решениях по конкретному делу, или сложившейся правоприменительной практикой, а также исходя из их места в системе правовых норм. Таким образом, пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" является предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации по настоящему делу постольку, поскольку содержащиеся в нем положения служат основанием для привлечения к субсидиарной ответственности лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК Российской Федерации, - руководителя, членов коллегиальных органов управления, мажоритарныхучастников и иных контролирующих общество с ограниченной ответственностью лиц по неисполненным обязательствам общества, исключенного из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц по заявлению кредитора - физического лица, обязательство общества перед которым возникло не в связи с осуществлением кредитором предпринимательской деятельности, если на момент исключения общества исковые требования такого кредитора к обществу удовлетворены судом. 2. Согласно Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом; каждый
более 15 лет назад. Выводы судов о том, когда истец узнал (должен был узнать) о нарушении своего права, в частности, об утрате корпоративного контроля над обществом, - с 01.05.2006, но не позднее 31.12.2008, сделаны с учетом фактических обстоятельств дела. Устанавливая начало течения срока исковой давности, суды учли наличие у истца права на участие в управлении деятельностью общества и ознакомление с его документами, и ту степень осмотрительности и заботливости, которую он должен проявлять как мажоритарный участник общества при реализации своих прав и исполнении обязанностей. Доводы, приведенные заявителем в кассационной жалобе, не опровергают вывод о пропуске истцом срока исковой давности. Основания для передачи кассационной жалобы на рассмотрение в судебном заседании отсутствуют. Руководствуясь статьями 291.1, 291.6, 291.8, 291.11 Кодекса, судья определил: отказать гражданину ФИО1 в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Судья Верховного Суда Российской Федерации Е.Н.Золотова
сделкам с заинтересованностью судам надлежит исходить из того, что другая сторона сделки (ответчик) знала или заведомо должна была знать о наличии элемента заинтересованности, если в качестве заинтересованного лица выступает сама эта сторона сделки или ее представитель, изъявляющий волю в данной сделке, либо их супруги или родственники, названные в абзаце втором пункта 1 статьи 45 Закона № 14-ФЗ и абзаце втором пункта 1 статьи 81 Закона № 208-ФЗ. Таким образом, поскольку по спорным сделкам мажоритарный участник Общества ФИО7 устанавливал и одобрял себе как единоличному исполнительному органу названного хозяйствующего субъекта повышение заработной платы, то данные сделки являются сделками с заинтересованностью, о чем ФИО7 знал, а, следовательно, при оспаривании соответствующих сделок, подлежит применению опровержимая презумпция причинения ущерба (пункт 27 Постановления № 27). Опровергая названную презумпцию, ответчики, чьи доводы были поддержаны апелляционным и окружным судами, сослались на отсутствие достоверных доказательств, подтверждающих несоответствие квалификации и профессиональных качеств Волина О.Б. установленному размеру заработной платы, а
с ограниченной ответственностью «ГарантСтрой» ФИО1 (далее – конкурсный управляющий) на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 22.10.2020, постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2020 и постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 22.03.2021 по делу № А45-31242/2018 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ГарантСтрой» (далее – должник), установил: в рамках дела о банкротстве должника его конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего директора должника ФИО2 и мажоритарного участника общества ФИО3 солидарно по обязательствам должника, взыскании с них в пользу должника 57 801 249,85 руб. Определением суда от 22.10.2020, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 25.12.2020 и постановлением суда округа от 22.03.2021, производство по спору в части требования к ФИО2 прекращено, в удовлетворении требований к ФИО3 отказано. В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит судебные акты отменить, ссылаясь на нарушение судами норм права. По результатам изучения принятых по делу судебных актов и доводов,
органа назначен ФИО3 Государственная регистрация произведенных изменений осуществлена Инспекцией 29.12.2015 (государственный регистрационный номер записи 2155260238747). ФИО1, ссылаясь на то, что созыв и проведение собрания осуществлено с нарушением положений действующего законодательства, обратился в арбитражный суд с соответствующими требованиями. Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь статьями 8, 36, 37, 43 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», суды удовлетворили заявленные требования, установив, что ФИО1, являющийся мажоритарным участником Общества , не был надлежащим образом извещен о проведении 10.11.2015 собрания и не принимал в нем участия. Доводы кассационной жалобы, которые были предметом рассмотрения судов, не свидетельствуют о допущенных нарушениях норм материального и процессуального права, которые бы служили достаточным основанием в силу части 1 статьи 291.11 АПК РФ к отмене обжалуемых судебных актов. С учетом изложенного и руководствуясь статьей 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд ОПРЕДЕЛИЛ: отказать в передаче кассационной жалобы международной предпринимательской
предпринимателем ФИО2 своих обязательств по внесению платы за пользование помещениями. Не согласившись с принятыми судебными актами, предприниматель ФИО2 обратилась с кассационной жалобой, в которой просит решение и постановление отменить. По мнению заявителя жалобы, суд апелляционной инстанции незаконно оставил без удовлетворения ходатайство ответчика о приостановлении производства по делу до вступления в законную силу судебных актов по делам № А70-14018/2014, № А70-8920/2014, № А70-8250/2014. Ответчик указывает на то, что подчиненная и зависимая от ФИО6 ( мажоритарный участник общества «ТРИАНО») ФИО5, оказывающая услуги по бухгалтерскому учету и сопровождению хозяйственной деятельности ФИО2, от имени фиктивного юридического лица - общества с ограниченной ответственностью «Холдинг» по фиктивным основаниям получила от ответчика денежные средства в размере 2 607 740 руб. Часть переданных ФИО5 денежных средств предназначалась для оплаты арендной платы по договору аренды с ООО «ТРИАНО». ООО «ТРИАНО», злоупотребляя правом, пытается неправомерно получить от ФИО2 денежные средства, находящиеся в распоряжении мажоритарного участника общества «ТРИАНО» - ФИО6
случае истек 26.08.2012, основания для признания сделки недействительной как сделки с заинтересованностью на основании статьи 45 Закона об ООО, отсутствуют ввиду заинтересованности в данной сделке всех участников Общества, а основания для признания сделки недействительной на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса РФ судами первой и апелляционной инстанции не установлены. При этом обоснованным апелляционный суд признает также вывод суда первой инстанции об истечении срока исковой давности для оспаривания сделки в целом, поскольку ФИО3, как мажоритарный участник Общества , действуя разумно, добросовестно и с должной долей заинтересованности в хозяйственной деятельности Общества, не могла не знать о совершении данной сделки после первого же собрания участников Общества. В целом, доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта. При таких обстоятельствах, оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется. На
в Единый государственный реестр юридических лиц внесены сведения о дополнительных видах деятельности Общества, связанных с производством пиломатериалов, что свидетельствует о получении Обществом в 2014 году деревообрабатывающего оборудования, ранее принадлежащего Компании и Предприятию. Податель жалобы оспаривает правомерность выводов суда обеих инстанций об убыточности для Общества оспариваемой сделки, ссылается на то, что на начало 2014 года Компания фактически прекратила деятельность, передав в собственность Общества активы и оставшиеся перед Фирмой долги. Фирма считает, что ФИО1 как мажоритарный участник Общества мог и должен быть знать о достигнутых договоренностях, однако спустя полгода Общество в лице своего участника ФИО1 оспорило частично исполненный договор по формальному основанию, что, по мнению подателя жалобы, свидетельствует о недобросовестном поведении истца, действующего с целью причинить вред Фирме, и наличии в его действиях признаков злоупотребления правом. В судебном заседании представитель ФИО1 возразил против удовлетворения жалобы. Остальные лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте его рассмотрения, но представителей в судебное
совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Суды, отказывая в иске в том числе и со ссылкой на пропуск срока исковой давности, указали, что ФИО1 – как мажоритарный участник Общества , действуя разумно, добросовестно и с должной долей заинтересованности в хозяйственной деятельности Общества, – не могла не знать о совершении данной сделки на протяжении трех лет. Необходимо отметить, что бухгалтерская отчетность не является единственным способом получения участником общества (в данном случае владеющим 60% акций) информации о сделках этого общества. Доказательств того, что ФИО1 когда-либо обращалась за получением информации о деятельности Общества, а также того, что в ответ на ее запрос ей была представлена
давности. При этом, даже если предположить, что общество по неустановленным причинам, не узнало о совершенной сделке 01.12.2017, то могло узнать о совершении оспариваемой сделки в январе 2018 года, при перечислении на расчетный счет денежных средств в счет оплаты доли. Если общество считает, что ответчик действовал в ущерб обществу и не раскрыл сведения о совершенной сделке, то в любом случае общество имело возможность узнать о факте совершения сделки в момент, когда о ней узнал мажоритарный участник общества , то есть не позднее 30.04.2018. Вместе с тем, независимо от того, какая дата может быть признана моментом получения информации о совершенной сделке, срок исковой давности к моменту обращения общества в суд с исковым заявлением истек. Более того, в соответствии с положениями ст. 131 ГК РФ переход права собственности на недвижимое имущество происходит с момента государственной регистрации - с момента внесения соответствующей записи в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество. Право собственности
Общества – директор С.М. довел Общество до полного разорения, земельные участки при домовладениях Общества в <адрес> он оформил безвозмездно в свою собственность, а сами домовладения незаконно, в тайне от участников Общества, разрушил и списал с баланса предприятия, что подтверждается постановлениеи 15-го ААС по делу №). Поэтому 02.11.2009 года С.М. был Обществом уволен с должности директора Общества за допущенные грубые нарушения, о чем свидетельствует протокол № от 02.11.2009 г. Чтобы избежать полного разорения предприятия мажоритарный участник Общества Я.Ч. фактически вынужден был взять финансирование «разоренного» С.М. предприятия на себя, в связи с чем, 14.11.2009 г. между Обществом и мажоритарным участником Общества Я.Ч. был заключен договор займа на выгодных условиях, в соответствии с которым заем предоставлялся Обществу до момента его востребования заимодавцем ФИО4 обязался возвратить всю сумму займа, указанную в п. 1 данного договора, а именно: 1 500 000 (полтора миллиона) рублей 00 копеек с процентами по ставке рефинансирования на день уплаты
«ФИО1». ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Эвертим» (Исполнитель) и ООО «ФИО4» (клиент) заключен договор оказания услуг №, в соответствии с которым клиент поручает, а исполнитель принимает на себя обязательство по оказанию услуг, предусмотренных договором и приложением к нему. В соответствии с приложением 2-S от ДД.ММ.ГГГГ к Договору № оказываются услуги по ведению бухгалтерского учета, разовые консультации, административные и прочие услуги. Постановлением Арбитражного суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № № на стр. 5 первом абзаце установлено: мажоритарный участник Общества предоставлял ему заем в ситуации неудовлетворительной структуры баланса должника при уже возникших обязательствах перед иными кредиторами, возврат финансирования по которому не был осуществлен, в итоге возбуждено настоящее дело о банкротстве. Заключенный впоследствии договор по управлению позволял осуществлять беспрерывное финансирование должника. Таким образом, договор займа и договор оказания услуг по управлению, являясь взаимосвязанными сделками, направленными на беспрерывное финансирование должника, являлись единой формой предоставления должнику денежных средств с использованием разных правовых механизмов и гражданско-правовых конструкций.
с долей 54 % стал ее сын -ФИО2. В конце 2009 года - начале 2010 года выяснилось, что единоличный исполнительный орган Общества - директор ФИО1 довел Общество до полного разорения, земельные участки при домовладениях Общества в п. Мезмай он оформил безвозмездно в свою собственность, а сами домовладения незаконно, в тайне от участников Общества, разрушил и списал с баланса предприятия, что подтверждается постановлениеи 15-го ААС по делу № А32-7862/2010). Во избежания полного разорения предприятия мажоритарный участник Общества ФИО2 фактически вынужден был взять финансирование «разоренного» ФИО1 предприятия на себя, в связи с чем, 14.11.2009 г. между Обществом и мажоритарным участником Общества ФИО2 был заключен договор займа на выгодных условиях, в соответствии с которым заем предоставлялся Обществу до момента его востребования заимодавцем ФИО2 Заемщик обязался возвратить всю сумму займа, указанную в п. 1 данного договора, а именно: <...> копеек с процентами по ставке рефинансирования на день уплаты заемщиком суммы долга или его
