Срок исковой давности в части требований о признании несостоявшимся перехода прав и обязанностей по всем договорам процентного займа, за исключением договора от 19.01.2015 № 2015/01-01, не может исчисляться с 04.03.2015, поскольку договоры займа были заключены позже указанной даты. Судами не дана оценка тому факту, что после выхода 17.12.2014 ООО «Ле'мур» из состава участников ООО «Макоер» ФИО2 18.12.2014, перераспределив себе 60% доли юридического лица, стал единственным участником хозяйствующего субъекта. Как только ФИО2 получил полный контроль над активами , ему для их вывода понадобилось искусственно сформировать задолженность. В целях искусственного формировании задолженности ООО «Макоер» перед ФИО2 и перераспределения в пользу последнего доходов Общества были заключены оспариваемые договоры займа, которые обладают признаками как сделок с заинтересованностью, так и крупных сделок. Заключение договоров займа в период деятельности незаконно реорганизованного ООО «Макоер» повлекло необоснованное формирование кредиторской задолженности, ухудшающее финансовое положение должника. Сделки по займу являются несостоявшимися в силу статьи 60.2 Гражданского кодекса. Признание несостоявшимся
дела пришли к правильным выводам об отсутствии оснований для признания недействительными оспариваемых сделок. Судами учитывалось, что удовлетворение заявления финансового управляющего не способно восстановить права кредиторов должника (чьи интересы, исходя из целей процедур банкротства, признаются более значимыми и могли бы подлежать судебной защите), поскольку их требования признаны погашенными. Стремление самого должника посредством оспаривания сделок, ранее скрывавшего их существование от финансового управляющего и кредиторов на протяжении всего периода рассмотрения настоящего дела, восстановить вероятно утраченный юридический контроль над активами не отвечает целям потребительского банкротства. Выводы судов соответствуют нормам права, оснований для переоценки этих выводов не имеется. Нарушений норм материального и (или) процессуального права, которые бы повлияли на исход судебного разбирательства, по доводам кассационных жалоб не установлено. Оснований для передачи кассационных жалоб на рассмотрение в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации не имеется. На основании изложенного и руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил: отказать финансовому управляющему имуществом
которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Между тем таких оснований по результатам изучения судебных актов, принятых по делу, и доводов кассационной жалобы не установлено. Разрешая спор, суд первой инстанции оценил представленные по делу доказательства, руководствовался положениями статей 61.11, 61.14 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и, по сути, исходил из того, что неразумное бездействие ФИО1, не обеспечившего надлежащий контроль над активами должника и лицом, имевшим доверенность, явилось причиной банкротства. С данными выводами суда первой инстанции согласился окружной суд. Изложенные в кассационной жалобе доводы не свидетельствуют о наличии существенных нарушений норм материального права и (или) процессуального права и не могут служить достаточными основаниями для передачи жалобы на рассмотрение судебной коллегии. Руководствуясь статьей 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья о п р е д е л и л : отказать в передаче кассационной жалобы для
которая также является представителем должника (Дело № А56-85873/2020), и кредитора - ООО «Байкал логистика» (Дело № А45-20970/2021, №А19- 18326/2020, №А19-18439/2020, №А19- 18439/2020 и т.д.) и еще нескольких кредиторов. Требования ООО «Байкал Логистика» заявлены и в рамках настоящего дела, впоследствии уступлены ФИО13 – бывшему руководителю Общества по договору уступки прав. Как следует из пояснений конкурсного управляющего, ФИО5 в обществе корпоративный конфликт, требования многих кредиторов в рамках данного дела заявлены с одной целью - сохранить контроль над активом в виде прав требований к ООО «ТрансАвто» для участия в распределении конкурсной массы и контроля процедуры банкротства. С учетом анализа совокупности обстоятельств, суд первой инстанции обосновано пришел к выводу, о наличии фактической заинтересованности должника с ИП ФИО4 Утверждения подателя жалобы об обратном, судом апелляционной инстанции отклоняются. Критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством, так как к заинтересованным лицам должника
от 08.11.2021 в иске отказано. Не согласившись с решением суда первой инстанции, истец обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение норм материального права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, просил решение отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. В обоснование доводов апелляционной жалобы истец ссылается на аффилированность цессионария и цедента в рамках спорного договора уступки права требования. По мнению подателя жалобы, контроль над активом (правом требования) фактически сохранился у одного и того же лица – ФИО3 (лица, контролирующего цедента и цессионария), в связи с чем, суд первой инстанции пришел к неправомерному выводу об отсутствии оснований для признания спорной сделки мнимой. Кроме того, истец считает, что судом первой инстанции ненадлежащим образом исследовался вопрос об оплате уступаемого права требования: между ответчиками произведен зачет встречных исковых требований на сумму 2 993 000 руб. 00 коп. Податель жалобы полагает, что договор
конкурсном производстве ООО «Байкал Логистика» ФИО5 занимал должность начальника обособленного подразделения - технико-коммерческого терминала. По сведениям из ЕФРСБ ФИО5 также являлся контактным лицом, осуществляющим продажу имущества ООО «Байкал Логистика». Требования ООО «Байкал Логистика» заявлены и в рамках настоящего дела, впоследствии уступлены ФИО6 - бывшему руководителю общества по договору уступки прав. Как следует из пояснений конкурсного управляющего в обществе корпоративный конфликт, требования многих кредиторов в рамках данного дела заявлены с одной целью - сохранить контроль над активом в виде прав требований к ООО «ТрансАвто» для участия в распределении конкурсной массы и контроля процедуры банкротства. В судебном заседании 17.05.2022 по делу № А45-20970/2021 свидетель ФИО8 указывала, что фактически руководство ООО «ТрансАвто» и управление сотрудниками и рас- четным счетом осуществлял ФИО5, сотрудники ООО «Байкал Логистика», ООО «ТрансАвто» находились в одном офисном помещении под руководством ФИО5 Доводы ИП ФИО2 о том, что незаключенный договор юридических услуг нельзя признать мнимым, она никогда не являлась
дарения доли в уставном капитале, по которому он безвозмездно передал брату ФИО3 доли в уставном капитале ООО «Еленваара» в размере 95%. Истец считает данную сделку не соответствующей требованиям законности, мнимой, совершенной с противоправной целью, поскольку: она совершена в период наличия у ФИО2 значительного объема неисполненных обязательств; непосредственно после обращения в суд ФИО1 с иском о взыскании задолженности; отчуждение доли осуществлено безвозмездно в отношении близкого родственника; несмотря на формальное отчуждение доли, фактически ФИО2 сохранил контроль над активом , оставшись директором предприятия; ООО «Еленваара» является фактически действующим предприятием. Истец полагает, что спорной совершение сделки является злоупотреблением правом со стороны ответчика, сделка совершена с противоправной целью – избежать обращения взыскания на принадлежащее имущество в пользу кредитора в рамках исполнительного производства, в связи с чем, просит суд признать договор дарения доли 95% в уставном капитале ОООО «Еленваара» недействительным, применить последствия недействительности сделки. Впоследствии в порядке ст. 39 ГПК РФ исковые требования истцом были
ранее крупных сделок без одобрения, не исключал необходимости соблюдения порядка одобрения сделки, совершенной 02 марта 2016 года. Суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что своими действиями ФИО1 грубо нарушил права и законные интересы ООО «П.» и второго участника Общества - К.А.Ю., причинив им существенный вред тем, что ООО «П.» лишилось единственного дорогостоящего актива стоимостью 14 677 835 рублей, возможности осуществлять деятельность, ради которой оно создавалось и получения прибыли; а К.А.Ю. лишился корпоративного контроля над активом Общества и возможности получения прибыли от деятельности Общества. Согласно заключению эксперта № ***-1 от 03.05.2017 рыночная стоимость «Административно-бытового корпуса цеха промышленного водоснабжения», расположенного по адресу: ..., кадастровый номер *** по состоянию на 02.03.2016 составляет 14 677 835 рублей. Экспертиза проведена надлежащим лицом, имеющим высшее образование, квалификацию судебного эксперта. Оснований не доверять данному заключению не имеется. Из постановления Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.03.2017 следует, что суд признал сделку купли-продажи здания не только крупной,
УМВД России по г. ФИО2. В этот промежуток времени следователь не произвел ни одного проверочного мероприятия, предусмотренного ст.ст. 144, 145 УПК РФ. Поэтому материалы доследственной проверки носят характер догадок, предположений и не могут быть допустимыми доказательствами. Необходимая экспертиза либо иная проверка в порядке, предусмотренном УПК РФ, следователем проведены не были. Вывод следствия о том, что «...в рамках дела о банкротстве выявлены фиктивные сделки, выразившиеся в выведении активов должника в преддверии банкротства и сохранении контроля над активами » не законен и не обоснован, противоречит фактическим обстоятельствам хозяйственной деятельности Общества №. На дату возбуждения уголовного дела суду не были предоставлены доказательства заключения фиктивных сделок. Вывод следствия в обжалуемом постановлении о совершении таких сделок ФИО3 в интересуемый период не соответствует фактическим обстоятельствам и противоречит требованиям оценки доказательств в ходе доследственной проверки. Договор № о переводе по инициативе кредитора долга с Общества № на Общество № по ряду кредитных договоров заключен ДД.ММ.ГГГГ, а
