежные средства, как правило, выбывают из-под контроля кредитора, поэтому предполагается, что главная цель поручительства заключается в создании дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств. Следовательно, доказывание недобросовестности кредитора осуществляется лицом, ссылающимся на данный факт (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Если же заем является внутригрупповым, денежные средства остаются под контролем группы лиц, в силу чего, с точки зрения нормального гражданского оборота, отсутствует необходимость использовать механизмы, позволяющие дополнительно гарантировать возврат финансирования. Поэтому в условиях заинтересованности займодавца, заемщика и поручителя между собою на данных лиц в деле о банкротстве возлагается обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения обеспечительной сделки , в том числе выдачи поручительства. В обратном случае следует исходить из того, что выбор подобной структуры внутригрупповых юридических связей позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве каждого участника группы лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6)).
(78 341 110 руб. (сумма подлежащая уплате) - 41 281 732 руб. уплаченная сумма НДС). Аналогичным образом произведены расчеты по налогу на прибыль организаций. Доказательства, полученные инспекцией в ходе налоговой проверки, в совокупности и взаимосвязи свидетельствуют о совершении проверяемым налогоплательщиком совместно с подконтрольными ему лицами виновных умышленных согласованных действий, направленных исключительно на получение необоснованной налоговой экономии, путем уменьшения соответствующей налоговой обязанности. При этом, ООО «Росинтех» не представлены документы, раскрывающие предмет сделок (в том числе внутригрупповые сделки между ООО «Электросила», ООО «Энерготех», ООО «Глобал Инжиниринг»), ни в период проведения проверки, ни в период обжалования результатов проверки, соответственно определить их характер не представляется возможным. Учитывая изложенное, расчет налоговых обязательств произведен налоговым органом путем слияния доходов проверяемого налогоплательщика с доходами подконтрольных лиц, уменьшенных на величину расходов, связанных с извлечением дохода всех участников схемы, без учета сделок между ним и с учетом уплаченных участниками группы налогов. Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции у
бизнеса при налоговой реконструкции определяются налоговые обязательства налогоплательщика и подконтрольных ему контрагентов как единой организации. Консолидируются не только их доходы, но и уплаченные налоги, расходы, незаявленные налоговые вычеты по НДС, исключая внутригрупповые обороты из налогообложения. При консолидации доходов и расходов должны быть: - исключены внутригрупповые операции, доначисленный по ним НДС и налог на прибыль организаций (Расчеты по налогу на прибыль и НДС являются внутренними расчетами организаций и должны быть исключены из состава выручки, если внутригрупповые сделки являются мнимыми, то не могут порождать никаких последствий, в том числе выручки); - учтены в расходах убытки организаций, а также «входящий» НДС, по которому было отказано в вычете. При дроблении бизнеса налоги, уплаченные компаниями, должны быть зачтены в счет погашения доначислений. Их зачет осуществляется сначала в счет налога на прибыль организаций, оставшийся остаток - в счет иных налогов. Налогоплательщиком приводились данные доводы, вместе с тем, суды не проверили основания реконструкции, что привело к принятию
указывает, что заключенные между ООО «Стрит Групп» и ООО «Стройпром РИК» договоры уступки не выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности. О том, каким образом осуществлялись внутригрупповые расчеты ООО «Кварсис-Строитель» с ООО «Стройпром РИК» ответчик ООО «Стрит Групп» не мог знать. Апеллянт указывает, что поскольку ООО «Байр-Строй», ООО «РОСТ», ООО «Девелопмент Групп», ООО «Сибстройресурс и К», ООО «Кварсис-Строитель», ООО «Стройпром РИК» являлись одним хозяйствующим субъектом, их действия обусловлены единством экономического интереса, поэтому заключаемые между ними внутригрупповые сделки (в том числе по расчетам с третьими лицами) также имели общий интерес и не могут рассматриваться раздельно. Осведомленность ООО «Стрит Групп» о наличии у должника иных кредиторов не доказана. Полагает, что способ расчета через уступку является общепринятой обычной практикой в ООО «Кварсис-Строитель» и ООО «Стройпром РИК». Дополнительно отмечает, что судом неправильно применены нормы материального права, поскольку общий размер задолженности по договорам уступки, которые оспариваются конкурсным управляющим, за 2018 год составляют 1 173 709,21 руб.,
дробления бизнеса при налоговой реконструкции определяются налоговые обязательства налогоплательщика и подконтрольных ему контрагентов как единой организации. Консолидируются не только их доходы, но и уплаченные налоги, расходы, незаявленные налоговые вычеты по НДС, исключая внутригрупповые обороты из налогообложения. При консолидации доходов и расходов должны быть: -исключены внутригрупповые операции, доначисленный по ним НДС и налог на прибыль организаций (Расчеты по налогу на прибыль и НДС являются внутренними расчетами организаций и должны быть исключены из состава выручки, если внутригрупповые сделки являются мнимыми, то не могут порождать никаких последствий, в том числе выручки); -учтены в расходах убытки организаций, а также «входящий» НДС, по которому было отказано в вычете. При дроблении бизнеса налоги, уплаченные компаниями, должны быть зачтены в счет погашения доначислений. Их зачет осуществляется сначала в счет налога на прибыль организаций, оставшийся остаток - в счет иных налогов. 12 6666972_1559730 Налогоплательщиком приводились данные доводы, вместе с тем, суды не проверили основания реконструкции, что привело к
добросовестно, в интересах группы компаний, созвать внеочередное общее собрание участников холдинга и вынести на повестку дня вопрос об обращении в суд с заявлением о банкротстве, либо о начале процедуры ликвидации. Суд пришел к выводу, что данное бездействие повлекло невозможность погашения требований кредиторов должника. При этом судом отмечено, что в рамках дела о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, заключение кредитных соглашений и договоров поручительства должны расцениваться не с точки зрения того, что подобные внутригрупповые сделки являются обычной практикой, на что ссылается представитель ФИО2, а с позиции наступившего для должника, и холдинга в целом, негативного экономического эффекта (взаимосвязи обстоятельств их совершения с появлением/упрочнением у должника признаков объективного банкротства). Анализируя динамику заключения указанных сделок, а также длящийся характер кредитования, суд апелляционной инстанции указал на правомерность вывода суда первой инстанции о том, что контролирующим должника лицом ФИО2 был выбран способ финансирования хозяйственной деятельности должника и всего холдинга исключительно посредством получения кредитных средств.
рабочих ней. При проверке договора согласно п. 5.16.3 Положения «Администрирование договора» истицей было выявлено отсутствие ряда документов, являющихся основанием для заключения данной сделки, а также документов, на основании которых можно было начать проверку существенных условий договора, в частности отсутствовала служебная записка на имя генерального директора о заключении договора (с приложениями), в которой должна содержаться информация о предмете договора, сумме, сроках выполнения работ и объеме, подготовленная в соответствии со схемой реализации и контроля процесса за внутригрупповыми сделками и требованиями Временного порядка осуществления контроля внутригрупповых сделок; задание на проектирование и задание на проведение инженерных изысканий не были согласованы и подписаны заказчиком; отсутствовала справка-обоснование заключения договора, подписанная ЗГД по бурению, в представленной справке сроки выполнения работ не соответствовали срокам, указанным в договоре; отсутствовали документы, утвержденные в обществе, подтверждающие размер суточных расходов, проживания и проезда, указанных в договоре. Истица запросила недостающие документы у куратора договора для осуществления полной комплексной проверки. В системе согласования 31.08.2020
В этих целях ответчикам следовало раскрыть основания внутригруппового движения денежных средств, подтвердить, что расчетные операции, опосредующие перемещение активов внутри группы, оформлены в соответствии с их действительным экономическим смыслом и обусловлены разумными экономическими целями.Такие разумные мотивы ответчиками не раскрыты.Общество «Вилрой» использовало институт, закрепленный статьей 313 Гражданского кодекса Российской Федерации, не в соответствии с его назначением (исполнение обязательства третьим лицом). В его действиях прослеживаются явные признаки злоупотребления правом.Фактическое существо и единая направленность действий аффилированной группы ответчиков были подчинены единой цели: получение права требования по реализации залогового обеспечения, предоставленного обществом «БМ» в счет исполнения обязательств ООО «Стилэкс» на контролируемое, входящее в группу лицо. Для чего необходимо было: вывести активы должника, перевести их в части, необходимой для «независимого выкупа» на подконтрольное третье лицо, передав в дальнейшем компании имеющей возможность подтвердить источник приобретения, а также «обнулить» посредством контролируемого банкротства должника и поручителя. Что и было сделано.Притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом,
не может ограничиться представлением минимального комплекта документов (например, текста договора займа и платежных поручений к нему, отдельных документов, со ссылкой на которые денежные средства перечислялись внутри группы) в подтверждение реальности заемных отношений. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самой заемной сделки, оснований дальнейшего внутригруппового перераспределения денежных средств, подтвердив, что оно соотносится с реальными хозяйственными отношениями, выдача займа и последующие операции обусловлены разумными экономическими причинами. При этом аффилированный кредитор не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки . Если аффилированный кредитор не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (статьи 9 и 65 АПК РФ). В подобной ситуации действия, связанные с временным зачислением аффилированным лицом средств на счет
