Статья 4 Обучение в Университете ведется на русском языке с обязательным преподаванием киргизского языка , а также на иностранных языках, для использования которых в образовательном процессе создаются соответствующие условия.
Статья 15 Одна Сторона обеспечивает в соответствии с законодательством своего государства образовательные потребности постоянно проживающих на территории ее государства граждан государства другой Стороны прежде всего путем создания условий для получения образования соответственно на русском и киргизском языках . Одна Сторона в соответствии с законодательством своего государства гарантирует постоянно проживающим на территории ее государства гражданам государства другой Стороны равные со своими гражданами права на образование. Порядок и условия реализации этих прав определяются соглашениями между заинтересованными министерствами, ведомствами, организациями и учреждениями государств Сторон.
Статья 14 Стороны содействуют созданию филиалов образовательных учреждений высшего профессионального образования Российской Федерации в Киргизской Республике и филиалов образовательных учреждений высшего профессионального образования Киргизской Республики в Российской Федерации, а также созданию образовательных учреждений совместного ведения. Стороны содействуют на взаимной основе изучению языков, истории, литературы и культуры обоих государств и с этой целью способствуют развитию обмена научными и научно-педагогическими работниками в области изучения русского и киргизского языков и литературы, а также учебно-методическими пособиями и материалами. Каждая из Сторон создает условия для проведения языковых и страноведческих курсов и семинаров, повышения квалификации соответствующих специалистов, а также использует возможности телевидения и радиовещания для изучения языка и культуры государства другой Стороны.
Статья 13 Стороны поощряют создание общеобразовательных учреждений, классов и отделений в образовательных учреждениях с обучением на русском языке в Киргизской Республике и на киргизском языке в Российской Федерации в соответствии с законодательством каждого из государств Сторон, а также создают условия для подготовки кадров, развития материально-технической базы, разработки и издания учебников и иной учебно-методической литературы для этих учреждений. Киргизская Сторона создает условия для углубленного изучения русского языка в системе образования Киргизской Республики.
мнению ответчика, являются объяснения ФИО6, ФИО4, Протокол от 06.04.2009г. об административном правонарушении. ФИО6 был опрошен должностным лицом Управления Федеральной миграционной службы России по Нижегородской области ФИО9 25 марта 2009г., из объяснения следует, что ФИО6 прибыл в Нижегородскую область на заработки 12.02.2009г., а приступил к работе у Байрам Али Паши с 17.02.2009г. в качестве грузчика на складе, заработная плата составляет семь тысяч рублей в месяц. Однако, в судебное заседание заявителем представлено объяснение ФИО6, данное на киргизском языке с заверенным переводом на русский язык, из которого следует, что ФИО6 устроился на работу к предпринимателю ФИО4 23.03.2009г. и в этот же день был оформлен трудовой договор, русский язык не знает, читать и писать не умеет, подписал бумаги, побоявшись за последствия, но что в них написано, не понял, ФИО6 был опрошен ФИО9 в качестве свидетеля. Однако суду он не был заявлен в качестве свидетеля ни одной из сторон, в судебном заседании допрошен не был,
В обоснование апелляционной жалобы ООО Птицефабрика «Индюшкино» указывает, что для привлечения общества к административной ответственности по части 1 статьи 18.15 КоАП РФ необходимо доказать факт привлечения к трудовой деятельности конкретного иностранного гражданина - гражданина Кыргызстана Максуда уулу Бобур. Заявитель в апелляционной жалобе ссылается на то, что событие вменяемого ООО Птицефабрика «Индюшкино» административного правонарушения подтверждается только объяснениями иностранного гражданина, которые не могут являться допустимыми доказательствами, поскольку отсутствуют доказательства того, что переводчик (ФИО1) владел русским и киргизским языками , имел образование переводчика либо навыки, необходимые для перевода. Иные документы (протокол осмотра территории от 09.12.2013; акт проверки от 12.12.2013 № 125, протокол об административном правонарушении АА № 102 от 24.01.2014) не доказывают факта привлечения иностранного гражданина к трудовой деятельности, так как указанный факт установлен только исходя из объяснений иностранного гражданина. Кроме того, общество в апелляционной жалобе ссылается на отсутствие в протоколе осмотра территории от 09.12.2013 и в акте проверки от 12.12.2013 № 125
привлечения Предпринимателем к трудовой деятельности гражданина Кыргызстана ФИО4 Шумкарбека с 17.02.2009, а также ранее даты заключения Предпринимателем с ним трудового договора от 23.03.2009. ИП ФИО3 представил в Управление уведомление о привлечении к трудовой деятельности ФИО4 Шумкарбека 26.03.2009. При таких обстоятельствах суды сделали правильный вывод об отсутствии в действиях ИП ФИО3 события административного правонарушения. Объяснения ФИО4 Шумкарбека, полученные должностным лицом Управления 25.03.2009, и объяснения того же лица от 04.05.2009, представленные в суд первой инстанции на киргизском языке с заверенным переводом на русский язык, были предметом исследования суда первой инстанции наряду с другими доказательствами по делу и им дана правовая оценка. Доводы, приведенные в жалобе, сводятся к иной оценке представленных доказательств, что в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Нормы материального права применены судами первой и апелляционной инстанций правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса
доказанности административным органом наличия в действиях ООО ПФ «Индюшкино» объективной стороны административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 1 статьи 18.15 КоАП Российской Федерации. Заявитель кассационной жалобы считает недоказанным административным органом факт привлечения обществом к трудовой деятельности в Российской Федерации названного иностранного гражданина и, соответственно, совершения вмененного обществу административного правонарушения ввиду того, что событие нарушения подтверждается только объяснениями этого иностранного гражданина, для дачи которых привлекался переводчик, в отношении которого отсутствуют доказательства владения русским и киргизскимязыками ; все иные доказательства также основаны на недопустимом доказательстве – объяснении иностранного гражданина. Данные доводы проверены и не могут быть приняты судом кассационной инстанции как несоответствующие установленным судами фактическим обстоятельствам дела. Суд апелляционной инстанции согласился с доводами общества о том, что объяснение гражданина Кыргызстана ФИО3 Куранбека дано при отсутствии доказательств того, что переводчик, привлеченный административным органом для получения объяснений указанного лица, владел русским и таджикским языками, имел образование переводчика либо навыки, необходимые для перевода.
в суд, указано, что 24 апреля 2013г. Управлением Федеральной миграционной службы России по Республики Бурятия вынесено постановление по делу об административном правонарушении, которым предприниматель привлечен к административной ответственности по части 1 статьи 18.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, однако названным постановлением состав совершенного правонарушения не установлен, его вина не доказана. В судебном заседании представитель предпринимателя заявил, что в ходе административного расследования по делу в отношении ФИО1 были допущены процессуальные нарушения. Предприниматель является носителем киргизского языка , поэтому не в достаточной степени владеет русским языком для общения в правовом поле, однако, ему не было разъяснено право общения через переводчика и переводчик в ходе процедуры привлечения к административной ответственности ему предоставлен не был. Просит отменить постановление по делу об административном правонарушении от 24.04.2013 г. о привлечении к административной ответственности предпринимателя ФИО1 Представитель ответчика возражали против заявленных требований. Считают оспариваемое постановление законным и обоснованным. Процессуальные права предпринимателя в ходе административного расследования по
постановлением уголовное дело в отношении ФИО1 возвращено прокурору Куртамышского района для устранений нарушений уголовно-процессуального закона. В апелляционном представлении прокурор Куртамышского района Дикарев А.Н. просит постановление отменить в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в нем, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом и существенным нарушением уголовно-процессуального закона. В подготовительной части судебного заседания суд в соответствии со ст. 265 УПК РФ установил факт вручения копии обвинительного заключения обвиняемой, при этом вопрос о том, переведена ли она на киргизский язык не выяснялся; на какие-либо нарушения прав обвиняемой стороной защиты не указывалось. Не дана оценка тому, что по делу фактически окончено судебное следствие, исследованы доказательства как стороны обвинения, так и стороны защиты, в начале судебного заседания ФИО1 поясняла, что предъявленное ей обвинение понятно, по которому она давала показания, участвовала в исследовании доказательств. Все действия проводились в присутствии защитника и переводчика, однако стороной защиты заявлено ходатайство о нарушенных правах ФИО1 только в конце судебного следствия, что
п. «а,з», ст. 163 ч. 2 п. «а,в» УК РФ, возвращено прокурору для устранения препятствий рассмотрения его судом. Государственный обвинитель ЛИСИЦИНА А.А. не согласилась с таким постановлением. В апелляционном представлении просит об отмене судебного решения, приводя доводы в пользу того, что выводы суда не основы на норме закона. Указывает, что суд в своем постановлении сослался на то, что обвинительное заключение, составленное на русском языке и копии обвинительного заключенного, переведенного на родной язык осужденных ( киргизский язык ), не совпадают. Между тем копии обвинительного заключения на русском и киргизском языках обвиняемые получили, а недостатки, свзязанные, с несоответствием содержания обвинительных заключений на двух разных языках, не могут приравниваться к невручению копии обвинительного заключения обвиняемому и быть основанием для возвращения дела прокурору, поскольку данные недостатки могут быть устранены в судебном заседании. Обвинительное заключение на русском языке составлено в соответствии с УПК РФ. В этой связи автор представления просит отменить постановление суда, дело направить
суда от 14.08.2019 года уголовное дело возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом. Заместитель городского прокурора Захаров А.В. в апелляционном представлении просит постановление суда отменить, а уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в ином составе суда. Указывает, что суд необоснованно вернул уголовное дело прокурору в связи с нарушением права обвиняемых пользоваться родным языком при производстве по делу в ходе всего предварительного следствия. Указывает, что следователь при принятии решения о назначении переводчика на киргизский язык по уголовному делу исходил из волеизъявления самих обвиняемых, которое отражено в протоколах следственных действий, при этом им строго были соблюдены требования уголовно- процессуального закона и право обвиняемых на защиту не нарушено. Проверив материалы уголовного дела и обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции находит постановление суда подлежащим отмене. Основанием для возвращения уголовного дела прокурору, по мнению суда, послужило нарушение права обвиняемых пользоваться родным языком при производстве по делу, вследствие чего было нарушено их право
суд города Липецка 31.07.2020 года, подсудно Советскому районному суду г. Липецка. Предварительное слушание назначено по ходатайству обвиняемого ФИО2, который при ознакомлении с материалами уголовного дела заявил ходатайство о назначении предварительного слушания, о рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей, о рассмотрении уголовного дела коллегией из трех судей. В судебном заседании судом на обсуждение сторон был поставлен вопрос о необходимости возвращения уголовного дела прокурору, в связи с тем, что обвинительное заключение, переведенное надлежащим образом на киргизский язык , вручено обвиняемым не было. Обвиняемые ФИО2 и ФИО1 и их защитники просили вернуть уголовное дело прокурору, указали, что обвинительное заключение, переведенное должным образом на киргизский язык, вручено им не было. Из пояснений переводчика в полном объеме заключение не соответствует тексту обвинительного заключения на русском языке. Прокурор Мелещенко Т.В. возражала против возвращения уголовного дела прокурору, полагала, что обвинительное заключение переведено на киргизский язык должным образом. Нарушение права на защиту обвиняемых не имеется. Выслушав мнение
