Когалыма Ханты-Мансийского автономного округа - Югры (далее - ХМАО - Югра) при обстоятельствах, изложенных в приговоре. В кассационных жалобах защитники осужденных - адвокаты Рогозин К.Б. в интересах ФИО1 и Сайгитов У.Т. в интересах ФИО2 просят приговор и апелляционное определение отменить в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела и допущенными судами обеих инстанций существенными нарушениями уголовного и уголовно-процессуального законов, повлиявшими на исход дела, постановить по делу оправдательный приговор. Утверждают о необходимости критическогоотношения к показаниямсвидетелей из числа сотрудников полиции, которые вызывают сомнения в своей достоверности, поскольку при личном досмотре ФИО1 и ФИО2, при обыске в квартире ФИО1 и досмотре автомобиля ФИО2 полицейские не предприняли необходимых мер безопасности, задержание ФИО2 осуществлялось без участия взрывотехника, что позволяет утверждать об осведомлен- ности сотрудников полиции о том, что обнаруженные у ФИО1 и у него дома ВУ являются муляжами и не представляют опасности, ВУ специально подбросили в автомобиль ФИО2, в том числе
пенсии), в том числе в ООО Банк «НЕЙВА», он не имеет, снятие наличных денежных средств в указанных налоговым органом размерах он не осуществлял, денежные средства третьим лицам не передавал. В связи с вышеизложенным, довод заявителя о том, что государственная регистрация физических лиц в качестве индивидуальных предпринимателей , открытие расчетного счета и присоединение к дистанционной системе банковского обслуживания произведены ФИО10, ФИО11 по собственной инициативе, опровергается установленными в ходе проверки обстоятельствами. Ссылки общества на критическое отношение к показаниям свидетелей , поскольку указанные свидетели являются заинтересованными лицами в уклонении от ответственности и не раскрывают объективную информацию, не принимаются судом апелляционной инстанции. Судом первой инстанции обоснованно учтены протоколы допросов свидетелей, оценены наряду и в совокупности с другими имеющимися в материалах дела доказательствами. Все протоколы допросов свидетелей составлены, и допросы проведены в порядке статьи 90 Налогового кодекса Российской Федерации, никаких оснований для сомнений в показаниях свидетелей не имеется, данные протоколы являются допустимыми и относимыми
а не заявленными контрагентами, налогоплательщик использовал формальный документооборот в целях неправомерного учета расходов и заявления налоговых вычетов по данным сделкам. В связи с тем, что ООО «Милекс» не подтвердило право на получение налоговых вычетов, так как в представленных документах указаны лица, которые фактически не исполняли сделки (операции) по выполнению работ и оказанию транспортных услуг, соответственно, при вынесении оспариваемого решения инспекция правомерно руководствовалась нормами пункта 2 статья 54.1 НК РФ. Ссылки общества на критическое отношение к показаниям свидетелей , поскольку указанные показания не раскрывают объективную информацию, получены за пределами налоговой проверки, не принимаются судом апелляционной инстанции. Судом первой инстанции обоснованно учтены протоколы допросов свидетелей, оценены наряду и в совокупности с другими имеющимися в материалах дела доказательствами, указывающими на получения обществом необоснованной налоговой выгоды. Все протоколы допросов свидетелей составлены, и допросы проведены в порядке статьи 90 Налогового кодекса, никаких оснований для сомнений в показаниях свидетелей не имеется, данные протоколы являются допустимыми
административных проверок заявителя органами Росалкогольрегулирования, по результатам которых общество привлечено к административной ответственности за оборот нелегальной алкогольной продукции. Исходя из указанных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что единственной целью заявителя при документальном оформлении отношений с ООО «Партнер», ООО «ГП Гроссери» было получение возможности введения в оборот нелегальной алкогольной продукции, а также налоговой выгоды в виде получения права на вычет НДС и учет расходов на ее приобретение. Ссылки общества на критическое отношение к показаниям свидетелей , поскольку указанные показания не раскрывают объективную информацию, не принимаются судом апелляционной инстанции. Судом первой инстанции обоснованно учтены протоколы допросов свидетелей, оценены наряду и в совокупности с другими имеющимися в материалах дела доказательствами, указывающими на получения обществом необоснованной налоговой выгоды. Все протоколы допросов свидетелей составлены, и допросы проведены в порядке статьи 90 Налогового кодекса Российской Федерации, никаких оснований для сомнений в показаниях свидетелей не имеется, данные протоколы являются допустимыми и относимыми доказательствами
исполнение и действительность оспариваемых сделок. Действующее законодательство не содержит норм, из которых следовало бы, что заключение договора цессии свидетельствует о действительности сделки, на которой основано уступаемое требование. Напротив, возможность уступить недействительное требование прямо следует из правовой позиции, изложенной в пункте 1 Обзора практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации (Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120). Свидетельские показания подтверждают вывод о мнимости сделок, критическое отношение к показаниям свидетелей не позволит отклонить вывод о мнимом характере оспариваемых сделок. Отсутствие возражений лиц, участвующих в деле № А27-6298/2016, не опровергает вывод суда первой инстанции о мнимости оспариваемых сделок. Из определения Арбитражного суда Кемеровской области от 18.08.2016 по делу № А27-6298/2016 не следует, что суд исследовал вопрос о действительности оспариваемых сделок и фактическом осуществлении поставок. Следовательно, указанное определение не носит преюдициального характера для настоящего дела. Довод апелляционной жалобы о нарушении норм подсудности судом первой
лицами, что противоречит пункту 6 статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации. Также, об отсутствии реальной возможности у контрагентов заявителя осуществить спорные хозяйственные операции свидетельствует и анализ движения денежных потоков по их расчетным счетам, согласно которым поступившие на них денежные средства перечислялись в дальнейшем таким же номинальным организациям, и физическим лицам. При этом движение денежных средств от заявителя к контрагентам само по себе не может свидетельствовать о реальности выполнения работ. Ссылки общества на критическое отношение к показаниям свидетелей , поскольку указанные свидетели являются заинтересованными лицами в уклонении от ответственности и не раскрывают объективную информацию, не принимаются судом апелляционной инстанции. Судом первой инстанции обоснованно учтены протоколы допросов свидетелей, оценены наряду и в совокупности с другими имеющимися в материалах дела доказательствами, указывающими на получения обществом необоснованной налоговой выгоды. Все протоколы допросов свидетелей составлены, и допросы проведены в порядке статьи 90 Налогового кодекса Российской Федерации, никаких оснований для сомнений в показаниях свидетелей не
состава административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.26 КоАП РФ. Административное наказание назначено ФИО1 в соответствии с правилами ст.ст. 3.1,3.5,3.8,4.1 КоАП РФ, в пределах санкции ч.1 ст.12.26 КоАП РФ. Срок давности и порядок привлечения к административной ответственности не нарушены. Дело об административном правонарушении рассмотрено в соответствии с требованиями ст.ст. 24.1, 26.1 КоАП РФ. Вопреки доводам жалобы, оценка показаний свидетелей была произведена мировым судьей по правилам ст. 26.11 КоАП РФ. Выводы, по которым имело место критическое отношение к показаниям свидетелей С., К. подробно изложены в постановлении мирового судьи. Постановление мирового судьи соответствует требованиям ст.29.10 КоАП РФ, выводы мирового судьи обоснованы, и подтверждены доказательствами, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывают. Каких-либо противоречий, которые могли бы повлиять на правильность установленных мировым судьей обстоятельств, а также на доказанность вины ФИО1 в совершении административного правонарушения не установлено. Законность и обоснованность вынесенного мировым судьей постановления в полном объеме проверены судьей городского суда с соблюдением требований ст.
правонарушения, предусмотренного ч.5 ст.12.15 КоАП РФ. Административное наказание назначено ФИО1 в соответствии с правилами ст.ст. 3.1, 3.8, 4.1 КоАП РФ в пределах санкции ч.5 ст.12.15 КоАП РФ. Срок давности и порядок привлечения к административной ответственности не нарушены. Дело об административном правонарушении рассмотрено в соответствии с требованиями ст.ст. 24.1, 26.1 КоАП РФ. Вопреки доводам жалобы, оценка показаний свидетелей была произведена мировым судьей по правилам ст. 26.11 КоАП РФ. Выводы, по которым имело место критическое отношение к показаниям свидетелей подробно изложены в постановлении мирового судьи. Постановление мирового судьи соответствует требованиям ст.29.10 КоАП РФ, выводы мирового судьи обоснованы и подтверждены доказательствами, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывают. Каких-либо противоречий, которые могли бы повлиять на правильность установленных мировым судьей обстоятельств, а также на доказанность вины ФИО1 в совершении административного правонарушения не установлено. Законность и обоснованность вынесенного мировым судьей постановления в полном объеме проверены судьей городского суда с соблюдением требований ст. 30.6 КоАП
существенным недостатком, влекущем безусловную отмену судебного постановления. Вместе с тем указанные доводы не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного решения. Как усматривается из содержания постановления судьи районного суда, в качестве доказательств вины ФИО2 в совершении вменяемого ему правонарушения, судья принял, в том числе, представленные в ходе рассмотрения дела по существу пояснения потерпевшей З., показания свидетеля М., при этом критически оценив показания свидетелей М., В., С., М. Выводы, по которым имело место критическое отношение к показаниям свидетелей М., В., С., М., судьей районного суда в постановлении по делу не мотивированы, основанием для отклонения показаний указанных лиц послужил тот факт, что названные свидетели и ФИО2 знакомы, состоят с ним в родственных и рабочих отношениях. Однако судьей не учтено, что указанные лица являлись очевидцами описанных в административном протоколе событий, что не опровергается показаниями потерпевшей З. При этом то обстоятельство, что свидетель М. лично не присутствовал при происшествии, обстоятельства случившегося ему известны
