частная охранная деятельность, которая подлежит лицензированию согласно статье 3, пункта 32 части 1 статьи 12 Федерального закона от 04.05.2011 № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности». Признавая общество виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, суды исходил из того, что собранными по делу об административном правонарушении доказательствами подтверждается факт осуществления обществом охранной деятельности с нарушением условий, предусмотренных специальным разрешением ( лицензией): оказание охранных услуг сотрудниками, не имеющим правового статуса частного охранника , подтвержденного соответствующим удостоверением, и без личной карточки охранника; общество не уведомило о начале оказания охранных услуг орган внутренних дел, выдавший лицензию на осуществление частной охранной деятельности. При этом суды исходили из того, что подпунктом «г» пункта 3 Положения о лицензировании частной охранной деятельности, утвержденного Постановлением Правительства от 23.06.2011 № 498 (в редакции, действовавшей на момент правоотношений), лицензионными требованиями и условиями при осуществлении услуг по охране объектов и (или)
деятельности с нарушением условий, предусмотренных специальным разрешением (лицензией), влечет административное наказание. Как установлено судами, обществом на основании лицензии от 23.03.2013 № 0001595 осуществляется деятельность по оказанию охранных услуг. По результатам проведения Прокуратурой Левобережного района города Воронежа проверки исполнения законодательства об антитеррористической защищенности потенциально опасного объекта топливно-энергетического комплекса филиала ОАО «Квадра» – «Воронежская региональная генерация» по адресу: <...>, выявлены нарушения в деятельности общества по оказанию охранных услуг на указанном объекте, которые выразились в следующем: персонал и посетители объекта охраны не проинформированы об использовании видеонаблюдения, а также оказании охранных услуг в виде обеспечения внутриобъектового и (или) пропускного режимов, поскольку соответствующая информация в местах, обеспечивающих гарантированную видимость в дневное и ночное время, до входа на охраняемую территорию не размещена; работники общества находились на рабочем месте при исполнении служебных обязанностей без специальной форменной одежды, личной карточки охранника и удостоверения охранника; на объекте охраны отсутствует должностная инструкция о действиях работников по обеспечению внутриобъектового и пропускного
утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.06.2011 № 498 (в редакции, действовавшей в спорный период), частная охранная организация обязана в письменной форме уведомить орган внутренних дел, выдавший лицензию на осуществление частной охранной деятельности, а также орган внутренних дел по месту охраны имущества (расположения объекта охраны) в течение 5 дней с начала оказания охранных услуг: по охране имущества и (или) объектов, за исключением объектов, имеющих особо важное значение для обеспечения жизнедеятельности и безопасности государства и населения; по защите жизни и здоровья граждан; по осуществлению пропускного и внутриобъектового режимов на объектах; по охране объектов и (или) имущества путем принятия соответствующих мер реагирования на сигнальную информацию технических средств охраны. Статьей 12.1 Закона о частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации предусмотрено, что действия частных охранников на объектах охраны регламентируются должностной инструкцией частного охранника. Типовые требования к должностной инструкции частного охранника утверждаются федеральным органом исполнительной власти, в ведении которого находятся вопросы внутренних дел.
с нарушением условий, предусмотренных специальным разрешением (лицензией), влечет административное наказание. Как следует из судебных актов, общество на основании лицензии от 15.08.2006 N 1135 осуществляет частную охранную деятельность. Признавая общество виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, суды исходил из того, что собранными по делу об административном правонарушении доказательствами подтверждается факт осуществления обществом охранной деятельности с нарушением условий, предусмотренных специальным разрешением ( лицензией): оказание охранных услуг сотрудниками без личной карточки охранника . При этом суды исходили из того, что подпунктом «г» пункта 3 Положения о лицензировании частной охранной деятельности, утвержденного Постановлением Правительства от 23.06.2011 № 498, лицензионными требованиями и условиями при осуществлении услуг по охране объектов и (или) имущества, находящихся в собственности, во владении, в пользовании, хозяйственном ведении, оперативном управлении или доверительном управлении являются, в частности, соблюдение лицензиатом требований, предусмотренных статьей 11, частью третьей статьи 11.4, частями первой, второй, третьей, седьмой
и осмотра имущества должника от 17.04.2018 (л.д.76-82). Представитель заявителя пояснил, что осмотр проводился с участием представителей конкурсного управляющего и АО «Россельхозбанк», со снятием видео и фотоматериалов, копии которых также приобщены в материалы дела. Представитель заявителя также пояснил, что в ходе осмотра установлено, что охрану имущества осуществляют лицензированные охранники (сотрудники) ООО «ЦКБ Защита», о чем в Акты осмотра внесены соответствующие сведения с указанием характеристик объектов, охраняемых ими, также сняты фотографии документов, удостоверяющих их личность ( лицензия охранника ) и фотографии охраняемых объектов, проведен опрос охранников. В ходе осмотра установлено и задокументировано, что охрана имущества должника, находящегося в сельском поселении Четырла Шенталинского района, осуществляется двумя постами охраны, тогда, как охрана объектов, находящихся в сельском поселении Салейкино - одним постом охраны. Охраняемые объекты в сельском поселении Четырла: 1) 1-этажное здание коровника №2 на 100 коров площадь 519 кв.м. 1975 г. постройки лит А,а1, ул.Советская, д.30Б; 2) 1-этажное здание коровника №3 площадь 2051 кв.м.
определение суда первой инстанции. В обоснование жалобы заявитель указывает, что Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит норм, позволяющих признать трудовой договор недействительной сделкой, в связи с чем конкурсным управляющим заявлено о признании недействительными начислений, которые производил должник в пользу ФИО6, поскольку данные денежные средства не отработаны ответчиком и соответственно все выплаты носили мнимый характер. В частности, обращает внимание, на то, что у ФИО6 отсутствовало право на работу охранником, так как ответчик не имел ни лицензииохранника , ни лицензии на ношение оружия, что в соответствии с законодательством об охранной деятельности, является обязательным; не представлено документов или доказательств того, что ответчик выезжал на станцию Джелюмкен для охраны имущества должника; вагончики, где проживали рабочие на станции Джелюмкен, были реализованы в 2016 году, какие-либо пояснения, где жил ФИО6 не даны. По мнению конкурсного управляющего, имелись основания для оспаривания сделки по общим основаниям исходя из того, что фактически была установлена мнимость трудовых отношений в
пункту 2.1 договора истец обязался осуществлять охрану объекта заказчика путем выставления круглосуточного поста в составе одного либо двух невооруженных охранников по согласованию с ООО «СМУ специальных работ», в отдельных случаях по требованию заказчика исполнителем может быть обеспечено усиление охраны объекта за счет дополнительных охранников на срок не более пяти дней. При этом, из текста договора не следует, что стоимость предоставляемых истцом услуг ставится в зависимость от наличия, либо отсутствия у сотрудников истца удостоверения ( лицензииохранника ). Как указывалось выше, факт оказания истцом ответчику охранных услуг подтверждается совокупностью представленных истцом в материалы дела доказательств. Надлежащим образом оформленного отказа от предоставляемых услуг в виде претензий или заявлений ответчиком в материалы дела не представлено. Доказательства о наличии претензий по качеству оказанных услуг в спорный период, а равно как и предложений по уменьшению стоимости услуг ввиду ненадлежащего их исполнения в материалах дела отсутствуют. Отсутствие в деле подтверждения документального оформления трудовых отношений охранного агентства
предварительного судебного заседания по делу истец отказалась от исковых требований к ответчику индивидуальному предпринимателю ФИО4 (л.д.158), производство в данной части по делу прекращено на основании абз.4 ст.220 ГПК РФ (л.д.167). На дату судебного разбирательства исковые требования в полном объеме заявлены истцом к ответчику ООО «Частная охранная организация «Хранитель», в обоснование заявленных требований ФИО1 указала, что работала в должности охранника в ООО ЧОО «Хранитель» 01.10.2016г. по 31.01.2017г. Трудовые отношения при трудоустройстве оформлены не были, т.к. лицензия охранника закончилась по сроку действия, при продлении лицензии было обещано официальное трудоустройство, и с ведома начальника охраны ФИО13 она (истец) приступила к работе на объекте по адресу: <Адрес>. При трудоустройстве ей обещали выплачивать заработную плату в размере 45 рублей за час, объем часов зависит от графика работы. Как выяснилось в ходе рассмотрения дела, работала в ООО «Частная охранная организация «Хранитель» не в должности охранника, а контролером на КПП, хотя и выполняла обязанности охранника, но поскольку
была лицензия. Указанные обстоятельства подтверждены материалами дела, исследованными в судебном заседании. Удовлетворяя заявленные ФИО1 требования в части установления факта его работы по трудовому, а не ученическому договору в должности охранника 4-го разряда с ДД.ММ.ГГГГ, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что фактический допуск истца к работе, а также работа в должности охранника, свидетельствуют о заключении между сторонами трудового, а не ученического договора. Более того, при приеме на работу у истца имелась лицензия охранника , с правом ношения и применения специальных средств, а после заключения ученического договора ФИО1 не направлялся ответчиком для получения соответствующего образования или прохождения переподготовки для последующего замещения должности охранника. Доказательств обратного ответчиком не представлено. Принимая во внимание вышеизложенное, суд правомерно пришел к выводу о том, что при приеме на работу между сторонами возникли трудовые отношения с наличием взаимных прав и обязанностей работника и работодателя в соответствии с нормами трудового законодательства, а не правоотношения, вытекающие
2018 года в общей сумме 11978 руб. 00 коп. с удержанием обязательных платежей, заработную плату за время вынужденного прогула в размере 33836 руб. 91 коп. с удержанием обязательных платежей, компенсацию морального вреда в размере 5000 руб. 00 коп. В остальной части исковых требований отказал. С вышеуказанным решением не согласился ответчик. В апелляционной жалобе просит решение отменить и отказать в иске в полном объеме, полагая необоснованным выводы суда о незаконности увольнения, поскольку у истца отсутствовали лицензия охранника и диплом юриста. В отсутствие возражений, с учетом имеющихся в материалах дела сведений о надлежащем извещении участников гражданского процесса о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы по правилам ст. 113 - 116 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело при данной явке. Проверяя по доводам апелляционной жалобы ответчика указанное решение суда в обжалуемой части (ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), судебная коллегия, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной
