денежных средств. Обстоятельства данного спора и представленные доказательства были предметом рассмотрения судов. Довод заявителя о том, что согласование применения Тарифного руководства № 2 не свидетельствует о согласовании сторонами порядка и размера оплаты, был предметом рассмотрения судов и отклонен с указанием мотивов отклонения. Доводы заявителя фактически сводятся к несогласию с установленными по делу обстоятельствами и оценкой доказательств, были предметом рассмотрения судебных инстанций, получили надлежащую правовую оценку и обоснованно отклонены. Верховный Суд Российской Федерации как высшая судебная инстанция государства не обладает правомочиями переоценки доказательств, нового толкования условий договора, учитывая рассмотрения спора судами трех инстанций и реализации заявителем права на суд в указанных судебных инстанциях. При таких обстоятельствах доводы заявителя не могут служить основанием для передачи заявления на рассмотрение в порядке кассационного производства Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации, поскольку направлены на переоценку доказательств по делу и оспаривание выводов нижестоящих судов по обстоятельствам спора. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской
в отношении вышеуказанных сумм. Отказывая в удовлетворении заявления ОАО "Седьмой Континент" о перераспределении судебных расходов, суды исходили из того, что в указанной части решение суда от 27.01.2014 и постановление суда апелляционной инстанции от 14.04.2014 не отменены. Обстоятельства данного спора и представленные доказательства были предметом рассмотрения судов. Доводы заявителя, являлись предметом оценки при рассмотрении указанного дела по существу и отклонены с указанием мотивов отклонения. Кроме того, суд отмечает, что Верховный Суд Российской Федерации как высшая судебная инстанция страны рассматривает дела, связанные с наличием существенной судебной ошибки, которая привела к существенному ущемлению прав участников экономических отношений. Взыскание в сумме 4 тысячи рублей не может быть признано существенным для юридического лица в форме общества с ограниченной ответственностью. Доводы общества, изложенные в жалобе, не опровергают выводы судов, не подтверждают существенных нарушений судами норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, и в силу статьи 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не являются
Возражения, изложенные в кассационной жалобе, не опровергают выводов судебных инстанций. Несогласие заявителя с этими выводами судов и иное толкование им Методических рекомендаций по оформлению ОАО "РЖД" задержки вагонов, контейнеров в пути следования из-за неприема их железнодорожной станцией назначения по причинам, зависящим от грузополучателей, владельцев или пользователей железнодорожных путей необщего пользования, утвержденных распоряжением ОАО "РЖД", от 22.03.2012 № 558р, не свидетельствуют о неправильном применении их судами или допущенной ошибке. Верховный Суд Российской Федерации как высшая судебная инстанция государства не обладает правомочиями переоценки доказательств, нового толкования условий договора, учитывая рассмотрение спора судами трех инстанций и реализацию заявителем права на суд в указанных судебных инстанциях. При таких обстоятельствах доводы заявителя не могут служить основанием для передачи заявления на рассмотрение в порядке кассационного производства Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации, поскольку направлены на переоценку доказательств по делу и оспаривание выводов нижестоящих судов по обстоятельствам спора. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской
Возражения, изложенные в кассационной жалобе, не опровергают выводов судебных инстанций. Несогласие заявителя с этими выводами судов и иное толкование им Методических рекомендаций по оформлению ОАО "РЖД" задержки вагонов, контейнеров в пути следования из-за неприема их железнодорожной станцией назначения по причинам, зависящим от грузополучателей, владельцев или пользователей железнодорожных путей необщего пользования, утвержденных распоряжением ОАО "РЖД" от 22.03.2012 № 558р, не свидетельствуют о неправильном применении их судами или допущенной ошибке. Верховный Суд Российской Федерации как высшая судебная инстанция государства не обладает правомочиями переоценки доказательств, нового толкования условий договора, учитывая рассмотрения спора судами трех инстанций и реализации заявителем права на суд в указанных судебных инстанциях. При таких обстоятельствах доводы заявителя не могут служить основанием для передачи заявления на рассмотрение в порядке кассационного производства Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации, поскольку направлены на переоценку доказательств по делу и оспаривание выводов нижестоящих судов по обстоятельствам спора. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской
с этим выводом суда, посчитав, что буквальное содержание пункта 17 договора допускает начисление неустойки как за нарушение сроков выполнения обязательств по выполнению мероприятий, необходимых для осуществления технологического присоединения, так и за нарушение сроков внесения платы за технологическое присоединение, поскольку внесение платы является обязательством стороны договора. Проверив расчет неустойки и применив по ходатайству общества положения статьи 333 ГК РФ, апелляционный суд снизил ее до 468 275,47 руб. Суд округа согласился с выводами апелляционного суда. Высшая судебная инстанция согласилась с выводами судов о том, что в данном случае буквальное содержание пункта 17 договора допускает начисление неустойки как за нарушение сроков выполнения обязательств по технологическому присоединение, так и сроков выполнения обязательств по оплате, однако суды апелляционной инстанции и округа, расширительно истолковав условие пункта 17 договора, не учли, что ни действующее законодательство, ни условия договора не предусматривают начисление неустойки на авансовые платежи. Таким образом, в рамках дела № А62-434/2016 неустойка начислена на основании
другие обстоятельства, например наличие у него несовершеннолетних детей. Данный вывод соотносится с неоднократно выраженной Конституционным Судом Российской Федерации правовой позицией, в силу которой суды при рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, поскольку иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту оказывалось бы ущемленным (постановления от 06.06.1995 № 7-П, от 13.06.1996 № 14-П, от 27.10.2015 № 28-П и др.). Кроме того, высшая судебная инстанция обратила внимание на то, что ГК РФ, как следует из абзаца третьего пункта 3 его статьи 1252, допускает — при наличии определенных условий и с учетом характера и последствий нарушения — возможность снижения размера компенсации ниже предела, установленного подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 данного Кодекса, но не более чем до пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения. Пункт 3 статьи
25.08.2015 и постановлением Суда по интеллектуальным правам от 01.12.2015, в удовлетворении исковых требований было отказано. Определением Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2016 решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.04.2015, постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.08.2015 и постановление Суда по интеллектуальным правам от 01.12.2015 по настоящему делу отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, высшая судебная инстанция указала в частности, что выводы судов о невозможности установить, кем предлагаются к продаже модели транспортных средств, на которых размещены товарные знаки истца; о том, что изображения интернет- страниц, приложенные к протоколу нотариуса, не позволяют определить однозначно, нанесены или нет товарные знаки на предлагаемых к продаже моделях транспортных средств, сделаны вопреки позиции ответчика, который подтверждал в письменных отзывах факт размещения им предложения о продаже различных масштабных моделей транспортных средств. При этом, по мнению высшей
исключением лесных насаждений, предназначенных для обеспечения защиты земель от воздействия негативных (вредных) природных, антропогенных и техногенных явлений), на приусадебных земельных участках,.. . в лесопитомниках, питомниках плодовых, ягодных, декоративных и иных культур, а также ветровальные, буреломные, сухостойные деревья, если иное не предусмотрено специальными нормативными правовыми актами. Рубка указанных насаждений, а равно их уничтожение или повреждение при наличии к тому предусмотренных законом оснований могут быть квалифицированы как хищение либо уничтожение или повреждение имущества». Отмечает, что высшая судебная инстанция предлагает квалифицировать вырубку деревьев на участках земель сельхозназначения либо как хищение чужого имущества либо как уничтожение или повреждение чужого имущества лишь при условии наличия для каждого из указанных составов преступлений предусмотренных законом оснований. В рассматриваемом случае состав хищения отсутствует, так как нет социального признака предмета хищения - выделения деревьев из естественного природного состояния путем приложения человеческого труда. Кроме этого, высшая судебная инстанция говорит о лесных насаждениях, то есть искусственно (что следует из самого
года жалоба ФИО1 и ФИО2 на данное постановление безосновательно оставлена без удовлетворения. Так, постановлением Президиума Рязанского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ отказано в удовлетворении кассационного представления заместителя прокурора Рязанской области на постановление Железнодорожного районного суда г. Рязани от ДД.ММ.ГГГГ о признании незаконным и необоснованным постановления следователя СО ОМВД России по Железнодорожному району г. Рязани от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в удовлетворении ходатайства ФИО1 и ФИО2 об изменении их процессуального статуса по уголовному делу. Таким образом, высшая судебная инстанция Рязанской области признала незаконным постановление следователя об отказе в удовлетворении ходатайства ФИО1 и ФИО2 об изменении их процессуального статуса по уголовному делу. Суду первой инстанции при рассмотрении жалобы ФИО1 и ФИО2 об этом было известно, по одному делу не может быть два взаимоисключающих судебных решения. Поэтому постановление Железнодорожного районного суда г.Рязани от 24 сентября 2018 года, которым жалоба ФИО1 и ФИО2 на постановление начальника СО ОМВД России по Железнодорожному району г.Рязани ФИО6 от
Камчатского края с ходатайством о снятии ареста с указанного нежилого помещения, рассмотрев которое принято вышеуказанное решение. В апелляционной жалобе заявитель ФИО1, не соглашаясь с постановлением, просит его отменить и снять арест с нежилого помещения. В обоснование доводов ссылается на судебную практику Конституционного Суда РФ, Верховного Суда РФ и Арбитражных судов округов. Указывает, что в соответствии с позицией Верховного Суда РФ аресты, наложенные в рамках уголовного дела, должны быть сняты уполномоченным лицом. Таким образом, высшая судебная инстанция подтвердила невозможность «автоматического» снятия ареста, наложенного в уголовном деле в отношении имущества должника. Полагает, что введение процедуры конкурсного производства не изменяет порядок снятия установленных ограничений в рамках процедур, предусмотренных уголовно-процессуальным законом. Считает, что вывод суда, что для снятия ареста, наложенного в рамках уголовного дела, самого по себе решения о признании должника банкротом недостаточно, является необоснованным. Указывает, что финансовому управляющему наложенный арест на нежилое помещение, не дает возможности распорядиться денежными средствами полученных в результате
взыскателя в исполнительном производстве. В действующем законодательстве нет соответствующей нормы. Верховный Суд определил, что собственностью исполнительных документов о взыскании алиментов является периодический характер платежей. Судьи Верховного Суда РФ заключили, что нижестоящие суды неправильно толковали законодательство, делая вывод о том, что выплаты задолженности по алиментам в пользу родителя прекращается после достижения ребенком 18 лет. В данном же случае взыскивается задолженность по алиментам за прошлые годы, а новые алименты по достижении ребенком совершеннолетия не начисляются. Высшая судебная инстанция подчеркнула, что родитель, содержавший ребенка самостоятельно, фактически нес расходы второго родителя, который не исполнял свою обязанность по содержанию детей. С этой позиции первый родитель имеет право на компенсацию своих затрат. Верховный Суд определил, что взыскание задолженности по алиментам за предыдущие годы носит компенсационный характер, поскольку долг образовался тогда, когда дети были несовершеннолетними. Таким образом, исковые требования к ФИО4 по алиментным обязательствам может предъявить только ФИО6. Кроме этого по существу исковых требований ФИО5 объяснила,
вывод о нарушении им срока исполнения ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ № исх-09-83999, установленного генерал-лейтенантом внутренней службы ФИО16, заместителем директора ФИО8, до ДД.ММ.ГГГГ, который начальник У ФИО8 по КБР полковник внутренней службы ФИО17 перенес на ДД.ММ.ГГГГ (пункт 1.6.1. протокола оперативного совещания у начальника ФИО6 по КБР от ДД.ММ.ГГГГ №-С). В соответствии с пунктом 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» высшая судебная инстанция разъяснила, суд, являясь органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1,2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и
