своевременно не извещен; реализацию товара на котором размещены изображения нескольких персонажей одного произведения, следовало рассматривать как одно правонарушение; видеозапись процесса покупки не могло быть принято во внимание судом первой инстанции в качестве надлежащего доказательства, поскольку данная видеозапись при рассмотрении дела в суде первой инстанции ответчику не была представлена, в доверенности, выданной на ФИО2 истцом, отсутствует право совершения тайных оперативно – следственных мероприятий, суд первой инстанции не были запрошены данные о техническом средстве, производимом негласное получение информации ; товарный чек на сумму 130 руб. в материалах дела отсутствует; суд первой инстанции не исследовал вопрос об использовании истцом товарные знаки в течении трех последних лет в целях установления актуальности выданных свидетельств; обращение истца в суд с настоящим иском имеет цель получение компенсации, а не самозащита в целях пресечения нарушения прав, что свидетельствует о наличии злоупотребления правом с его стороны; квитанция, подтверждающая факт оплаты государственной пошлины за получение выписки из ЕГРИП, также
подлинники указанных документов не представил, в том числе, не представлена суду и видеозапись прослушивания, на основе которой истец строит свою доказательственную базу по настоящему делу. Кроме того, данная видеозапись, даже если она существует в действительности, не может являться допустимым доказательством по настоящему делу. Ответчик ссылается на то, что в ресторане «УНО» аудио- и видеозапись без разрешения администрации ресторана запрещена. Истец не представил доказательств согласования с ответчиком проведения видеозаписи, следовательно, видеозапись истцом произведена негласно. Негласное получение информации регулируется Федеральным законом от 12.08.1995 N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности", который предусматривает, что в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий используются информационные системы, видео- и аудиозапись, кино- и фотосъемка, а также другие технические и иные средства, не наносящие ущерба жизни и здоровью людей и не причиняющие вреда окружающей среде (ст. 6). Однако данный Закон предусматривает такую возможность только в связи с проведением конкретных оперативно-розыскных мероприятий по конкретным правовым основаниям и не допускает проведения их органами,
также частью 2 статьи 2.1, статьями 2.9, 4.1, 4.5, 25.1 КоАП РФ, статьями 16, 158 Таможенного кодекса Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 08.12.2003 № 164-ФЗ «Об основах государственного регулирования внешнеторговой деятельности», Положением о Федеральной службе безопасности, утвержденным Указом Президента Российской Федерации от 11.08.2003 № 960, постановлением Правительства Российской Федерации от 10.03.2000 № 214 «Об утверждении Положения о ввозе в Российскую Федерацию и вывозе из Российской Федерации специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации , и списка видов специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, ввоз и вывоз которых подлежат лицензированию», пунктами 18, 18.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дела об административных правонарушениях» и частью 3 статьи 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отменил решение суда первой инстанции. Суд пришел к выводу о наличии в действиях Общества состава административного правонарушения и
ограничения на ввоз или вывоз государствами – членами таможенного союза в рамках Евразийского экономического сообщества в торговле с третьими странами, являющегося Приложением № 1 к решению Коллегии Евразийской экономической комиссии от 16.08.2012 № 134 «О нормативных правовых актах в области нетарифного регулирования» (далее – Единый перечень товаров), постановления Правительства Российской Федерации от 10.03.2000 № 214 «Об утверждении Положения о ввозе в Российскую Федерацию и вывозе из Российской Федерации специальных технических средств, предназначенных для негласногополученияинформации , и Списка видов специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, ввоз и вывоз которых подлежат лицензированию», иных норм материального права, указанных в кассационной жалобе, а также на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела. Кроме того, по мнению таможни, у судов не имелось оснований для удовлетворения заявленного прокурором ходатайства о восстановлении пропущенного процессуального срока на оспаривание ненормативного правового акта таможни. Прокурором представлен отзыв на кассационную жалобу, в котором он просит решение суда
НПФ «АВЭК» подана декларация на товары №10508010/250814/0012987 с целью помещения под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления товара - «промышленный портативный рентгеновский аппарат с цифровым блоком управления: дефектоскоп ERESCO 65 MF4 – 1 шт., код ОКП 42 7650, применяется в рентгенографии для макроструктурного анализа различных металлических изделий, с целью обнаружения возможных дефектов в контролируемом изделии. При этом в графе 31 декларации на товары «Описание товара (продолжение)» указано, что данный товар не предназначен для негласного получения информации , не имеет источника радиоактивного излучения, поставляется в частично разобранном виде для удобства транспортировки, в комплекте с чехлом, соединительным кабелем 20 м, кабелем питания 230 В, инструкцией по эксплуатации, изготовитель: GE SENSING & INSPECTION TECHNOLOGIES GMBH, товарный знак: GE, марка: GE, артикул 1540770». При подаче декларации обществом уплачен таможенный сбор в размере 4 125 руб. При проверке декларации и представленных документов у таможни не возникло основания для запроса дополнительных документов относительно ввозимого товара,
мотивированной оценки. Судом в приговоре лишь приведены все исследованные доказательства, в том числе и доказательства стороны защиты - заключение и показания специалиста В.., а свои выводы об оправдании подсудимого основаны на иных обстоятельствах указанных выше. Суд первой инстанции, придя к выводу об отсутствии субъективной стороны преступления в действиях ФИО1, и приводя мотивы своего решения, указал, что установленные судом обстоятельства не свидетельствуют о том, что подсудимому были известны характеристики устройства и его предназначение - негласное получение информации , а также параметры, которые относят <...> к этой категории устройств. ФИО1 не смог прочесть его инструкцию на английском языке. Наличие на приборе кнопки «SOS» и возможности крепления его на ремень, как и изображение на коробке от прибора детей, собак и машин, прямо не указывают на незаконность его использования и на то, что он предназначен для негласного слежения за кем-либо. Наличие этих выводов суда не свидетельствует о том, что указанный <...> не относится
были руководствоваться ст.5 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» при проверке информации судебного пристава ФИО10 о готовящемся преступлении. Однако, в нарушение Закона сотрудники ОСП по г.Горно-Алтайску провели негласное мероприятие, сопровождаемое видеофиксацией и прослушиванием разговора Г. с ФИО10, что фактически подпадает под признаки ОРМ «оперативный эксперимент». Негласная видео-аудиозапись встречи и переговоров Г. и судебного пристава ФИО10 является недопустимым доказательством, поскольку сбор доказательств производится только путем процессуальных действий, и является исключительной прерогативой органов предварительного следствия и суда. Негласное получение информации не уполномоченными на то лицами, нарушило конституционные права Г. на личную и семейную тайну, явилось вмешательством в его личную жизнь. Фактически имело место получение с Г. показаний обманным путем, что нарушило ст.51 Конституции РФ. Кроме того, была проведена запись лишь тех моментов, которые были выгодны должностным лицам ОСП по г.Горно-Алтайску. Недопустимость видеозаписи влечет за собой недопустимость производных от нее доказательств: рапорта об обнаружении признаков преступления, протоколов осмотра мест происшествия, осмотра предметов, заключения судебной
оценки наличия оснований для возбуждения уголовного дела. Справка об исследовании №….. от 28 сентября 2015 года судом не оценена, а просто процитирована без оценки того, имеются ли в ней сведения, позволяющие установить, что прибор «…..» является запрещенным к обороту и именно специальным техническим средством, предназначенным для негласного получения информации. Считает, что суд не дал оценки материалам представленным стороной защиты, указывающим, что данный прибор является прямо противоположным для обнаружения специальных технических средств, направленных на негласное получение информации . Указывает, что единственный документ, послуживший основанием для возбуждения уголовного дела – справка об исследовании №….. от 28 сентября 2015 года, содержит описание свойств прибора, которые и так есть в инструкции по эксплуатации. Никаких выводов о том, что этот прибор направлен на запрещенное уголовным кодексом негласное получение информации в справке нет. Указывает, что суду стороной защиты была представлена и судом приобщена к делу информация о том, что данные приборы открыто используются в учебном
суда оставить без изменения, апелляционный суд, У С Т А Н О В И Л : В апелляционной жалобе адвокат Сорокин Т.В. в интересах ФИО1 и ФИО2 считает постановление суда незаконным, необоснованным, подлежащим отмене. Указывает, что суд при вынесении обжалуемого постановления устранился от оценки наличия оснований для возбуждения уголовного дела, а именно судом не оценена справка об исследовании №……….. от 28.09.2015. Полагает, что судьи необоснованно именуют прибор ……………. «специальным техническим средством, направленным на негласное получение информации ». Утверждает, что никаких выводов о том, что этот прибор направлен на запрещенное УК РФ негласное получение информации в справке нет, он не может быть предметом преступления по ст. 138.1 УК РФ, так как уголовным законом запрещен сбыт специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, но не сбыт специальных технических средств, предназначенных для поиска/обнаружения специальных технических средств, направленных на негласное получение информации. Также указывает, что суд не упомянул и не дал оценки
