производство» и в составе материальных расходов влияет на формирование себестоимости конечного результата, при этом налогоплательщик себестоимость фуза относил в прочие расходы по цене подсолнечного масла, тем самым искажая себестоимость конкретного вида продукции, исходил из того, что разница между стоимостью растительного масла и фуза должна быть отражена в составе прямых материальных расходов и по мере реализации продукции, работ, услуг, списываться в уменьшение налогооблагаемой базы по налогу на прибыль; поскольку возвратные отходы были реализованы на сторону, то они должны быть оценены по цене реализации . Установив фактические обстоятельства, суд согласился с выводом налогового органа о нарушении обществом порядка формирования налоговой базы для целей налогообложения прибыли. Арбитражный суд округа поддержал выводы суда апелляционной инстанции. Доводы заявителя о невозможности учитывать разницу между стоимостью растительного масла и фуза в составе прямых материальных расходов, не опровергают выводов судов, направлены на переоценку представленных в материалы дела доказательств, что в силу статьи 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации
31.12.2012, по результатам которой составлен акт от 09.04.2015 № 2 и принято оспариваемое решение от 06.08.2015 № 2-р, которым обществу по эпизоду реализации возвратной карамельной массы был доначислен налог на прибыль организаций в размере 11 759 053,60 рублей и соответствующая сумма пени. Основанием для доначисления стал вывод налогового органа о том, что общество, в нарушение пункта 6 статьи 254 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) учитывало стоимость реализуемой возвратной карамельной массы по себестоимости, а не по цене реализации , что повлекло завышение расходов, учитываемых при исчислении данного налога. Как следует из пункта 6 статьи 254 НК РФ, сумма материальных расходов уменьшается на стоимость возвратных отходов. В целях настоящей главы под возвратными отходами понимаются остатки сырья (материалов), полуфабрикатов, теплоносителей и других видов материальных ресурсов, образовавшиеся в процессе производства товаров (выполнения работ, оказания услуг), частично утратившие потребительские качества исходных ресурсов (химические или физические свойства) и в силу этого используемые с
налога на прибыль стал вывод налогового органа о том, что общество в нарушение положений пункта 6 статьи 254 Налогового кодекса учитывало стоимость реализуемой возвратной карамельной массы по себестоимости, а не по цене реализации, что повлекло завышение расходов, учитываемых при исчислении данного налога. Отказывая в удовлетворении требования общества по названному эпизоду, суды руководствовались статьями 253, 254, 272, 318 Налогового кодекса и исходили из того, что законодательством не предусмотрено принятие к учету по себестоимости возвратных отходов при их дальнейшей реализации . Приведенные обществом доводы сводятся к изложению обстоятельств дела, которые получили соответствующую правовую оценку судов, не опровергают и не подтверждают существенных нарушений судами норм материального и (или) процессуального права и не являются достаточным основанием для пересмотра судебных актов в кассационном порядке. Исходя из вышеизложенного, оснований для передачи кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации не имеется. Руководствуясь статьями 291.1, 291.6 и 291.8 Арбитражного
исходя из объемов реализованного товара без учета НДС. Сумма вознаграждения, подлежащая выплате истцу составила 3123 руб. 81. коп. Указанное вознаграждение должно было быть выплачено не позднее 10.02.2010. Однако ответчик данное условие также не исполнил. Таким образом, общая сумма задолженности ответчика перед истцом составила 89593 руб. 38 коп. Истец направил ответчику претензию от 03.03.2011 №129 (л.д.10 ) с требованием о погашении возникшей задолженности: 72039 руб. 96коп. – переплата за товар, 14429 руб. 61. коп. – возвратная реализация , 3123 руб. 81 коп. – бонус. Оставление претензии без ответа и удовлетворения послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском. . Оценив представленные в дело доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доводы представителя истца, арбитражный суд считает заявленные требования обоснованными по праву и по размеру и подлежащими удовлетворению в полном объеме по следующим основаниям. Согласно пункту 1 статьи 506 Гражданского кодекса Российской Федерации по
входит: 1.Выполнение топографо-геодезических, топографо- геологических работ и инженерных изысканий, необходимых для получения достоверной информации о техническом состоянии здания, определения объемов и видов демонтажных работ помещения (литер И). 2.Разработка проектной документации реконструкции здания путем демонтажа помещения (литер И). Документация должна содержать материалы в текстовой и графической формах и определять архитектурные, функционально-технологические, конструктивные и инженерно-технические решения для реконструкции здания. При разработке проектной документации на демонтаж помещения (литер И) учесть вывоз и утилизации отходов на спец.полигонах и возвратную реализацию металлолома, образовавшегося при демонтаже. Состав разделов проектной документации и требования к их содержанию согласно' постановлению Правительства РФ от 16.02.2008 N 87. 3.Подготовка сметной документации всоответствии с методикой определения сметной стоимости строительства, реконструкции и, капитального ремонта, утвержденной приказом от 04.08.2020 №421/пр., письма Федерального Агентства по строительству и жилищно-коммунальному хозяйству от 18.11.2004 года № АП-5536/06 «О порядке применения нормативов сметной прибыли в строительстве». Сопровождение проектно-сметной документации в КГАУ «Государственная экспертиза проектной документации и результатов инженерных изысканий
работ и изготовленной продукции. Согласно пункту 1 статьи 713 ГК РФ подрядчик обязан использовать предоставленный заказчиком материал экономно и расчетливо, после окончания работы представить заказчику отчет об израсходовании материала, а также возвратить его остаток либо с согласия заказчика уменьшить цену работы с учетом стоимости остающегося у подрядчика неиспользованного материала. Условиями договора может быть предусмотрено уменьшение вознаграждения переработчика на стоимость остатков материалов и (или) возвратных отходов. В таком случае возвратные отходы оцениваются по цене их возможного использования или же по цене реализации . При оставлении их переработчику на стоимость остатков неизрасходованного сырья, возвратных отходов, побочной продукции, которые по условиям договора остаются у переработчика, надлежит осуществить запись по кредиту счета 003 «Материалы, принятые в переработку» и одновременно оприходовать их по рыночной стоимости, то есть по цене их возможного использования или реализации. Если остатки давальческих материалов остаются без оплаты у подрядчика (ООО «КамКат»), то у подрядчика в налоговом учете появляется внереализационный доход
в размере <данные изъяты> руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с <дата> по <дата> в размере <данные изъяты> руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере <данные изъяты> руб. Судом постановлено решение, резолютивная часть которого изложена выше. С решением суда не согласно ООО «БЕГЕМОТ ФИО1», в апелляционной жалобе и дополнении к ней просит решение отменить, считает необоснованным отклонение судом доводов ответчика в отношении договора поставки, который по существу является договором возвратнойреализации , о чем свидетельствует одинаковая цена и идентичность товара, указанного в товарных накладных по договору поставки от <дата> и при возврате товара ИП Г. ответчику ООО «БЕГЕМОТ ФИО1» по договору от <дата>. Судом не учтено, что обратная реализация товара осуществлена в рамках договора поставки от <дата>, подписанного сторонами, данная сделка не является разовой, при которой ИП Г. выступает в качестве поставщика, а ответчик - в качестве покупателя. Суд не принял во внимание п. 3.3
требования мотивировал тем, что 08.09.2009 года между ФИО1 (Комитент) и ФИО2 (Комиссионер) был заключен договор комиссии, в дальнейшем указанный договор неоднократно продлялся. Согласно Приложению №1 к Договору комиссии, ФИО1 передал, а ИП ФИО2 принял на реализацию товар (шины) согласно накладной № 39 от 08.09.2009 года в количестве 2 950 штук, на общую сумму <данные изъяты> рублей. Согласно актам сверки взаимных расчетов, ФИО2 передал Козырю С.А. <данные изъяты> рублей. Согласно возвратной накладной №1 от 21.09.2012 года Козырю С.А. возращено без реализации 68 наименований товара в количестве 654 штук на общую сумму <данные изъяты> рублей. 29.12.2015 года ФИО1 направлял ответчику претензию, где потребовал оплатить стоимость товара в сумме <данные изъяты> рублей или вернуть ему не проданный товар. До настоящего времени денежные средства ответчиком не возвращены. Таким образом, полагает, что у ответчика перед истцом имеется неисполненное обязательство на сумму <данные изъяты> рублей, с учетом вознаграждения ответчика как комиссионера, сумма задолженности составляет <данные
инстанции дана неверная оценка и выводам решения Арбитражного суда Вологодской области от 04.04.2017 и определения Арбитражного суда Вологодской области от 17.10.2017, согласно которым Департаменту экономического развития ВО отказано в удовлетворении требований к ООО «У.» о возврате субсидии в размере 10 000 000 рублей. Не учтено, что Арбитражный суд Вологодской области не исследовал и не давал оценку обстоятельствам заключения договора « возвратного лизинга» и его фиктивности. В исковом заявлении ДЭР ВО вопрос о мнимости сделки не ставился, и Арбитражный суд ВО в своих решениях не затрагивал указанный вопрос. Обстоятельства реализации продукции ООО «У» в адрес ООО «1», ООО «ТД ...» и ИП С1 арбитражным судом не исследовались. Арбитражный суд ВО анализировал исключительно письменные договоры, свидетели по взаимоотношениям контрагентов не допрашивались. Наоборот, судебные решения Арбитражных судов свидетельствуют в пользу позиции стороны обвинения, поскольку ФИО1 преступными действиями создал видимость правдоподобных отношений лизинга, ложность которых не была выявлена ни специалистами БУ ВО «Б.»,
начальника склада его не ознакомили, договор о материальной ответственности с ним не заключали, в материальную ответственность склад он не принимал, поскольку при заступлении его на должность ревизия не проводилась. В силу своих должностных обязанностей он занимался отгрузочно - погрузочными работами, вел учет товарно-материальных ценностей на складе, в его подчинении находились грузчики, кладовщики, наборщики. Когда его перевели на должность заместителя начальника склада, на предприятии уже велась деятельность по реализации готовой возвратной продукции сотрудникам со скидкой, которой занимался грузчик И***. Ответственной за реализацию диванов с дефектами была Л***. На общем совещании сотрудников ООО «***» в устном порядке директором было озвучено, что реализация диванов с дефектами должна осуществляться по служебным запискам и по согласованию с руководством, в частности с Л*** - заместителем директора по коммерческой части. Данные служебные записки подписывали либо он, как заместитель начальника склада, либо начальник склада, потом они согласовывались с Л***, которая ставила свою резолюцию при отгрузке дивана, а потом
