Обеспечительные меры при оспаривании сделок - гражданское законодательство и судебные прецеденты

жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, ФИО1 просит отменить указанные судебные акты в связи с существенными нарушениями судами норм права. Изучив обжалуемые судебные акты, судья не находит оснований для передачи кассационной жалобы на рассмотрение Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации. В обоснование заявления о принятии обеспечительных мер уполномоченный орган указал, то действия контролирующего должника лица – ФИО1 направлены на вывод ликвидного имущества из конкурсной массы с целью невозможности обращения на него взыскания. Отказывая в отмене принятых мер, суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, исходили из того, что послужившие для их принятия обстоятельства не отпали, учли невозможность оспаривания сделок в связи с введением в отношении должника процедуры наблюдения, а также заключение должником и ФИО1 мирового соглашения в суде общей юрисдикции, касающегося спорного земельного участка, без согласия временного управляющего должником. Изложенные в жалобе доводы, которые сводятся к установлению иных обстоятельств по делу, не подтверждают существенных нарушений

от исполнения обязанностей конкурсный управляющий должника ФИО1 обратился в Арбитражный суд Саратовской области с заявлением о признании недействительным договора № 1 уступки права требования от 06.03.2012, заключенного между ООО «Сарпромстрой-СМУ1» и ООО «Поволжская факторинговая компания», и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника права требования по ряду поименованных в судебных актах муниципальных контрактов. Утвержденный определением суда от 27.01.2014 конкурсным управляющим должника ФИО2 заявил ходатайство о принятии обеспечительных мер в рамках вышеупомянутого заявления ФИО1 об оспаривании сделки и применении последствий ее недействительности в виде запрета ОАО «Газнефтьбанк» производить списание денежных средств в размере 19 740 061, 17 руб. без распоряжения клиента, в том числе на основании исполнительных документов и инкассовых поручений, находящихся на расчетных счетах, перечисленных (в том числе, которые будут поступать) на расчетные счета должника. Определением суда первой инстанции от 16.10.2014, оставленным без изменения апелляционным судом, заявление о принятии обеспечительных мер удовлетворено. Определением суда первой инстанции

его отстранение, указав на допущенные нарушения: - при оспаривании сделок не заявлено о принятии обеспечительных мер в отношении активов ответчиков; - причинение убытков в результате несения расходов по уплате госпошлины за оспаривание сделок должника на общую сумму 102 000 руб.; - бездействие в ходе проведения исполнительных производств по оспоренным сделкам; - непринятие мер при совершении действий по исключению из ЕГРЮЛ контрагентов по сделкам (ответчиков). Возражая, ФИО2 указал на: 1) отсутствие обязанности заявлять обеспечительные меры при оспаривании сделок ; 2) расходы по госпошлине понесены обоснованно; 3) не доказано бездействие в ходе исполнительного производства; 4) документально подтвержден транзитный характер сделок для вывода денежных средств из оборота. Судебное разбирательство откладывалось, последний раз на 29.01.2021. Орган по контролю и саморегулируемая организация о времени и месте судебного разбирательства извещены, не прибыли. Жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке статей 123 и 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Представитель комитета кредиторов должника представил возражения. Исследовав

Суда Российской Федерации N 11 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации"). Отказывая в удовлетворении данного ходатайства, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что ходатайство об ограничении полномочий руководителя должника ОНО ОПХ «Крутое» заявлено кредитором, доказательства нарушения должником пункта 2 статьи 64 Закона о банкротстве отсутствуют. Действия руководителя должника по реализации сельскохозяйственной культуры – кукурузы по договору займа от 30.08.2009 года могут быть основанием принятия обеспечительных мер при оспаривании сделки должника, в соответствии с требованиями главы 3.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона №296-ФЗ от 30.12.2008 года. Кроме того, определением Арбитражного суда Саратовской области от 06.12.2010 по делу № А57-22647/2009 в отношении ОНО ОПХ «Крутое» введено внешнее управление сроком на 18 месяцев, исполнение обязанностей внешнего управляющего возложено на временного управляющего ФИО5 В силу абзаца второго пункта 1 статьи 94 Закона о банкротстве с даты введения внешнего управления прекращаются полномочия

спора в пользу должника посредством реституции. Апелляционный суд счел, что неприменение обеспечительных мер, привело к отчуждению имущества в пользу иного лица (ООО «Вертикаль»), повлекло за собой необходимость возбуждения иных судебных споров (о виндикации, об оспаривании действий арбитражных управляющий по непредъявлению виндикационных требований и пр.), внесло неопределенность в вопрос о возможности возврата имущества, повлекло увеличение срока процедуры банкротства. Вопреки выводам суда первой инстанции, апелляционный суд указал о том, что предъявление требования о принятии обеспечительных мер при оспаривании сделки должника с конкретным имуществом в деле о банкротстве являлось ординарным действием, возможность которого предусмотрена законом и судебной практикой (пункт 30 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»), о чем арбитражный управляющий, будучи профессиональным участником правоотношения не мог не знать. При этом, апелляционный судом критически оценены суждения суда первой инстанции о том, что применение обеспечительных мер в рамках иного

довод, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что часть 1 статьи 90 АПК РФ устанавливает возможность принятия обеспечительных мер по заявлению лица, участвующего в деле. При этом в силу природы обеспечительных мер, их заявление является правом, а не обязанностью стороны. Положениями Закона о банкротстве также не предусмотрена обязанность арбитражных управляющих заявлять о принятии мер, в том числе при оспаривании сделок должника. Следовательно, на конкурсном управляющем действительно не лежало обязанности по заявлению обеспечительных мер при оспаривании сделок должника. Не представлено обоснования и доказательств того, что необращение за принятием обеспечительных мер само по себе имело для должника и его кредиторов неблагоприятные последствия. Кроме того в обоснование заявленных требований указывается на то, что конкурным управляющим причинены убытки в результате несения расходов по уплате госпошлины за оспаривание сделок должника на общую сумму 102 000 руб. Согласно п. 2 ст. 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан: принимать меры, направленные на поиск, выявление

посредством реституции. Напротив, неприменение таких обеспечительных мер, привело к отчуждению имущества в пользу иного лица (ООО «Вертикаль»), повлекло за собой необходимость возбуждения иных судебных споров (о виндикации, об оспаривании действий арбитражных управляющий по непредъявлению виндикационных требований и пр.), внесло неопределенность в вопрос о возможности возврата имущества, может сказаться на стоимости имущества с учетом его состояния за время нахождения у третьих лиц, повлекло увеличение срока процедуры банкротства. При этом, предъявление требования о принятии обеспечительных мер при оспаривании сделки должника с конкретным имуществом в деле о банкротстве является ординарным действием, возможность которого предусмотрена законом и поддерживается судебной практикой (пункт 30 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»), о чем арбитражный управляющий, будучи профессиональным участником правоотношения не мог не знать. Применение обеспечительных мер в рамках иного спора и в отношении иного лица не устраняет последствия бездействия арбитражного управляющего

в силу того, что конкурсный управляющий обратилась в <данные изъяты> с заявлением об оспаривании сделки ДД.ММ.ГГГГ При этом в соответствии с требованиями АПК РФ, заявление было направлено в адрес ООО ПСФ «Уралстрой» заблаговременно и получено им ДД.ММ.ГГГГ Более того, в своем заявлении ООИВАЛ ходатайствовало также о применении обеспечительных мер в виде запрета ООО ПСФ «Уралстрой» распоряжаться квартирой. Об этом также было известно ООО ПСФ «Уралстрой», поскольку ходатайство о применении обеспечительных мер было изложено в самом тексте заявления об оспаривании сделки . Таким образом, на момент заключения договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ООО ПСФ «Уралстрой» знало о том, что со стороны ООИВАЛ имеются притязания в отношении квартиры. Однако, приняло решение о ее отчуждении. Определением от ДД.ММ.ГГГГ приняты обеспечительные меры по заявлению ООИВАЛ. Таким образом, уже с ДД.ММ.ГГГГ ООО ПСФ «Уралстрой» не вправе было распоряжаться квартирой. При этом необходимо учесть, что сам ФИО3 не мог не знать о том, что в отношении

пояснениями); факт оспаривания ФИО1 в арбитражном суде (дело № А49-8534/2018) торгов от 02.07.2018, победителем которых он являлся со всеми процессуальными документами и материалами названного дела, в том числе и определения о наложении обеспечительных мер на регистрацию спорного земельного участка (определение арбитражного суда от 18.07.2018 года). Таким образом, ФИО2 знал о том, что на спорный земельный участок претендует ФИО1, признанный победителем первоначальных торгов, являющийся участником судебного процесса об оспаривании решения и предписания УФАС от 20.04.2018 и оспаривающий непосредственно повторные торги от 02.07.2018. 20.07.2018 между Комитетом по управлению имуществом г.Заречного Пензенской области и ФИО2 был подписан договор аренды того же земельного участка, что и с ФИО1 Аналогичным образом был подписан и акт приема-передачи того же земельного участка. Заключая такую сделку , зная о том, что ФИО1 является первоочередным претендентом на спорный земельный участок, Комитет допускает нарушение запрета, установленного ч. 8 ст. 39.11 ЗК РФ. Данное обстоятельство привело к нарушению прав истца, поскольку

приставов Управления Федеральной службы судебных приставов по Ставропольскому краю исполнительного производства, возбужденного на основании определения Кировского районного суда от 30.07.2013 года о принятии обеспечительных мер; - об обязании Кировского районного отдела судебных приставов Управления Федеральной службы судебных приставов по Ставропольскому краю отменить постановление о прекращении исполнительного производства и исполнить требования, содержащиеся в исполнительном документе. Ранее предметом рассмотрения суда в рамках гражданского дела № 2-132/2015 эти требования ФИО1 не являлись, поэтому суд первой инстанции не вправе был прекращать производство по делу в этой части по мотиву повторности. При таких обстоятельствах, судебная коллегия считает, что обжалуемое определение подлежит отмене в части прекращения производства по требованиям ФИО1 об оспаривании действий Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю по внесению в ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним сведений о регистрации за ФИО2 после 30.07.2013 года права собственности на спорный земельный участок и об оспаривании действий Кировского районного отдела

суда о принятии обеспечительных мер - это судебный акт о его правах и обязанностях (статья 42 АПК РФ). Правил, которые допускали бы возможность отмены судами общей юрисдикции обеспечительных мер, принятых арбитражными судами, в том числе и по результатам рассмотрения самостоятельных исков об освобождении имущества от ареста, действующее законодательство не содержит. Таким образом, у ФИО1 не имелось никаких препятствий для обращения с требованиями об отмене обеспечительных мер в Арбитражный суд Омской области даже в тот момент времени, когда она к участию в обособленном споре об оспаривании сделки привлечена не была. Требования ФИО1 о признании ее и ее несовершеннолетних детей добросовестными приобретателями по договору купли-продажи от 21.01.2019 также не могли быть рассмотрены и удовлетворены судом первой инстанции с учетом того, что на момент вынесения данного решения (<...>) ФИО1, <...> уже были привлечены Арбитражным судом Омской области к участию в обособленном споре по оспариванию сделки должника в качестве соответчиков по требованию об истребовании