ЕАЭС, поскольку относится к договорным отношениям сторон внешнеэкономической сделки и не влияет на исполнение декларантом своих таможенных обязательств. Таким образом, суды пришли к правильному выводу о том, что требование общества о наличии оснований для изменения сведений о стоимости сделки и таможенной стоимости в спорной декларации нормативно необоснованно. Кроме того, как указано судами, таможенное законодательство не предусматривает внесение в ДТ изменений только по тем основаниям, что после выпуска товаров с таможенной территории Российской Федерации, стороны международной сделки придут к соглашению об изменении объемов и характеристики товаров, ранее (до выпуска) являвшихся предметом таможенного контроля, в ходе которого не установлено каких-либо расхождений относительно первоначально заявленных в ДТ параметров экспортируемого товара. Таким образом, суды пришли к выводу о том, что общество не обосновало наличие предусмотренных подпунктом «б» пункта 11 Порядка для внесения изменений в ДТ обстоятельств, установленных и подтвержденных по результатам таможенного контроля или иного вида контроля, осуществляемого таможенными органами после выпуска товара. При
обществу доначислены таможенные пошлины и пени в общей сумме 2 609 174 рублей 45 копеек. При рассмотрении дела суды установили, что общество, зная об импортном происхождении товара и отсутствии в документах сведений о его таможенном оформлении, не проявило должной степени осмотрительности, необходимой в силу характера исполняемого обязательства и условий оборота, не предприняло достаточные меры к выяснению факта перемещения указанного товара через границу Таможенного союза путем запросов в таможенные органы о наличии таможенного оформления такой международной сделки . В этой связи суды пришли к выводу об отсутствии правовых оснований для признания оспариваемых решения и уведомления таможенного органа незаконными. Доводы жалобы повторяют правовую позицию заявителя по спору и по существу сводятся к несогласию с установленными судами фактическими обстоятельствами дела и оценкой доказательств, что в силу статьи 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является основанием для пересмотра обжалуемых судебных актов в кассационном порядке. Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 291.1, 291.6 и 291.8
по иску общества «Гипропласт-Инжиниринг» признана недействительной первоначальная сделка – договор от 02.04.2012 купли-продажи недвижимого имущества, заключенный, между обществом «Гипропласт-Инжиниринг» (продавцом) и обществом «УК «Содружество» (покупателем), а также последующий договор от 20.06.2016 купли-продажи недвижимого имущества, заключенный между обществами «УК Содружество» (продавцом) и обществом «Международная инвестиционная компания» (покупателем) с истребованием объектов недвижимости из чужого незаконного владения общества « Международная инвестиционная компания» и выселением организаций-арендаторов. Основанием для признания договор от 02.04.2012 купли-продажи недвижимого имущества недействительным послужило его заключение с нарушением установленного статьей 79 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» порядка одобрения крупной сделки . В рамках настоящего дела общество «УК «Содружество» (покупатель) обратилось с иском о применении последствий недействительности договора от 02.04.2012 в виде взыскания полученных обществом «Гипропласт-Инжиниринг» по оспоримой сделке 30 000 000 рублей. В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении
заключения международной сделки купли-продажи на условиях FOB продавец обязуется поставит товар на борт указанного судна, в согласованном порту отгрузки, в установленную дату или в согласованный период времени в соответствии с обычаями порта. При этом продавец обязан оплатить все расходы, относящиеся к товару до момента фактического его перехода через поручни судна в согласованном порту отгрузки, а также все расходы, связанные с выполнением таможенных формальностей, оплатой всех пошлин, налогов и иных официальных сборов, взимаемых при вывозе. Международные сделки купли-продажи, заключенные от имени ЗАО «Илим Палп Энтерпрайз» (комиссионер) по поручению ОАО «Усть-Илимский ЛДЗ» (комитент), содержат условия, относящиеся к термину FCA «станция Усть-Илимская». В случае заключения международной сделки купли-продажи на условиях FCA продавец обязуется надлежащим образом осуществить загрузку вагонов. Поставка считается завершенной, когда загруженный вагон принимается железной дорогой или иным лицом, действующим по его поручению. При этом, продавец обязан оплатить все относящиеся к товару расходы до момента передачи его перевозчику в согласованном пункте, а
установлено и в пункте 2.2.1 решения отражено, что Общество реализовало металлолом на экспорт в соответствии с контрактами, заключенными с иностранными компаниями «Seatrade LTD» и «Interforest Limited». В обоснование правомерности применения налоговой ставки 0 процентов и налоговых вычетов Общество представило в налоговый орган пакет документов в соответствии со статьей 165 НК РФ. По сведениям УНП УВД по Архангельской области, адрес компании «Interforest Limited» по данным Интерпола является адресом компании «Rosemont Trading Limited», которая проводила сомнительные международные сделки , связанные с деятельностью по отмыванию денег в Вене, Австрии; адрес компании «Seatrade Limited» по базе данных Интерпола известен как адрес компании «J.F.O XARA L.DEAN LTD», которая была вовлечена в инвестиционное мошенничество в Лихтенштейне. На основании указанных обстоятельств Инспекцией сделан вывод о мнимости сделок, заключении их с целью получения из бюджета НДС и, как следствие, о ничтожности указанных сделок. Следовательно, по мнению Инспекции, Общество представило фиктивные контракты с иностранными фирмами, что послужило основанием для
после заключения контракта. Заявитель также привел следующие доводы о неправомерности неприменения таможней метода определения таможенной стоимости по цене сделки с ввозимыми товарами, установленные пунктом 2 статьи 19 Закона Российской Федерации «О таможенном тарифе». Наименование товара, количество и таможенная стоимость в ГТД совпадают и соответствуют условиям, указанным в Контракте и дополнительном соглашении к Контракту. Товар, указанный в декларации, Контракте его описательная характеристика, соответствует заявленному и не имеет расхождений. В соответствии с «ИНКОТЕРМС-2000» и законодательством, регулирующими международные сделки , сведения о марках, моделях, артикулах и потребительских характеристиках товара не являются существенными условиями договора и не могут рассматриваться как недействительность договора или нарушение норм регулирующих, договорное право, как не может рассматривать отсутствие таковых сведений в Контракте как недостоверность сведений, относящихся к определению таможенной стоимости. Заявляя, что в представленных счетах-фактурах отсутствуют товарные знаки, модели, артикулы и тем, самым, ставя под сомнение достоверность сведений указанных декларантом Благовещенская таможня не указывает на положения международного частного права
заключенного между ООО «Самара-Лидер» и «Тайчжоу Гуотай имп. энд Эксп. Ко., Лимитед»» - Сертификата соответствия № РОСС СN . АЕ 56А06175 от 21.06.2006 года, выданного на продукцию - фильтры на жидкую линию, ООО «Самарский центр испытаний и сертификации»; - Перевод описания товара - фильтры на жидкую линию, представленный «Тайчжоу Гуотай имп. энд.Эксп.Ко., Лимитед» и содержащий сведения о технических характеристиках изделия. По мнению заявителя, контракт заключен по взаимному соглашению сторон в соответствии с нормами, регулирующими международные сделки и его недействительность никем не оспорена. Инвойс составлен и направлен в адрес заявителя поставщиком товара, являющимся иностранным лицом и не вызывает сомнения в его подлинности. Сертификат выдан уполномоченным органом в установленном порядке, имеет все необходимые реквизиты. В свою очередь Общество, указывает на то, что сведения о коде ТН ВЭД и описание товара не включены в перечень документов и сведений, необходимых для таможенного оформления в соответствии с таможенным режимом, следовательно, не могут быть предметом правонарушения.
27.04.2006 года, заключенного между ООО «Самара-Лидер» и «Тайчжоу Гуотай имп. энд Эксп. Ко., Лимитед»» - Сертификата соответствия № РОСС CN.AE 56А06314 от 11.07.2006 года, выданного на продукцию - фильтры на жидкую линию, ООО «Самарский центр испытаний и сертификации»; - Перевод описания товара - фильтры на жидкую линию, представленный «Тайчжоу Гуотай имп. энд.Эксп.Ко., Лимитед» и содержащий сведения о технических характеристиках изделия. По мнению Общества, контракт заключен по взаимному соглашению сторон в соответствии с нормами, регулирующими международные сделки и его недействительность никем не оспорена. Инвойс составлен и направлен в адрес заявителя поставщиком товара, являющимся иностранным лицом и не вызывает сомнения в его подлинности. Сертификат выдан уполномоченным органом в установленном порядке, имеет все необходимые реквизиты. В свою очередь, указывает на то, что сведения о коде ТН ВЭД и описание товара не включены в перечень документов и сведений, необходимых для таможенного оформления в соответствии с таможенным режимом, следовательно, не могут быть предметом правонарушения. Как
были выполнены. Из материалов дела следует, что следственным отделом <Адрес...> расследуется уголовное дело <№...>, возбужденное <Дата ...> старшим следователем по <Адрес...> <Г.Г.В.> в отношении <К.А.В.> <Дата ...> в отношении <К.А.В.> вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 189 УК РФ. Срок предварительного следствия по данному уголовному делу неоднократно продлевался, общий срок расследования составил 21 месяц 16 суток, что обусловлено сложностью расследования преступления в сфере экономической деятельности по международной сделке , по делу допрошено около 50 свидетелей, назначены 2 судебные экспертизы, направлено 5 международных поручений о производстве отдельных следственных (процессуальных) действий, направлено 10 поручений о производстве обысков (выемок), выполнены иные следственные действия по установлению обстоятельств, подлежащих доказыванию. Материалы дела состоят из 17 томов. С <Дата ...> <К.А.В.> находится в международном розыске. <Дата ...> <К.А.В.> заочно избрана мера пресечения в виде заключения под стражей. Предварительное следствие по делу приостановлено <Дата ...>. Таким образом, в судебном
в том случае, если это лицо участвовало в совершении преступления, в связи с которым применяется конфискация. Вместе с тем, изъятая партия сигарет не была признана приговором суда контрафактной продукцией, так как являлась предметом коммерческих связей между продавцом «Р.» FZA и покупателем – фирмой UAB «А.», которая и заявила о праве собственности на эту продукцию, поскольку является ее единственным законным владельцем. Обращает внимание, что данная партия табачной продукции перемещалась через таможенную границу ЕАЭС в рамках международнойсделки между двумя нерезидентами РФ – фирмами «А1» (<данные изъяты>) и UAB «А.» (<данные изъяты>), заключенной в соответствии с нормами британского права. Таким образом, по мнению адвоката, UAB «А.» является потерпевшей стороной по уголовному делу, поскольку товар фактически выбыл из ее владения без извлечения какой-либо коммерческой прибыли. Судом же этому факту надлежащей оценки не дано. Более того, в обжалуемом постановлении суд первой инстанции незаконно и необоснованно указал на то, что UAB «А.» вместе с осужденным
отраженным в представленных товаросопроводительных документах CMR №6Т 0000376 от 30.07.2013, инвойс № KG 1007 от 29.07.2013, книжке МДП №GX 74192968, согласно которым общая стоимость товара определена исходя из цены единицы каждого вида товара. Вместе с тем, как правильно установлено судьей при рассмотрении дела, положенный в обоснование решения таможни о корректировке таможенной стоимости аналогичных товаров мониторинг анализ основан на другом, несопоставимом способе определения цены товара исходя из веса товара (том 2 л.д.46-55). Отличие же цены международной сделки купли-продажи с ценовой информацией, содержащейся в электронных базах таможни, которая не относится непосредственно к проверяемой сделке и примененному при ее заключении способу определения стоимости оптовой партии товара, не может рассматриваться как доказательство недостоверности заявленной таможенной стоимости товара. При таких обстоятельствах оснований для выводов о том, что декларантом в декларации на товары (****) были заявлены недостоверные сведения о таможенной стоимости товаров, а также оснований для применения иного метода ее определения, у таможенного органа не имелось.
