3 пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве конкурсный управляющий может быть отстранен арбитражным судом от исполнения своих обязанностей как на основании ходатайства собрания кредиторов (комитета кредиторов) в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на конкурсного управляющего обязанностей, так и в связи с удовлетворением арбитражным судом жалобы лица, участвующего в деле о банкротстве, на неисполнение или ненадлежащее исполнение конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей при условии, что такое неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей нарушило права или законные интересы заявителя жалобы, а также повлекло или могло повлечь за собой убытки должника либо его кредиторов . Разрешая спор, суды обоснованно исходили из того, что основанием для удовлетворения ходатайства об отстранении конкурсного управляющего могут являться лишь существенные нарушения; отстранение конкурсного управляющего применяется только тогда, когда управляющий показал свою неспособность к надлежащему ведению конкурсного производства. Аналогичная правовая позиция изложена в пункте 10 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150
которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. В соответствии с положениями частей 1 и 2 статьи 405 указанного кодекса должник, просрочивший исполнение, отвечает перед кредитором за убытки, причиненные просрочкой, и за последствия случайно наступившей во время просрочки невозможности исполнения. Если вследствие просрочки должника исполнение утратило интерес для кредитора, он может отказаться от принятия исполнения и требовать возмещения убытков. Если неисполнение или ненадлежащее исполнение должником договора повлекло его досрочное прекращение и кредитор заключил взамен его аналогичный договор, кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и ценой на сопоставимые товары, работы или услуги по условиям договора, заключенного взамен прекращенного договора (пункт 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если кредитор не заключил аналогичный договор взамен прекращенного договора, но в отношении предусмотренного прекращенным договором исполнения имеется текущая цена на сопоставимые товары,
руб. и отказать в иске. В обоснование поданной по делу кассационной жалобы Предприятие ссылается на неправильное применение судебными инстанциями норм материального и процессуального права, не полное выяснение обстоятельств, имеющих существенное значение для дела. Судебными инстанциями не учтено следующее: задолженность предприятий АПК подлежала переоформлению в задолженность Минфину России под гарантии субъекта федерации, а затем под гарантии муниципального образования, платежные поручения подтверждают исполнение обязанности субъекту федерации, а не Минфину России, Финансовое управление как гарант произвело исполнение ненадлежащему кредитору , задолженность по централизованным кредитам имеют еще 4 субъекта предпринимательства, а не только Предприятие, возложение бремени уплаты за всех должников на Предприятие является неправомерным, к моменту рассмотрения дела задолженность Предприятия списана на 90%. Финансовое управление в отзыве на кассационную жалобу просило оставить судебные акты без изменения, поскольку задолженность признана Предприятием в рамках дела о банкротстве, задолженность перед государством переоформлена под гарантию района, по мировому соглашению Предприятие обязалось оплатить задолженность именно району, Финансовым управлением
апелляционной инстанции. Как верно указал суд первой инстанции, на момент перечисления спорных денежных средств ответчик уже уступил право требования к истцу, вытекающее из договора, что свидетельствует о прекращении гражданско-правовых отношений между истцом и ответчиком, однако, не указывает на прекращение самого обязательства по оплате выполненных работ, учитывая, что при перечислении денежных средств истец имел целью исполнить обязательства по Договору. Таким образом, в данном случае, имело место не перечисление денежных средств по несуществующему обязательству, а исполнение ненадлежащему кредитору - ООО «Северный трест Петрозаводск», следовательно, основания, предусмотренные пунктом 4 статьи 1109 ГК РФ, отсутствуют. Указанная позиция также отражена в Определении ВАС РФ от 02.08.2012 № ВАС-10222/12, в котором указано, что перечисление ответчиком денежных средств на расчетный счет первоначального кредитора вопреки уведомлению о состоявшейся уступке права требования долга, в силу пункта 3 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается исполнением надлежащему кредитору и может служить основанием самостоятельного иска о взыскании суммы неосновательного
таких доказательств не представил, в связи с чем довод жалобы о невозможности уступки, поскольку личность кредитора имеет существенное значение для должника, также подлежит отклонению. Довод о недействительности уступки ввиду того, что первоначальный кредитор из обязательства не выбывает со ссылкой на пункт 3.2. договоров, следует отклонить, поскольку указанный пункт договоров содержит ссылку на пункт 2.2, предусматривающий обязанность Цедента по уведомлению должника. Стороны вправе оговорить ответственность Цедента за все неблагоприятные последствия такого неуведомления (в частности, исполнение ненадлежащему кредитору ), что не свидетельствует о недействительности самой уступки. Довод о допущенных процессуальных нарушениях, в том числе о непроведении судом первой инстанции предварительного судебного заседания, что не позволило ответчику заявить встречное требование о признании договоров уступки требования недействительными (ничтожными), также подлежит отклонению, поскольку спор о взыскании неосновательного обогащения судом рассмотрен, решение вступило в законную силу. Заявление о правопреемстве подано на стадии исполнения судебного акта, в связи с чем отсутствуют процессуальные основания для проведения досудебной
Федерации, если иное не предусмотрено соглашением сторон и не вытекает из обычаев делового оборота или существа обязательства, должник вправе при исполнении обязательства потребовать доказательств того, что исполнение принимается самим кредитором или управомоченным им на это лицом, и несет риск последствий непредъявления такого требования. Поскольку соглашением от 22.11.2012 договор на оказание между истцом и третьим лицом расторгнут, у ФИО1 отсутствовали полномочия на получения денежных средств Ответчик, не проверив полномочия лица, требовавшего исполнения обязательства, произвел исполнение ненадлежащему кредитору , перечислив денежные средства в сумме 108 152,90 руб. по платежным поручениям № 4252 от 27.03.2013, № 4251 от 27.03.2013. Однако перечисление оплаты третьему лицу, в отсутствие у него полномочий на предоставление интересов истца, не свидетельствует о надлежащем исполнении обязательства ответчиком. Учитывая, что доказательств надлежащего исполнения ответчиком обязательств в материалы дела не представлено, судом первой инстанции правомерно удовлетворены исковые требования ФГУП ГОССМЭП МВД России о взыскании долга в сумме 108 152,90 руб. Истцом
относительно статуса управляющей организации (л.д.158-175). Вместе с тем полномочия товарищества собственников жилья, определенные статьей 137-138 Жилищного кодекса Российской Федерации, в том числе, касающиеся представления законных интересов собственников помещений, ограничены вопросами защиты имущества, относящегося к общей собственности. Законодатель не наделял товарищество полномочиями по законному представительству имущественных интересов собственников, иных, нежели определены статьями 137-138 Жилищного кодекса Российской Федерации. Уплата частью собственников помещений платежей организации, чей выбор в качестве управляющей организации впоследствии признан недействительным, может означать исполнение ненадлежащему кредитору . Однако само по себе это обстоятельство не наделяет товарищество собственников жилья, полагающего себя надлежащим кредитором по соответствующему временному периоду и утверждающему об оказании соответствующих коммунальных услуг и услуг по содержанию дома, правом отыскивать денежные средства собственников, уплаченные ненадлежащему кредитору. Указанные денежные средства никогда не поступали на счет товарищества собственников жилья, не стали его собственностью в юридическом смысле и не могут быть признаны имуществом товарищества, неосновательно приобретенным ответчиком. Потерпевшими в смысле пункта 1
не является закладной и не подлежит выдаче первоначальному залогодержателю. Должник по обеспечиваемому ипотекой обязательству, являясь одним из эмитентов закладной (или единственным, когда он - и залогодатель), исходя из требований ст. 142 ГК РФ (осуществление прав по ценной бумаге возможно только при ее предъявлении) в принципе должен потребовать при исполнении обязательства (в том числе при производстве промежуточных платежей) представления закладной, даже если она будет находиться у первоначального залогодержателя. В противном случае, он рискует произвести исполнение ненадлежащему кредитору , поскольку в соответствии с п. 6 ст. 17 Закона об ипотеке обязанное по закладной лицо вправе отказать предъявителю закладной в осуществлении им прав по закладной в случаях, если: предъявленная закладная недействительна в связи с ее утратой законным владельцем и выдачей дубликата закладной либо в связи с нарушением порядка выдачи закладной или ее дубликата, за которое обязанные по ним лица не отвечают. Указывает на то, что в данном случае, кроме имеющихся нарушений при
финансовых обязательств является зачисление денежных средств на корреспондентский счет банка исполнителя. В параграфе 11 договора указаны юридические адреса и банковские реквизиты сторон. Согласно договора исполнитель ИП ФИО1 имеет открытый счет в ООО «Хакасский муниципальный банк» г. Абакан. Как следует из представленной стороной истца выписки по лицевому счету в данном банке, никаких поступлений за спорный период ни от ФИО2, ни от ООО «Группа Компаний – Сибирский ресурс» не было. Следовательно, со стороны должника было исполнение ненадлежащему кредитору , а потому суд не может принять данное исполнение в счет обязательств перед истцом. Требование истца о взыскании пени за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 479696,28 руб. также подлежит удовлетворению. В пункте 4.2 договора поручительства стороны предусмотрели взыскание пени за ненадлежащее исполнение обязательств по договору. При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что с ответчиков в солидарном порядке подлежит взысканию пени в размере 479696,28 руб., исходя из следующего расчета:
суд обязан отразить в решении. Суд первой инстанции дал подробный и всесторонний анализ совокупности представленных в дело доказательств, соблюдая при этом указанные процессуальные правила оценки доказательств, и пришел к выводу о том, что ФИО1 в соответствии с условиями кредитного договора вносила платежи по кредиту ООО МКК «Горно-Алтайское кредитное агентство». Прекращение правоотношений между банком и указанным платежным агентом в отсутствие осведомленности об этом заемщика не может повлечь квалификацию ее действий по внесению платежей как исполнение ненадлежащему кредитору . Суд апелляционной инстанции дал подробную и всестороннюю оценку доводам апелляционной жалобы истца. Таким образом, обжалуемые судебные акты содержат выводы, которые соответствуют установленным судами обстоятельствам дела, нарушений норм материального права и процессуального права, в том числе при оценке доказательств, не допущено. Наличие существенных нарушений норм процессуального права, дающих основание для пересмотра судебных актов в кассационном порядке, при изучении материалов дела не установлено. Несогласие заявителя с выводами судов, основанными на оценке доказательств, само по
об уступке права требования страховой премии от 8 апреля 2019 г., в связи с чем взыскание данной суммы обоснованно признано судом апелляционной инстанции соответствующим положениям указанной нормы процессуального права, принимая во внимание и то обстоятельство, что определение суда о производстве правопреемства по делу ответчиком обжаловано не было, ФИО1 был допущен к участию в деле как новый кредитор на основании признанного судом и не оспоренного ответчиком соглашения об уступке права, в связи с чем исполнение ненадлежащему кредитору не давало оснований для отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 Согласно разъяснениям, приведенным в п.22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" в соответствии с пунктом 3 статьи 382 ГК РФ исполнение, совершенное должником первоначальному кредитору до момента получения уведомления об уступке, считается предоставленным надлежащему лицу. В этом случае новый кредитор вправе
силу ст.168 ГК РФ (в редакции, действовавшей до 1.09.2013 г.), самостоятельным основанием ничтожности договора субаренды. При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что истицы вправе требовать с ПАО «ФСК ЕЭС» неосновательно сбереженную плату за пользование частью их земельного участка за период с ДД.ММ.ГГГГ Осуществление названным ответчиком платежа за пользование тем же земельным участком по ничтожному в соответствующей части договору субаренды не является основанием для прекращения кондикционного обязательства, т.к. представляет собой исполнение ненадлежащему кредитору . Также судом правильно установлено, что основания для удовлетворения требования истиц к ФИО10 отсутствуют, поскольку последняя не осуществляла пользование принадлежащим истицам земельным участком. Получение ею платы от ПАО «ФСК ЕЭС» за пользование частью земельного участка, принадлежащего истицам, влечет возникновение у нее обязательств не перед истицами, а перед ПАО «ФСК ЕЭС». В обоснование размера неосновательного обогащения, истцами предоставлен отчет индивидуального предпринимателя ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ № (т.1, л.д. 141-240), согласно которого рыночная ставка арендной платы
