Конституционный суд защита прав человека - гражданское законодательство и судебные прецеденты

человека и основных свобод, Российская Федерация признала ipso facto и без специального соглашения юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случаях их предполагаемого нарушения Российской Федерацией (статья 1 Федерального закона от 30 марта 1998 года N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней"). Следовательно, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 5 февраля 2007 года N 2-П, не только Конвенция о защите прав человека и основных свобод, но и решения Европейского Суда по правам человека - в той части, в какой ими, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права, дается толкование содержания закрепленных в Конвенции прав и свобод, включая право на доступ к суду и справедливое правосудие, - являются составной частью российской правовой системы, а потому должны учитываться федеральным законодателем при регулировании общественных отношений и правоприменительными органами при

основанные на данной Конвенции постановления Европейского Суда по правам человека, вынесенные по жалобам против России, в отношении участвующих в деле лиц. Конституционный Суд Российской Федерации в своей практике придерживается подхода, направленного на неуклонное исполнение постановлений Европейского Суда по правам человека, даже если они основаны на применении методов "эволютивного толкования", "приоритета существа над формой" и др., которые могут повлечь за собой отступление от ранее выработанных им же позиций. О признании Конституционным Судом Российской Федерации того, что Конвенция о защите прав человека и основных свобод является, по выражению Европейского Суда по правам человека, "живым инструментом", призванным учитывать объективные изменения в сфере защиты прав и свобод, свидетельствует поиск вариантов исполнения постановления Европейского Суда по правам человека от 4 июля 2013 года по делу "Анчугов и Гладков против России" (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 19 апреля 2016 года N 12-П), а также фактический пересмотр Конституционным Судом Российской Федерации правовых позиций о невозможности

защиту, Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно подчеркивал, что судебная защита прав и свобод предполагает в том числе обжалование в суд решений и действий (бездействия) любых государственных органов, включая судебные, а потому отсутствие возможности пересмотреть ошибочный судебный акт не согласуется с универсальным правилом эффективного восстановления в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости, умаляет и ограничивает данное право. При этом институциональные и процедурные условия пересмотра ошибочных судебных актов во всяком случае должны отвечать требованиям процессуальной экономии в использовании средств судебной защиты, прозрачности осуществления правосудия, исключать затягивание или необоснованное возобновление судебного разбирательства и тем самым обеспечивать справедливость судебного решения и вместе с тем правовую определенность, включая признание законной силы судебных решений, их неопровержимости (res judicata), без чего недостижим баланс публично-правовых и частноправовых интересов (постановления от 2 февраля 1996 года N 4-П, от 3 февраля 1998 года N 5-П, от 5 февраля 2007 года N 2-П и др.). Европейский Суд по правам человека в

выводами судов согласиться нельзя, так как они являются ошибочными, основанными на неправильном применении норм материального права. В силу верховенства и прямого действия Конституции Российской Федерации (часть 2 статьи 4, статьи 15 и 120) в судебной практике должно обеспечиваться конституционное истолкование подлежащих применению правовых норм. Суд общей юрисдикции, исходя из названных принципов, при рассмотрении конкретного дела должен уяснить конституционный смысл выбранной нормы и применить ее именно в этом - конституционном - смысле. В соответствии с положениями Конституции Российской Федерации граждане Российской Федерации имеют право обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления (статья 33). Конституция Российской Федерации гарантирует государственную защиту прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации. При этом каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статья 45). Согласно статье 46 каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод; решения и действия (бездействие) органов государственной

бесплатной юридической помощи может приобретать конституционное значение в тех случаях, когда обусловленная привлечением к такой ответственности степень реального вторжения в конституционные права и свободы данного лица сопоставима с мерами уголовно-правового воздействия (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 5 февраля 2015 г. № 236-0). Конституционным Судом Российской Федерации отмечалось, что административные правонарушения в области дорожного движения носят массовый характер и в силу конкретных обстоятельств таких дел, непредоставление адвоката непосредственно на этапе привлечения к административной ответственности (т.е. составления протокола и вынесения постановления по делу об административном правонарушении) не нарушает конституционные права граждан, поскольку в указанных случаях граждане не лишены возможности обратиться к помощи адвоката для защиты своих прав в суде (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2015 г. № 1536-0). Материалы дела свидетельствуют о том, что требования статей 25.1, 25.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в ходе производства по настоящему делу об административном правонарушении соблюдены. При возбуждении дела

административной ответственности во многом предопределяется тем, что большинство административных правонарушений - в сравнении с запрещенными уголовным законом деяниями - представляют собой деяния, которые характеризуются невысокой степенью общественной опасности, влекут менее строгие меры ответственности и имеют для граждан не столь значительные негативные последствия, но при этом носят массовый характер. Исходя из этих особенностей, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 16 июня 2009 года № 9-П применительно к производству по делам об административных правонарушениях отметил, что федеральный законодатель вправе определять пределы целесообразности публичного преследования таким образом, чтобы обеспечить наряду с эффективной государственной, в том числе судебной, защитой прав граждан процессуальную экономию, оперативность при рассмотрении дел и профилактику правонарушений (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19 июля 2016 года № 1473-0) С момента возбуждения дела об административном правонарушении ФИО1 разъяснено, что в соответствии со статьей 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях он вправе знакомиться со всеми материалами дела об административном

членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, обеспечения указанным лицам нормальных условий существования и гарантий их социально-экономических прав. В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 N 456-О разъяснено, что положения статьи 446 ГПК РФ, запрещающие обращать взыскание не на любое принадлежащее должнику жилое помещение, а лишь на то, которое является для него единственным пригодным для проживания, направлены на защиту конституционного права на жилище не только самого должника, но и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, а также на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует статья 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав в соответствии со статьей 25 Всеобщей декларации прав человека . Таким образом, жилое помещение может быть исключено из конкурсной массы при наличии следующих условий: - жилое помещение принадлежит гражданину-должнику на праве собственности; гражданин-должник и члены

привлечено к административной ответственности, не означает, что возбуждение дела об административном правонарушении и применение к обществу меры обеспечения производства по делу не являлись законными Конституционный Суд Российской Федерации указал, что сам по себе факт вынесения постановления о прекращении производства по делу об административном правонарушении, возбужденного на основании определения об административном правонарушении, не может служить основанием для признания действий органа, его вынесшего, противоправными. В рамках требований истца вина должностного лица (в форме умысла, либо неосторожности) судом общей юрисдикции установлена не была, как не было установлено и то, что у должностного лица отсутствовали основания для составления протокола об административном правонарушении в отношении общества. То есть материалы дела свидетельствуют о том, что действия главного специалиста эксперта Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Кемеровской области по составлению протокола об административном нарушении судами общей юрисдикции в установленном порядке незаконными не признаны, а прекращение производства по делу об

с оцениваемыми товарами по условиям поставки, объему ввозимых товаров, техническим характеристикам товаров. Не согласившись с указанными действиями таможни по проведению проверки документов и сведений по жалобе, Общество обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением. Суд апелляционной инстанции считает правильными по существу выводы суда первой инстанции о незаконности оспариваемых действий, исходя из следующего. Как указано в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июля 2012 года № 19-П, в Российской Федерации как демократическом, правовом и социальном государстве человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанностью государства; каждый гражданин Российской Федерации обладает на ее территории всеми правами и свободами и несет равные обязанности, предусмотренные Конституцией Российской Федерации (статья 1, часть 1; статья 2; статья 6, часть 2; статья 7). Исходя из этого в Российской Федерации права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются на основе принципа равенства

(юридического лица) и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от административных правонарушений; иное - в силу конституционного запрета дискриминации и выраженных в Конституции Российской Федерации идей справедливости и гуманизма - было бы несовместимо с принципом индивидуализации ответственности за административные правонарушения (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 3-П, от ДД.ММ.ГГГГ N 5-П, от ДД.ММ.ГГГГ N 8-П, от ДД.ММ.ГГГГ N 15-П, от ДД.ММ.ГГГГ N 1-П и др.).С учетом конкретных обстоятельств настоящего дела назначение ФИО1 административного наказания в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации не согласуется со сведениями о его личности, а также противоречит требованиям статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.Принимая во внимание выраженную в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1-П и от ДД.ММ.ГГГГ N 4-П правовую позицию о возможности с учетом конкретных обстоятельств дела назначения лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, административного наказания,

(юридического лица) и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от административных правонарушений; иное - в силу конституционного запрета дискриминации и выраженных в Конституции Российской Федерации идей справедливости и гуманизма - было бы несовместимо с принципом индивидуализации ответственности за административные правонарушения (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 3-П, от ДД.ММ.ГГГГ N 5-П, от ДД.ММ.ГГГГ N 8-П, от ДД.ММ.ГГГГ N 15-П, от ДД.ММ.ГГГГ N 1-П и др.).С учетом конкретных обстоятельств настоящего дела назначение ФИО1 административного наказания в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации не согласуется со сведениями о его личности, а также противоречит требованиям статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.Принимая во внимание выраженную в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1-П и от ДД.ММ.ГГГГ N 4-П правовую позицию о возможности с учетом конкретных обстоятельств дела назначения лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, административного наказания,