Гражданский кодекс часть 1

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Луговой Ю.Б., судей: Демченко С.Н., Казаковой Г.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Наниковым Д.А., рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Ставропольского края от 20.09.2021 по делу № А63-9142/2021 по иску общества с ограниченной ответственностью «Франчайзинг Групп», г. Волжский (ОГРН <***>, ИНН <***>), к индивидуальному предпринимателю ФИО1, с. Курсавка (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав, при участии в судебном заседании представителя общества с ограниченной ответственностью «Франчайзинг Групп» - Деяния Ю.Б. (по доверенности от 26.05.2021), представителя индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО2 (по доверенности от 05.11.2021),

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Франчайзинг Групп» (далее – истец, ООО «Франчайзинг Групп», общество) обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик, ИП ФИО1, предприниматель) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки: № 658956, № 675331, № 675862 в размере 600 000 руб.

Решением Арбитражного суда Ставропольского края от 20.09.2021 исковые требования удовлетворены в полном объеме. Суд пришел к выводу о неправомерном использовании предпринимателем спорных товарных знаков, принадлежащих обществу и наличию оснований для взыскания суммы компенсации.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ИП ФИО1 обратилась в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просила решение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении исковых требований отказать.

Податель жалобы ссылается на необоснованность вывода суда об отсутствии у ответчика законных оснований для использования товарных знаков. По мнению апеллянта, суд не учел, что согласие истца на использование товарных знаков подтверждено письмом № 18 от 19.08.2020, которое свидетельствует о фактических правоотношениях по договору коммерческой цессии. Предприниматель также ссылается на нарушение норм процессуального права ввиду отсутствия его извещения о начавшемся судебном процессе.

В отзыве на апелляционную жалобу общество просило оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Определением суда от 21.12.2021 рассмотрение дела откладывалось в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена 22.12.2021 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на общедоступных сайтах http://arbitr.ru// в разделе «Картотека арбитражных дел» и Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда http://16aas.arbitr.ru в соответствии положениями статьи 121 АПК РФ и с этого момента является общедоступной.

В судебном заседании представители сторон поддержали позиции относительно доводов жалобы и отзыва, также дали пояснения по обстоятельствам спора.

В судебном заседании 08.02.2022 объявлялся перерыв до 10.02.2022 в порядке статьи 163 АПК РФ.

Об объявлении перерыва, лица, участвующие в деле, уведомлены в соответствии с пунктом 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках» путем размещения сведений в информационном сервисе «Календарь судебных заседаний» на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы.

Выслушав пояснения представителей сторон, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва, исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в деле доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что в удовлетворении апелляционной жалобы предпринимателя следует отказать.

Материалами дела установлено, что ООО «Франчайзинг Групп» принадлежит исключительное право на следующие товарные знаки (том 1, л. д. 10 – 44):

- «Просто.Чисто.», зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 06.06.2018, номер регистрации 658956, приоритет от 15.08.2017, в отношении услуг 37 класса Международной классификации товаров и услуг (далее МКТУ), свидетельство № 658956;

- «Лейка», зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 13.10.2018, номер регистрации 675331, приоритет от 15.08.2017, в отношении услуг 37 класса МКТУ, свидетельство № 675331;

- «Лейка», зарегистрированный в Государственном реестре торговых знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 17.10.2018, номер регистрации 675862, приоритет от 15.08.2017, в отношении услуг 37 класса МКТУ, свидетельство № 675862.

В период с 2019 по 2020 годы между ООО «Франчайзинг Групп» (правообладатель) и ИП ФИО1 (пользователь) предпринимались меры по согласованию контракта франчайзинга (коммерческой концессии), предметом которого являлось предоставление ответчику права использования комплекса исключительных прав на мойке самообслуживания по адресу: <...> включающего:

1. Товарный знак по свидетельству № 658956 «Просто.Чисто.».

2. Товарный знак по свидетельству № 675331 «Лейка».

3. Товарный знак по свидетельству № 675862 «Лейка».

4. Дизайн оформления мойки самообслуживания «Лейка».

5. Дизайн оформления рекламных материалов.

6. Фирменные шрифты и цвета, являющиеся результатом интеллектуальной деятельности правообладателя.

7. Сведения, составляющие секрет производства (ноу-хау) правообладателя и содержащиеся в следующей документации: документ «Руководство по управлению объектом (предприятием)», документ «Методика подбора, адаптации, обучения и оценки персонала», документ «Финансово-экономическая модель».

Направленный в адрес предпринимателя проект договора подписан последним, однако оригинал подписанного договора не направлен истцу для заключения его в установленной законом форме. Сведений об обратном материалы дела не содержат.

Таким образом, договор между сторонами подписан не был (том 1, л. д. 22 – 40).

19.08.2020 письмом № 18 ООО «Франчайзинг групп» уведомило ИП ФИО1 о необходимости предоставления правообладателю оригинала подписанного договора для государственной регистрации предоставленного права (том 1, л. <...>).

Поскольку данные требования предпринимателем исполнены не были, 07.10.2020 истец направил ответчику досудебную претензию с требованием о прекращении использования товарных знаков: №№ 658956, 675331, 675862 и выплате компенсации за нарушение исключительных прав (том 1, л. д. 48 - 53).

Поскольку досудебный порядок урегулирования спора не привел его разрешению, ООО «Франчйзинг Групп» обратилось в арбитражный суд.

В силу пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются в том числе произведения науки, литературы и искусства; товарные знаки и знаки обслуживания.

Интеллектуальная собственность охраняется законом (пункт 2 статьи 1225 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается этим кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ правом на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 того же кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака, в том числе, на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Пунктом 3 той же статьи предусмотрено, что никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

По смыслу статьи 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Исходя из положений части 1 статьи 65 АПК РФ, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 154, 162 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 10), в предмет доказывания по требованию о защите права на результат интеллектуальной деятельности и на средство индивидуализации входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации или обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых средство индивидуализации зарегистрировано, или однородных товаров (услуг), одним из способов, предусмотренных пунктом 2 статьи 1270 ГК РФ и пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ. В свою очередь ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании наименования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор по существу.

Материалами дела установлено и сторонами не оспаривается принадлежность ООО «Франчайзинг Групп» исключительных прав на товарные знаки: № 658956, № 675331, № 675862.

Факт принадлежности предпринимателю автомобильной мойки самообслуживания, расположенной по адресу: <...>, подтвержден чеками об оплате услуг, и не оспаривается сторонами (том 1, л. д. 77 - 78).

В кассовом чеке содержатся сведения о продавце товара, дате расчета и стоимости услуг. При этом данные сведения являются достаточными для того, чтобы идентифицировать лицо, реализовавшее спорный товар, и принадлежность автомойки предпринимателю.

23.09.2020, 25.09.2020, 09.10.2020, 15.03.2021 ООО «Франчайзинг Групп» установлено незаконное использование товарных знаков при оказании услуг мытья транспортных средств, в том числе с использованием оборудования самообслуживания, и иных аналогичных услуг на автомобильной мойке самообслуживания, расположенной по адресу: <...>. Факт использования ответчиком товарных знаков истца подтверждается фото и видеоматериалами по результатам съемок (том 1, между л. д. 9 – 10).

Видио-съемкой зафиксирована работа автомобильной мойки самообслуживания по адресу: <...>, с использованием товарных знаков «Просто.Чисто.», «Лейка», дизайном оформления мойки самообслуживания «Лейка», принадлежащих обществу.

На представленной истцом видеозаписи последовательность видеоряда не нарушена, поэтому оснований считать данную видеозапись поддельной или не соответствующей статьям 67 - 68 АПК РФ не усматривается.

Исходя из анализа положений статей 12, 14 ГК РФ, пункта 2 статьи 64 АПК РФ, видеосъемка при фиксации факта использования товарных знаков является соразмерным и допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств (абзац 3 пункт 55 постановления Пленума № 10).

О фальсификации доказательств (видеозаписи, кассовых чеков) предпринимателем в ходе рассмотрения дела не заявлено.

Довод ответчика, что представленная истцом видеосъемка является ненадлежащим доказательством, поскольку произведена неустановленным лицом, не имеющим на то полномочий, отклоняется.

В соответствии с частью 2 статьи 64 АПК РФ в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Согласно части 4 статьи 71 АПК РФ каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. При этом по смыслу части 2 этой же статьи следует, что каждое доказательство оценивается в отдельности, а достаточность доказательств определяется их совокупностью.

Исходя из анализа норм статей 12, 14 ГК РФ, пункта 2 статьи 64 АПК РФ осуществление видеосъемки при фиксации факта использования товарных знаков является соразмерным и допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств. При этом данная видеосъемка проводилась истцом в целях защиты нарушенного права в рамках гражданско-правовых отношений.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о нарушении действиями ответчика исключительных прав общества на указанные выше объекты исключительных прав.

Ссылки подателя жалобы на факт оплаты использование товарных знаков со ссылкой на платежные поручения, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Как следует из содержания платежных поручений, истец в период с мая 2020 года по август 2020 года произвел несколько платежей в пользу ответчика с назначениями платежа: оплата по агентскому договору № 922 от 29.04.2020 (том 2, л. д. 19 – 22).

Указанные платежи не связаны с исполнением договора коммерческой концессии. При этом они осуществлены в рамках возникших между сторонами агентских отношений по агентскому договору № 922 от 29.04.2020 (том 2, л. д. 47 – 64).

Судом установлено, что помимо деятельности по реализации франшизы (договоров коммерческой концессии) общество предлагает владельцам автомобильных моек самообслуживания и традиционных автомобильных моек подключить свои объекты к мобильному приложению «ЛЕЙКА», то есть обеспечить техническую возможность оплаты пользователями мобильного приложения «ЛЕЙКА» услуг автомобильной мойки с использованием мобильного приложения таким образом, чтобы денежные средства поступали на счета истца и последний, после вычета агентского вознаграждения (комиссии), возвращал полученные от пользователей денежные средства владельцу мойки.

Данная услуга освобождает владельца мойки от необходимости приобретения оборудования по приему платежей и осуществления кассовых операций с пользователями.

Агентские договоры заключаются с любыми автомобильными мойками, в том числе не обозначенных товарными знаками «ЛЕЙКА» и «ПРОСТО.ЧИСТО.»

Таким образом, агентские договоры, заключаемые истцом, представляют собой отдельную сделку по предоставлению комплекса услуг финансового и технического характера и не связаны с договором коммерческой цессии.

Довод апеллянта о том, что между сторонами согласовано использование спорных товарных знаков, отклоняется.

В соответствии с пунктом 1 статьи 160 ГК РФ ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Согласно пункту 2 статьи 162 ГК РФ в случаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон, несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность.

Согласно пункту 1 статьи 1028 ГК РФ договор коммерческой концессии должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы договора влечет его недействительность.

Кроме того, как следует из пункта 2 статьи 1028 ГК РФ, предоставление права использования в предпринимательской деятельности пользователя комплекса принадлежащих правообладателю исключительных прав по договору коммерческой концессии подлежит государственной регистрации в федеральном органе исполнительной власти по интеллектуальной собственности. При несоблюдении требования о государственной регистрации предоставление права использования считается несостоявшимся.

Поскольку контракт франчайзинга (коммерческой концессии) № 11 от 10.02.2020 не заключен сторонами, а предоставление права использования в предпринимательской деятельности пользователя комплекса принадлежащих правообладателю исключительных прав по договору коммерческой концессии не зарегистрировано в федеральном органе исполнительной власти по интеллектуальной собственности, предоставление права использования комплекса исключительных нрав по такому контракту считается несостоявшимся.

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ, в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Статьей 1301 ГК РФ предусмотрено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

Аналогичное по сути правило закреплено в пункте 4 статьи 1515 ГК РФ применительно к защите нарушенного исключительного права на товарный знак.

В силу положений пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 постановления Пленума № 10, размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации.

Обществом к взысканию предъявлена компенсация за незаконное использование трех товарных знаков в размере 600 000 руб. (по 200 000 руб. за каждый объект).

В обоснование суммы компенсации истец ссылается на следующие обстоятельства.

В соответствие с типовыми коммерческим условиями, определенными истцом в предложении о заключении договоров коммерческой концессии на сайте https://leykаfranchise.com/ паушальный взнос, то есть единовременный взнос за открытие одной автомобильной мойки самообслуживания под товарными знаками истца составляет 300 000 рублей.

В соответствие с типовыми коммерческим условиями, определенными истцом в предложении о заключении договоров коммерческой концессии на сайте httпs://leykаfranchise.соm/ роялти, то есть ежемесячный платеж за каждую автомобильную мойку самообслуживания под товарными знаками истца составляет 3,5 % от выручки мойки с 4-тый по 12-тый месяцы работы, с 13-того месяца - 50%.

Истец не располагает сведениями о выручке ответчика за период с февраля 2020 года (период согласования контракта и начало использования товарных знаков истца) по апрель 202l года (период прекращения незаконного использования товарных знаком истца). Однако при сравнимых обстоятельствах, размер роялти (ежемесячных платежей), которые ответчику надлежало бы уплатить истцу в период с февраля 2020 года по апрель 202l года составил бы свыше 500 000 руб.

То есть, при сравнимых обстоятельствах, размер роялти (ежемесячного платежа) только с выручки от реализации услуг МСО «ЛЕЙКА» через мобильное приложение, составил бы:

1) для первого владельца МСО «ЛЕЙКА» - 150 517 руб. 91 коп.:

за февраль 2020 года - апрель 2020 года - 0 рублей (0%);

за май 2020 года – январь 2021 года - 2 866 053 руб. х 3,5% = 100 311 руб. 86 коп.;

за февраль 202l года - апрель 202l года – 1 004 121 руб. х 5% = 50 206 руб. 05 коп.

2) для второго владельца МСО «ЛЕЙКА» - 395 753 руб. 73 коп.:

за февраль 2020 года - апрель 2020 года - 0 рублей (0%);

за май 2020 года - январь 2021 года - 7 l79 508 руб. х 3,5 % = 251 282 руб. 78 коп.;

за февраль 202l - апрель 202l года - 2 889 419 руб. х 5 % = l44 471 руб.

Данный расчет учитывает только часть выручки третьих лиц, пользователей товарных знаков «ЛЕЙКА», и является минимальным.

Своими незаконными действиями истец не только нарушил исключительные права истца на товарные знаки и другие результаты интеллектуальной деятельности, но и причинил ущерб репутации истца и его товарных знаков, поскольку потребители услуг ответчика ассоциируют автомобильную мойку самообслуживания по адресу <...>, с мойками «ЛЕЙКА», при этом, получая услуги ненадлежащего качества и объема, о чем свидетельствует отрицательные отзывы потребителей и низкие оценки качества предоставляемых услуг, что следует из сервисов 2ГИС (оценка 1, 4 из 5) - https://2qis.ru/stavropolifirm/7000000 l042687l 9Oitablreviews?m=4l .909867%2С44.99967 и сервисов Яндекс (оценка 4, 1 из 5) https://yandex.ru/maps/orgiIeyka/72679802.

При этом компенсация за незаконное использование товарных знаков носит санкционную функцию, а именно привлечение нарушителя к материальной ответственности за незаконное и недобросовесное поведение - нарушение интеллектуальных прав и причинение ущерба репутации истца, а также потребительскому отношению к его товарным знакам, поскольку потребители услуг ответчика ассоциировали автомобильную мойку самообслуживания по адресу: <...>., с мойками «ЛЕЙКА».

Поскольку ответчик ходатайство о снижении компенсации в суде первой инстанции не заявлял, соответствующих доказательств в его обоснование не представлял, вывод суда первой инстанции о правомерности заявленных исковых требований на сумму 600 000 руб. является обоснованным.

Довод ответчика о прекращении использования товарных знаков истца с сентября 2020 года отклоняется как противоречащий материалам фото и видеосъемки в 2020 и 2021 годах.

Вопреки доводам апелляционной жалобы истцом приложены доказательства отправки как претензии, так и искового заявления в адрес предпринимателя, а именно почтовые квитанции от 07.11.2019 и 17.09.2020 (материалы электронного дела).

Более того, под претензионным или иным досудебным порядком урегулирования спора понимается одна из форм защиты гражданских прав, которая заключается в попытке урегулирования спорных вопросов непосредственно между предполагаемыми кредитором и должником по обязательству до передачи дела в арбитражный суд.

Целями установления претензионного порядка является побуждение сторон конфликта к его разрешению мирно, без обращения в суд, с сохранением между сторонами партнерских отношений. Помимо указанного целями данной досудебной процедуры принято рассматривать и экономию средств и времени сторон. При этом досудебный порядок не должен являться препятствием защиты лицом своих прав в судебном порядке.

С учетом изложенного формальные препятствия для признания соблюденным претензионного порядка урегулирования спора не должны автоматически влечь оставление заявления без рассмотрения по пункту 2 части 1 статьи 148 АПК РФ. Суд должен исходить из реальной возможности урегулирования конфликта между сторонами в таком порядке.

В рассматриваемом случае из материалов дела не усматривается намерение ответчика добровольно и оперативно урегулировать возникший спор во внесудебном порядке как после получения претензии, так и после получения иска, поэтому оставление иска без рассмотрения привело бы к необоснованному затягиванию разрешения возникшего спора и ущемлению прав одной из его сторон.

При таких обстоятельствах оснований для оставления иска без рассмотрения не усматривается.

Доказательств наличия со стороны истца злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ) ответчиком в дело также не представлено.

Основания полагать, что обращаясь с настоящим иском, истец злоупотребляет правом, у суда отсутствуют, поскольку защита нарушенных исключительных прав на товарный знак и объекты авторского права путем подачи иска в арбитражный суд не может рассматриваться как злоупотребление правом; доказательств того, что истец действует исключительно с целью причинить вред ответчику, в деле не имеется.

Довод апеллянта о том, что он не был извещен о начавшемся судебном процессе, в связи с чем не имел возможности предоставить свои возражения, отклоняется за необоснованностью.

Согласно части 1 статьи 153 АПК РФ разбирательство дела осуществляется в судебном заседании арбитражного суда с обязательным извещением лиц, участвующих в деле, о времени и месте заседания.

Статьей 121 АПК РФ установлено, что лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса извещаются арбитражным судом о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, о времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия путем направления копии судебного акта в порядке, установленном названным Кодексом, не позднее чем за пятнадцать дней до начала судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия, если иное не предусмотрено этим Кодексом.

Информация о принятии искового заявления или заявления к производству, о времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия размещается арбитражным судом на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» не позднее чем за пятнадцать дней до начала судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия, если иное не предусмотрено указанным Кодексом.

В соответствии с абзацем 2 части 4 статьи 121 АПК РФ судебные извещения, адресованные гражданам, в том числе индивидуальным предпринимателям, направляются по месту их жительства. При этом место жительства индивидуального предпринимателя определяется на основании выписки из единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей.

В силу пункта 3 части 4 статьи 123 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если копия судебного акта не вручена в связи с отсутствием адресата по указанному адресу, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд с указанием источника данной информации.

В случае, если место нахождения или место жительства ответчика неизвестно, надлежащим извещением считается направление извещения по последнему известному месту нахождения или месту жительства ответчика (часть 5 статьи 123 АПК РФ).

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума № 25) разъяснено, что по смыслу пункта 1 статьи 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ).

С учетом положения пункта 2 статьи 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, осуществляющему предпринимательскую деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, или юридическому лицу, направляется по адресу, указанному соответственно в едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей или в едином государственном реестре юридических лиц либо по адресу, указанному самим индивидуальным предпринимателем или юридическим лицом.

При этом необходимо учитывать, что гражданин, индивидуальный предприниматель или юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзацах первом и втором настоящего пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Гражданин, сообщивший кредиторам, а также другим лицам сведения об ином месте своего жительства, несет риск вызванных этим последствий (пункт 1 статьи 20 ГК РФ).

Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.

Как установлено судом апелляционной инстанции, копия судебного акта о принятии заявления к производству направлена ответчику по адресу, указанному в Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей (далее – ЕГРИН): <...>, и получена им 29.06.2021, о чем свидетельствует почтовое уведомление о вручении судебной корреспонденции (том 1, л. д. 81).

Таким образом, предприниматель считается извещенным надлежащим образом о времени, дате и месте рассмотрения данного дела.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Суд апелляционной инстанции признает решение Арбитражного суда Ставропольского края от 20.09.2021 по делу № А63-9142/2021 законным и обоснованным.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно статье 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ответчика, но взысканию в доход федерального бюджета не подлежат, поскольку уплачены при обращении в суд.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 269, 271, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ставропольского края от 20.09.2021 по делу № А63-9142/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

Ю.Б. Луговая

С.Н. Демченко

Г.В. Казакова