Защита прав лизингополучателя - гражданское законодательство и судебные прецеденты

повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Указанных оснований по результатам изучения судебных актов, принятых по делу, и доводов кассационной жалобы заявителей не установлено. Принимая обжалуемые судебные акты, суды, руководствуясь положениями статей 395, 450.1, 625, 665 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)», разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в дело доказательства, проверив расчеты сальдо встречных обязательств, пришли к выводу, что по договорам финансовой аренды (лизинга) от 03.10.2016 № 234/16-У, 235/16-У, 236/16-У, 237/16-У, 238/16-У и 239/16-У, завершающая обязанность лизингодателя в пользу лизингополучателя составляет в общейсумме 5 962 697 руб. 21 коп., в

договором выкупного лизинга» и необходимость расчета сальдо встречных обязательств при расторжении договора лизинга, учитывая, что о взыскании неосновательного обогащения путем расчета сальдо встречных обязательств общество при рассмотрении спора не заявляло, не принимало мер к досудебному урегулированию спора по указанным основаниям, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об избрании обществом ненадлежащего способа защиты нарушенного права. Суд округа поддержал выводы суда апелляционной инстанции, оставив принятый им судебный акт без изменения. В кассационной жалобе предприниматель выражает несогласие с принятыми судами апелляционной и кассационной инстанции судебными актами, отмечая, что договор лизинга со стороны лизингодателя исполнен не в полном объеме, предмет лизинга лизингополучателю не передан, в том числе и после его получения в фактическое владение и пользование, в связи с чем, по мнению заявителя жалобы, обязанность лизингополучателя по выплате лизинговых платежей не возникла. В подтверждение указанного довода, предприниматель указывает, что изъятие предмета лизинга происходило не у общества, а у ООО «СТИ-Агро» и на его

стоимость предмета лизинга. При этом, поскольку лизингополучатель уступил обществу «Правовая Защита Лизингополучателя» по договору от 05.06.2018 № 05/06-28/18-ДУ 50% права требования с ответчика неосновательного обогащения по договорам финансовой аренды (лизинга), включая любые прочие денежные средства, установленный размер сальдо встречных обязательств и начисленные на сумму долга проценты за пользование чужими денежными средствами подлежат взысканию с ответчика в соответствующей пропорции. Суд округа согласился с выводами судов первой и апелляционной инстанций. Доводы кассационной жалобы не подтверждают нарушений судами норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, направлены на переоценку обстоятельств дела, не являются основанием для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации. Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья Верховного Суда Российской Федерации о п р е д е л и л: отказать обществам с ограниченной ответственностью «Правовая Защита Лизингополучателя » и «Менуа» в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в

осуществлена в судебном порядке при рассмотрении настоящего иска. Кроме того, апелляционный суд указал, что судебной защите подлежит нарушенный материально-правовой интерес, тогда как предъявление настоящего иска направлено на преодоление судебных актов по делу № А40-198735/16, что не относится к материальному интересу. Суд округа признал правильными выводы судов обеих инстанций относительно характеристики и оценки оспариваемого договора аренды, как несоответствующего требованиям закона, однако не согласился с выводами об отсутствии оснований для удовлетворения иска в связи со следующим. В соответствии со статьей 10 Закона о лизинге права и обязанности сторон договора лизинга регулируются гражданским законодательством Российской Федерации, настоящим Федеральным законом и договором лизинга. В силу статьи 665 ГК РФ по своей правовой природе договор лизинга является разновидностью договора аренды. Из пункта 1 статьи 8 Закона о лизинге следует, что сублизинг представляет собой вид поднайма предмета лизинга, при котором лизингополучатель по договору лизинга передает третьим лицам (лизингополучателям по договору сублизинга) во владение и в пользование

Верховного Суда Российской Федерации судебных актов в порядке кассационного производства являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 291.11 Кодекса). Изучив материалы истребованного дела и обжалуемые судебные акты, ознакомившись с доводами заявителя, суд не находит оснований к передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации. Как следует из материалов дела, заявитель и должник заключили договор поручительства от 29.05.2007 № 2007/П-326, по условиям которого должник отвечает перед заявителем за неисполнение ООО «Югпром» (далее – лизингополучатель ) своих обязательств по уплате любого из лизинговых платежей в соответствии с договором финансовой аренды (лизинга) от 14.06.2007 № 2007/С-3660. В силу пункта 1.2 договора поручитель и лизингополучатель несут солидарную ответственность перед заявителем.

заседание не обеспечил, иск не оспорил, отзыв на исковое заявление не представил. С учетом положений статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд проводит судебное заседание в отсутствие представителя ответчика. В судебном заседании представитель истца требования подтвердил по основаниям, изложенным в исковом заявлении, суду пояснил, что ответчик поставил товар ненадлежащего качества, в связи с чего у истца на основании пункта 2 статьи 475 Гражданского кодекса РФ, возникло право отказаться от договора. Полагает, что защита прав лизингополучателя в виде требования о расторжении договора поставки в связи с поставкой некачественного товара, не зависит от согласия лизингодателя на расторжение такого договора. Третье лицо считает требования не подлежащими удовлетворению, суду пояснил, что у истца отсутствует право расторгать договор с поставщиком без согласия лизингодателя. Ссылается на положения статьи 670 Гражданского кодекса РФ. Суд, выслушав стороны, изучив материалы дела, считает требования не обоснованными и не подлежащими удовлетворению. Как следует из материалов дела, между ООО «Балтийский

от исполнения договора лизинга и изъятие предмета лизинга сами по себе не свидетельствуют о наличии оснований для признания отказа недействительным по правилам пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. По основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, недействительными могут быть признаны условия договора лизинга (соглашения о его расторжении), ущемляющие лизингополучателя в праве на получение сальдо встречных предоставлений по договору. Таким образом, как верно указано судами, законодательством предусмотрен специальный порядок защиты прав лизингополучателя , в том числе находящегося в процедуре банкротства, посредством определения сальдо встречных обязательств сторон такого договора (пункта 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга»). Судом первой инстанции, верно отмечена противоречивость позиции конкурсного управляющего, поскольку в случае, если он полагает недействительным расторжение договоров лизинга, последствием недействительности сделки является восстановление сторон в первоначальное положение, т.е. передача по договорам лизинга имущества должнику с

продавца. По общему правилу в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии. Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного (пункт 2 Постановления № 17). Законодательством предусмотрен специальный порядок защиты прав лизингополучателя , в том числе, находящегося в процедуре банкротства, посредством определения сальдо встречных обязательств сторон такого договора (пункт 3 постановления Пленума № 17). В отношении определения равноценности встречных предоставлений при расторжении договора выкупного лизинга в пункте 3 Постановления № 17 указано, что расторжение договора, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то,

лизинга право собственности на предмет лизинга у нее не возникло. Право лизингодателя до момента перехода права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю распоряжаться предметом лизинга прямо предусмотрено законом. Сторона истца в обоснование своих требований ссылается на положения части 1 статьи 617 Гражданского кодекса РФ согласно которой переход права собственности (хозяйственного ведения, оперативного управления, пожизненного наследуемого владения) на сданное в аренду имущество к другому лицу не является основанием для изменения или расторжения договора аренды. Защита права лизингополучателя на владение и пользование предметом лизинга на основании положений части 1 статьи 617 ГК РФ реализуется в рамках срока действия договора лизинга. По его окончании она применению не подлежит. Достоверных сведений о том, на какую сумму были внесены платежи во исполнение договора лизинга, в материалах дела нет. Сторона истца утверждает, что во исполнение договора уплачено 1 337 979 руб., указывает, что после марта 2015 года платежи не вносились. Таким образом, существенные условия договора

в защите принадлежащего ему права полностью или частично. По мнению суда отчуждение спорного автомобиля от ООО «Прометей Сервис», где единственным участником общества является ФИО2 к физическому лицу ФИО2 является злоупотребление правом, направленное на не добросовестное осуществление своих прав под основой Закона «О защите прав потребителей», так как данный закон содержит более строгие компенсационные требования и значительно освобождает потребителя от доказывания тех обстоятельств, на которые истец ссылается, так как данный участник гражданских правоотношений является менее защищенной стороной в гражданских правоотношениях. Также необходимо отметить, что как договор лизинга, так и договор купли-продажи спорного транспортного средства, заключенные между ООО «Автобиография «Пулково», АО «Лизинговая компания «Европлан» (лизингодатель) и ООО «Прометей Сервис» (лизингополучатель ) были заключены от имени ООО «Прометей Сервис» директором ФИО2 Согласно паспорту транспортного средства в органах ГИБДД оно было зарегистрирована за АО «Лизинговая компания «Европлан» ДД.ММ.ГГГГ и содержатся сведения о наличии ограничений в связи с договором лизинга», после приобретения ООО «Прометей Сервис»

2019 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано. Указанное решение обжаловано представителем истца ФИО1 – В.Г.ПБ. на предмет отмены по мотиву незаконности и необоснованности. В апелляционной жалобе указывается на то, что к спорным правоотношениям подлежат применению положения Закона Российской федерации «О защите прав потребителей». Изучив материалы дела, выслушав объяснения истца ФИО1 и ее представителя ФИО2, поддержавших апелляционную жалобу, возражения представителя ответчика ООО «Пионер-Лизинг» К.А.ВБ., проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему. Как следует из материалов дела, 23 августа 2016 года между ООО «Пионер-Лизинг» (лизингодатель) и ФИО1 (лизингополучатель ) был заключен договор лизинга № <........>, по условиям которого ООО «Пионер-Лизинг» инвестирует денежные средства и приобретает в свою собственность у ФИО1 квартиру № <........> в доме № <........> по <........>, которая предоставляется Ч.Е.ОБ. за плату во временное владение и пользование

– оставить без удовлетворения». Заслушав доклад судьи Морозовой И.Ю., выслушав объяснения представителя истца ФИО5, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, возражения относительно доводов жалобы представителя ответчика общества с ограниченной ответственностью «Севертранс» ФИО6, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда установила: ФИО4 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Севертранс» (далее – ООО «Севертранс») о защите прав потребителей. В обоснование заявленных требований истец указала, что 19 марта 2015 г. между ней и ОАО «ВЭБ-лизинг» заключен договор лизинга № Р15-03579-ДЛ, в соответствии с которым лизингодатель ОАО «ВЭБ-лизинг» обязуется приобрести в собственность у выбранного лизингополучателем продавца ООО «Севертранс» имущество, которое обязуется предоставить ФИО4 во временное владение и пользование с правом последующего приобретения права собственности. Общая сумма по договору составила 3 975043 рубля 95 копеек. Указанная сумма была выплачена полностью и в срок. 19 марта 2015 г. между ООО «Севертранс» и ОАО «ВЭБ-лизинг» был заключен договор купли-продажи № Р15-03579ДКП автомобиля Kia КН

Из содержания приведенных норм следует, что к компетенции АНО «Фонд защиты вкладчиков» не отнесены вопросы реструктуризации (списания) задолженности, возникшей из договоров финансового лизинга. Статьей 11 ГК РФ закреплено право заинтересованного лица на судебную защиту нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов. Право подлежит защите в судебном порядке при наличии на то оснований и отсутствии установленного законом внесудебного порядка защиты права. Согласно ст. 624 ГК РФ и ст.19 ФЗ "О лизинге" в договор финансовой аренды может быть включено дополнительное условие о переходе по данному договору права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю . Такой договор следует рассматривать как смешанный (п. 3 ст. 421 ГК РФ), содержащий в себе элементы договора финансовой аренды и договора купли-продажи. К отношениям сторон по выкупу предмета лизинга применяются нормы ГК РФ, регулирующие куплю-продажу. В Постановлении Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга" под договором выкупного лизинга