города Чебоксары», по консультационному сопровождению процедуры организации строительства и сопровождения программного обеспечения до момента ввода в эксплуатацию. В пункте 3.1 договора определен общий размер вознаграждения Предпринимателя (исполнителя) – 2 075 910 рублей; при этом в пункте 3.2 договора стороны согласовали, что оплата производится путем заключения договора долевого строительства между заказчиком и исполнителем и передачи квартиры в жилом доме по адресу: <...>, по цене 23 792 рубля за один квадратный метр. Во исполнение данного договора сторонами и ООО «Эко-проект-Строй" (проектировщиком) подписаны акты приема-передачи проектной документации от 11.06.2013 стоимостью 1 466 470 рублей, от 20.09.2013 на сумму 114 000 рублей и от 11.11.2013 на сумму 495 440 рублей, всего на сумму 2 075 910 рублей. В соответствии с актом приема-передачи от 11.07.2013, подписанным Обществом и Предпринимателем, последний исполнил обязательства, предусмотренные по договором № 03-13, включая разработку программногообеспечения с передачей заказчику кодов, провел консультационное сопровождение процедуры организации строительства. Сторонами также подписан акт
довод заявителя о переводе условно-реальных персональных данных о пассажирах, расписаний и справочниках в тестовую зону АЦБПДП не может служить подтверждением передачи ООО «Курганавтотранс» персональных данных в АЦБПДП, так как при этом не выполняются требования части 5 статьи 11 Закона №16-ФЗ. В суде первой инстанции заявитель указывал, что 10.10.2013 с целью выполнения приказа Министерства транспорта России от 19.07.2012 №243 ООО «Курганавтотранс» заключило договор с ООО «Артмарк» №13/6 (т.1, л.д. 86-92) на поставку и ввод в эксплуатацию программного обеспечения (автоматизированная система управления Автовокзал-2), имеющих в своем составе модуль по передаче данных в АЦБПДП. В соответствии с заключенным соглашением между ФГУП «ЗащитаИнфоТранс» и ООО «Курганавтотранс», ФГУП «ЗащитаИнфоТранс» направило реквизиты доступа к тестовой и основной площадке, с помощью которой можно было начинать передавать данные. После этого ООО «Курганавтотранс» осуществляло передачу данных на тестовый шлюз ФГУП «ЗащитаИнфоТранс» в адрес ООО «Курганавтотранс» поступали отчеты в виде квитанций подтверждающих факт получения информации, содержащей ошибки. В связи
требования от 27.03.2019 с заявлением истек. Управлением заявлено ходатайство о восстановлении срока подачи заявления. В обоснование уважительности причин пропуска заявитель ссылается на ввод в эксплуатацию с 01.07.2019 программного обеспечения, которое, в связи с техническими особенностями ее работы, не позволило своевременно выявить соответствующую задолженность. Между тем, данные доводы суд считает несостоятельными. В чем именно состоит техническая особенность работы такого программного обеспечения, не позволяющая своевременно выявить соответствующую задолженность, заявителем не указано. Сам по себе ввод в эксплуатацию программного обеспечения , на основании приказа ФНС России от 01.07.2019, не может считаться уважительной причиной пропуска срока обращения в суд с настоящим заявлением. Таким образом, суд не может признать приведенные заявителем в обоснование ходатайства о восстановлении пропущенного срока обстоятельства уважительными. В связи с изложенным ходатайство о восстановлении срока отклоняется судом. Как следствие, не подлежат удовлетворению и заявленные требования. Руководствуясь статьями 167-170, 216 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд решил: в удовлетворении заявленных требований
Истец, не согласившись с вынесенным решением, подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт. Доводы апелляционной жалобы сводятся к тому, что цель контракта не достигнута, программа для ЭВМ «CSB-System» (далее – программное обеспечение) использоваться истцом не могла, потребительскую ценность программное обеспечение в базовом функционале для ООО «Буше» не представляло. Истец, указывает, что целью заключенного между сторонами контракта являлась настройка пуско-наладка, внедрение и ввод в эксплуатацию программного обеспечения , права на которое должны были быть переданы обществу, то есть контракт являлся смешанным, соответствующие работы должны были быть выполнены ответчиком, а без достижения цели контракта программное обеспечение не представляло для истца потребительской ценности. Податель жалобы считает, что вина истца в невозможности выполнения работ по спорному контракту отсутствует, а уведомление со стороны ответчика о невозможности выполнения работ по контракту в нарушение пункта 2 статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствует. Кроме того,
числе и специализированных для отдельных видов работ, а также операционных систем различных разработчиков и правообладателей. По факту осмотра был составлен соответствующий акт, в котором она, М.Г.С. и Р.С.И. поставили свои подписи. Также данные системные блоки были опечатаны печатью «ОМВД России по <адрес>», на которых она и М.Г.С. поставили свои подписи, после чего осмотром места происшествия данные предметы были изъяты. Также у ФИО1 были изъяты предметы, при помощи которых он производил установку и ввод в эксплуатацию программного обеспечения , в том числе 9 оптических носителей, 2 флеш-карты, а также денежные средства в сумме 3 000 рублей, которые были преданы ему С.А.В. за произведенные им работы. В последующем она и М.Г.С. несколько раз приглашались оперуполномоченный ГЭБ и ПК ОМВД России по <адрес> для проведения отдельных мероприятий по изъятию видеозаписи с оборудования видео – фиксации, а также демонтажа жестких дисков из изъятых системных блоков, для дальнейшего направления их на исследования с целью
земельного налога в заявленном ко взысканию размере, неправильности его начисления, административным ответчиком не представлено. Возражений относительно наличия обязанности уплатить налог не представлено. Административное исковое заявление подано в суд по истечении установленного законом срока подачи административного иска. Разрешая вопрос о восстановлении пропущенного процессуального срока, суд принимает во внимание, что административным истцом, в установленный частью 2 статьи 48 Налогового кодекса РФ срок, предпринимались попытки обращения с заявлением о выдаче судебного приказа. Вместе с тем, ввод в эксплуатацию программного обеспечения не позволил административному истцу подать заявление о выдаче судебного приказа и административное исковое заявление в срок, что свидетельствует об уважительности причины пропуска срока обращения в суд. Анализируя вышеизложенные обстоятельства в совокупности с исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами, административные исковые требования ИФНС России по городу-курорту Анапа Краснодарского края к ФИО1 о взыскании задолженности по налогу и пени представляются суду правомерными и подлежащими удовлетворению в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи
